-Сделаем как надо, Марк Степаныч. – Ответил я, оглянувшись на сонного Витьку. По-моему, его тоже девчонки навестили, чтобы отблагодарить. Надо расколоть будет. Обычно ему хватает трех часов, чтобы отоспаться. – Ну, так мы потопали?

- Действуйте! – Величественно кивнул старпом, и потопал к ходовой…

Два уже немолодых мужика смотрели сквозь широкие иллюминаторы на то, как пара их бортстрелков грузит небогатый багаж двух молодых девушек, которых они перевозили с оказией сюда, в Сибирь. Целительницам( а эти девицы точно оказались парой целительниц) был предложен почти стандартный контракт представителем авиакомпании. Который в данном случае действовал от имени Северного Союза. Почти, потому что выкуп из рабства, точнее, возврат денег за долг, отсутствовал. Местный казий приговорил рабовладелицу-бандершу к казни через повешение, отрабатывающим долг девушкам выписал «вольный лист», всем пятнадцати, девочек, найденных в цокольном этаже, отправил за счет бандерши в больницу, после чего их должны были отвезти к родным или в родной город. Опять же за счет бывшей собственности владелицы борделя. У нее и в кубышке оказалось немало денег, и счет в местном банке был приличным.

- Как думаешь, не учудят ничего эти бойцы? – Усмехнувшись в густые усы, спросил капитан старпома, и засунул в рот пустую трубку, прикусив чубук крепкими желтоватыми зубами.

- Здесь? Вряд ли. – Тоже усмехнулся старпом, садясь во вращающееся кресло. – Мне вот интересно, были девки все-же на посту, или не были? Боцман клянется, что запах духов ощущал.

- Да были, скорее всего. Себя молодым вспомни, кто из Африки шаманшу спер, и в каюте прятал, пока до дома довез? Как ты сумел такую девку околдовать, а? – Кэп от души рассмеялся, а старпом вытащил из кармана портмоне, открыл фотки и улыбнулся.
На одной из них, самой потрепанной, была молоденькая, совсем юная африканочка. Да, он тогда сумел умыкнуть ее из племени, и привезти домой. Мало того, женился, и у него с Греттой пятеро детей, три сына и две уже взрослые красавицы-дочери.

- Я тебе секрет открою. Меня боцман тогда прикрыл. И помогал.

- Да ты что? Ерофеич? Как ты его на такое сбаламутил? – Кэп покачал головой, вспоминая крепкого седого мужичину, бацмана и старшего оператора загрузки « Неугомонного». – Вы ведь тогда по лезвию прошли, карантин же был жесточайший.

- Ну, я про это не говорил, но за это я шесть лет в «нетопырях» оттарабанил. Сразу после приземления я доложился по команде, Гретту в госпиталь, в ифекционку на карантин на полгода. А меня в дисбат. – Старпом вспомнил не самые веселые времена своей жизни, когда он на крохотном дирижабле возил малые группы таких же, как сам, провинившихся, в старые города. Стоянки прямо на центральных площадях, порой атаки неупокоев, порой просто банды. Бои, гибель товарищей – и все ради любви. Ради той чернокожей красавицы, которая ждала его из рейсов на базе в глухом таежном поселке в Монтане. Ради той, кого он полюбил так, что смог решиться на такую авантюру…

- Ну вот, девушки, тут наши пути расходятся. – Я обнял Гулю, поцеловал ее в губы. Ли Мэй целовал
Витька. Потом мы махнулись девушками, и я обнял изящную китаяночку, которая заплела волосы в сложную косу. – Счастья вам, девчонки. И не бойтесь никого, тут вы среди своих. И это. – Я оглянулся на напарника, и тот вытащил из сумки две кожаные кобуры. – Вот. Возьмите. Свободные женщины не должны ходить безоружные. Это ТТ, Алмаатинского арсенала. Хорошие машинки, простые и надежные. Под люгеровскую девятку, патронов в любой лавке навалом.

- Спасибо. – Девушки скромно взяли подарки. И я понял. Что если Ли Мэй эту модель не знает, то Гуля точно с подобным пистолетом сталкивалась. По крайней мере, умело вытащила магазин, проверила патронник. – Спасибо, ребят.

Подождав, когда девушки изчезнут за проходной медицинского института, мы с Виктором потопали к пристани. Обратно через Обь, и в порт. А там отоспаться маленько перед вылетом.

А обоих целительниц захлестнула кутерьма знакомства с куратором, въезда в общагу, получения белья и прочего. И только поздним вечером, вернувшись из шумной студенческой столовой, Ли Мэй спросила у Гули:

- Сестра, а почему мы отпустили этих парней? Мы ведь могли попробовать?..

- Нет, сестра. Они помнили бы, что мы были проститутками, а мы бы всю жизь помнили бы про это. Очень сложно обрести счастье в этой ситуации. Очень. Цспеем найти мужей, сестра.

- А почему ты так хотела ребенка от Василия? Ведь ты специально меня подговаривала, чтобы при малейшей возможности раскрутить на секс парня, и чтобы он оставил семя в тебе? – Китаяночка подтянула коленки к подбородку, обняла их руками, и с интересом уставилась на названную сестру. – Интересно, у тебя получилось?

- Получилось. – Улыбнулась красавица-уйгурка. – Василий очень сильный некромант, он даже не понимает своей мощи. Я ведь не просто менталистка-целительница. Я внучка великого шамана, и порой могу видеть будущее. Наш сын станет могучим батыром, сильным и красивым как отец.

- А ты откуда узнала что беременна? Дух деда скзал? – Ли Мэй серьезно удивилась.

- Да нет. - Расхохоталась Гуля. – На медосмотре обрадовали, когда нас гинеколог осматривала. Она и сказала, что я беременна. И точно, тест подвердил. Так что Василий, кроме того, что подарил мне свободу, еще и подарил сына.

И девчонки счастливо засмеялись. Ведь хорошо то, что хорошо заканчивается. А этот эпизод их жизни закончился очень хорошо.

Глава десятая.

«Горнорудный» шел обходил грозу. Мощный, высоченный фронт начинался от трез тысяч и поднимался чуть ли не на пятнадцать, и шириной был около пятисот километров. Попадать в такую кашу нам совершенно не с руки, и потому мы потопали севернее, подальше от склонов азиатских хребтов, на которые оперся фронт.

Под нами проплывала древняя пустыня, кое-где перечеркнутая узбоями, и остатками старых дорог. Железнодорожные пути разобрали в массе своей, пустив рельсы на металл, а шпалы на всевозможное строительство. Разбирать железные дороги проще, чем добывать материалы в старых городах. И развалин нет, и неупокои обычно не водятся.

Но так было не везде, на месте одной узловой станции образовался целый город из собравшихся в этом новом тупике поездов. В вагонах годов тридцать жили люди, целое поколение выросло в этом богом забытом улусе Казахстана.

Они даже несколько атак новых кочевников отбили, оружием то их в свое время армейцы подогрели. И только после того, как жизнь более-менее вошла в нормальное русло, из Сарая-Вагона начал разъезжаться люд. Но все не уехали.

Вокруг были распаханы поля, неподалеку был старый карьер пусть с хреновым, но углем, позволяющим топить печки, текла небольшая речушка, снабжавшая водой. Так что в Сарай-Вагоне
До сих пор жило тысяч двадцать человек, ремонтирую и перекрашивая древние вагоны.Вот сейчас мы как раз проходили над этим городишкой, пусть слегонцухи и чокнутым со всеми свомим жителями, но веселым, трудолюбивым и шебутным.