Всего страниц: 6
Алесь (corud): Бэкап. Мир Тьмы
Размещено: 13.05.2019, 19:43
  
Не все коту Масленица

    Лишний день жизни, он же и похмельный. Это время, потраченное впустую. Думаете, кто меня с Лёхом забрал из общаги? Машенька! Вчера она больше молчала, просто домой привела, раздела и спать уложила. Зато сегодня не затыкается. То ли ей в Вершинино поговорить было не с кем, то ли она, и в самом деле, так за меня переживает.

    - Только жена за порог, он сразу за бутылку! До какого ты состояния дошел? В зеркало на себя посмотри! На люди выйти с таким пропойцей стыдно! А, может, ты и шалав в дом водил? Наслышана я уже, как вы там в «Таверне» гудели. Знаю я, зачем мужики тудысь ходют.

    - Машенька, там тебя, кстати, ждут.

    - Да в курсе! Мне в Вершинино позвонили. Хоть на этом спасибо.

    - Так я тогда…

    Зря брякнул лишнего, поток красноречия завертелся с новой силой. Женатые мужики в курсе, что в таком разе лучше тупо молчать. Женщина все свое наболевшее из себя выплеснет, потом сгоряча и лишнего хватит, вот язык и закусит. Потому что все они отлично понимают, где наш мужской предел расположен. Зато мое терпеливое молчание воздалось мне же в виде чашки кислых щей, стопки беленькой, фрикаделек под светлым, моим самым любимым соусом и заветной бутылочки пива. Из запоя надо выходить грамотно и постепенно!

    Вечером мы душевно так посидели в беседке, любуясь видом на закат и обсуждая бытовые мелочи и планы обустройства нашего, поросшего бурьяном, «огорода». Если вы думаете, что личный дом — это решение многих жилищных проблем, то вы глубоко заблуждаетесь. Дом – это масса хозяйственных хлопот, а с большим участком в придачу их количество резко увеличивается.

    - Ну, теперь поверила, что шалав не было?

    После второго «захода» мы потненькие и голенькие валялись на любимой кроватке.

    - Не сердись, Васенька. Я то знаю, что у тебя никого без меня не было.

    - А когда? Все в делах и заботах, - покосился я на свою благоверную. Кто это ей, интересно, докладывает?

    - Знаем мы твои заботы. Думаешь, я не знаю, зачем мужики в «Таверну» ходят? Смотри у меня, - она беззастенчиво хватает за мое «мужское начало», - оторву с корнем!

    - Продолжай, милая, - беру ее ручку и показываю необходимую амплитуду движений.

    Мария деланно возмущается.

    - Фу ты какой! Одно только на уме!

    - Как ты права, Машуля. Сейчас только одно!

    Вот так со смехом и прибаутками и проходит наша семейная жизнь. Я уже понял, чем взяла меня Маша. Мы оба к действительности относимся немного с иронией и не так серьезно, как некоторые. Есть сегодня деньги – хорошо, нет – и без них проживем. Всякое ведь бывает! Меня всегда реально удивляют граждане, зацикленные только на материальном. Мы же все-таки люди, с какими-то душевными порывами, мечтами, а не рабы собственных вещей или животных прихотей. Поистине - Нищие духом!

    Даже после интенсивных физических упражнений заснуть сразу не удается. Потому что только сейчас я сообразил о чем проговорился вчера Мордашин: - «Она никогда не уходит из разбитых Бэкапов». Об этом мог сказать только тот, кто бывал в разных мирах. И Валерик таким человеком скорей всего был, возможно, и Чалдон. Не зря два паука так дружно спелись друг с другом. Как же, поверил я в сталкерское братство. Лех Красный мне совсем другие вещи рассказывал. Правильно он тогда выразился – здесь каждый сам за себя. Если есть взаимные обязательства или материальный интерес – то вместе. Если нет – табачок врозь. В большинстве слове двухтысячного года возобладал капиталистический, более жесткий уклад жизни. С коллективизмом в Калугино большие проблемы.

