Пархатых подошёл к Хохолкову и срывающимся голосом потребовал «прекратить и разобрать». После минутного молчания в ангаре разыгралась безобразная сцена. Хохолков кричал, что он русский дворянин, что при царе холопов пархатых пороли на конюшнях и гнали за 101-й километр, что он ненавидит бригинженера, жидов, продавших Россию, Советскую власть и лично товарища Сталина. В довершение тирады он попытался ударить бригадного инженера ногой в живот, но Пархатых оказался проворнее и просто сильнее. Когда подоспевшие сотрудники НКВД оттащили бригинженера от Хохолкова, конструктор представлял собой уже довольно жалкое зрелище. Извлечённый из угла, с разбитыми губами, он, тем не менее, продолжал сипеть сквозь выбитые зубы проклятия в адрес тиранов и живодёров. В таком состоянии Хохолкова доставили в психиатрическую больницу НКВД, где его пытались безуспешно лечить в течение следующих 6 лет. Хохолков упорно сопротивлялся коновалам из НКВД, гордо заявляя о своём дворянстве и постепенно утверждаясь в мысли, что он не просто дворянин, а еще и потомок царской семьи. К 1943-у году, когда в одну палату к нему попал А.Г.Черенков, Никита Сергеевич уже объявил себя Императором Святой Руси и часто по ночам слезливо взывал к Столыпину, которого называл «милым другом и спасителем». Встреча с Черенковым. который в отличие от Хохолкова всё-таки сумел добиться принятия на вооружение своего изобретения, окончательно помутила рассудок Никиты Сергеевича и в начале мая 1944г., он, объявив себя Богом, трагически повесился при попытке вознесения на небо.
Так нелепо закончилась жизнь конструктора самых оригинальных танков, которые когда-либо являла миру человеческая мысль.