    Хотя о вероятности путешествовать по мирам можно было еще в Долбино догадаться. Кстати, а наши парни что об этом думают? Блин, начнешь расспрашивать, кто-то из них сольет Валере. А мне такого совсем не надоть. Будем потихоньку работать. Степана также можно привлечь. Малый вроде с головой дружит, и я его невольный протеже, у нас с ним вполне хорошие отношения сложились. Лех – слишком давно с Мордашиным, темная лошадка. Паша – сам по себе. Его сейчас больше другая проблема беспокоит. Неужели они с Васей, и в самом деле, хотят Здесь ребеночка заделать? На фига ему такая страшная жизнь, вернее, такой ужасающий конец. Смерть навечно, с гарантией качества. Бля, у меня аж мурашки по телу побежали. Хоть я и не шибко религиозный, но все равно в каждом из нас сидит ребенок, верующий в доброго дедушку Бога. Игнат Родин - этот темная лошадка, плохо его знаю. А вот Серега Вронин – вроде мужик нормальный. С ним можно будет парой слов перекинуться. Авось сцепимся вместе. Тогда порешаем так – слушаем, запоминаем, с ЛВИПом пообщаемся, о Чалдоне справки наведем. Ох, спать, как тянет. Мысли в порядок приведены, отсортированы, структуризированы и голова сама ко сну клонится. Перед тем как отбыть в путешествие по Мирам Сновидений мелькает одинокая искра мысли: «Чего это Машу из деревни-то вызвали?» Додумать страшное не успеваю, проваливаюсь в омут тьмы.

    С утра за мной заехали Лех Красный и Серега Вронин, у нас по плану стрельбы и тактические упражнения. К дальнему рейду готовиться будем серьезно. А по мне и правильно! Отлично понимаю, что стрелок из меня аховый, да и сработаться команде необходимо. Армейские навыки уже порядком подзабыты, да и служил я не в стрелках, а в инженерном батальоне. Вот по взрывчатке могу многое объяснить и не только. Мне достаточно завернуть в хозяйственный магазин и аптеку, чтобы соорудить зажигательную бомбу с замедленным взрывателем. Просто надо химию в школе учить хорошо, и помнить из какого материала презервативы делают.

    Едем недолго, стрельбище оборудовано на бывшей городской свалке, огорожено бетонным забором, поэтому посторонние сюда не суются. Предприятие, кстати, частное. Здесь же можно прикупить мелким оптом патронов или приблуд к оружию, есть и мастерская. Но мне это без надобности, несколько пачек с патронами я получаю за счет нашей «фирмы». Почти все кроме Мордашина в сборе. Пока снаряжаем магазины, перебрасываемся новостями, шутим и подначиваем друг друга. Больше всего достается, естественно, мне. Не один остроумец прошелся по поводу нашего с Валерой позавчерашнего запоя. Паша на редкость грустен. Никак с Васей не срастается?

    Получаем специальные наушники и расходимся по позициям. Отстреляв почти три магазина на дистанции 50, 100 и 200 метров, понимаю, что не в ладах с новым прицелом. Больно часто мажу, а это не дело. Тут-то я в спокойной обстановке, но при встрече с тварями будет намного хуже. Это умом сознаю, что ужас порождения Тьмы генерируют специально для нас, но тело эту логику признавать отказывается. Даже опытные сталкеры в подобные моменты находятся в состоянии дикого стресса. Только адреналин и доведенные до автоматизма движения спасают их от беды. Тем мы люди всегда и сильны, страх смерти нас от риска не останавливает. Как только человеческая раса получила это преимущество, так сразу и началось её триумфальное шествие по планете.

    Вронин подводит ко мне пузатого мужичка в странных желтоватых очках. Представляет Михаил Денисовичем, местным инструктором. Он спрашивает меня о проблемах, вздыхает и начинает разъяснять на пальцах мои довольно тупые промахи. Это же надо было забыть о специальных метках в прицеле и даже толком не пристрелять оружие! Просто невъе…ный я вояка! Каюсь и слёзно прошу помощи.

    Через час у меня язык на плече, во рту все пересохло, но хоть что-то начало получаться. Михаил Денисович уже не сердится, оставляет ЦУ и сваливает к себе в домик на обед. Ковыляю к ребятам. Все устали как собаки и расслабляются под навесом. Солнце сегодня больно жгучее. Мордашин, кстати, так на стрельбище и не появился. Прерогатива босса – никому ничего не объяснять. Замечаю в руках Сереги Вронина нечто новое.

    - Серый, откуда агрегат?

    - Город от щедрот своих выделил, вот взял сегодня на пристрелку. Хорошая машинка! С такой против тварей уже можно выходить, – Вронин стукает по мощной ствольной коробке. Пулемет напоминает видом наш ПК, только лента вставляется с другой стороны, как у немецкого MG и ствол похожий с решеткой поверх. Короб большой, патронов на двести. Серега объясняет, что и ствол на нем менять часто не нужно.

    Хорошее в этом мире оружие производили!

    - Мне дашь пострелять?

    - Каждый постреляет. А то мало ли что.

    Продолжать фразу не надо, и так все понятно. Взаимозаменяемость в дальнем рейде - условие обязательное. Так что мне еще и за руль под патронажем Леха придется сесть. Водить я, вообще, умею, меня учили ездить на приснопамятном ГАЗ-52. Тот еще агрегат, скажу я вам честно. Так что и с АЗМ2 с божьей помощью справлюсь. После отдыха я должен был идти на участок подвижных мишеней, но судьба в очередной раз распорядилась по-другому. На площадку перед домиком техников молнией влетела наша «Буханка» и из нее выскочил раскрасневшийся Мордашин.

    - Парни, все занятия на сегодня отменяются! Лихоманка с бригадой на засаду «разбойников» нарвался. Срочно собираем маневренную группу! Коммандос также    с нами.

    Вот, называется, и отдохнул с женой! А ведь мы бригадой собирались посидеть спокойно с шашлычками, над планами поработать.Вместо этого несемся по разбитой дороге в то самое Долбино. Есть тут, в Калугино один деятель, любитель подбирать лакомые крошки за Большими Боссами. Фамилия у него Лихоманов, и еще имеется божий дар встревать во всевозможные приключения, вот прозвище Лихоманка за ним и приклеилось. Но парень оказался на редкость фартовым, людей в рейдах практически не терял и возвращался всегда с наваром. Хотя рано или поздно удача может и отвернуться.

    Как только Лихоманка и разыскал нашу дорогу на Долбино? Да еще решился забить на Черную метку, поставленную советом сталкеров. За такое дело, между прочим, можно лицензии лишиться! И, казалось, все ведь предусмотрел: и второй полуразбитый мост его парни капитально починили, чем наш путь сильно облегчили. Даже гать на болотистую пойму кинуть не поленились, и запасную группу в пределах видимости в сосновом бору оставили. Но не помогло. Долетевший до границ радиосвязи посыльный из его команды успел сообщить, что бригада Лихоманова заблокирована некими чужаками на окраине Долбино. А на группу прикрытия напали «волчары», и им пришлось отойти. Это что же получается? "Разбойники" и Нежить совместно действуют? А что их тогда всех так в Долбино привлекает? Неужели тот самый Проход?

    Мысли мои растеклись по чреслам, даже тряска не помешала. Насколько я помню собственные ощущения, тот проход вполне себе в «рабочем» состоянии. Нас тогда с Валерой чуть в какую-то воронку не засосало. Правда, ощущение несколько иное, чем тогда, когда я сюда, в этот слой провалился. Получается, что события так несутся вскачь, и я никак за ними не поспеваю. Наша колонна на полном ходу прошла первый мост через речушку, я оглядываюсь по сторонам, «радар» пока спит, но все равно неуютно. Откровенно говоря, страшновато ползти прямо в пасть Зверю. Хоть нас и идет аж десять машин и почти пятьдесят человек, в том числе взвод в составе двадцати пяти здоровенных парней из Коммандос. В этот раз наши городские вояки идут на трех рейдовых машинах, похожих на БРМД из моего слоя. Штатные бронетранспортеры для сегодняшней задачи слишком увесисты и не так маневренны. На каждой из боевых машин установлено по тяжелому пулемету, плюс один ротный. Мужики в    них сидят серьезные и зело вооруженные, с такими как-то чуть спокойней. Ладно хоть Машу увидеть перед выездом не успел, вот слез было бы!

    Из-за Тьмы в этом слое постоянно проблемы с дальней радиосвязью. С лихоманскими связались уже на подходе ко второму мосту. Сначала заметили два кубоватых грузовика-вездехода, видом смахивающих на наши «Шишиги». Видимо, сталкеры взяли их для вывоза ништяков с Долбино. А оно вона как вышло! Сами попали, как кур в ощип. У реки, заметив подъезжавшую колонну, сразу засуетились. Практичным перцем на поверку оказался Лихоманов. Парни из его бригады середину моста оставили разборной, она достаточно быстро поднималась и опускалась с помощью автомобильной лебедки. Порождения Тьмы не любят проточную воду, и в итоге получилось нечто вроде непреодолимой для нежити границы.

    Мы пронеслись, не останавливаясь, через мост, достаточно ходко прошли по свежепоставленной гати, переваливаясь по неошкуренным бревнам, и спешно приближались к подъему в сосновый бор. Голову сразу сжало холодным обручем, это так на меня воздействует близость Тьмы. У всех по-разному её влияние проходит: кто-то жалуется на головную боль, у кого-то башка гудит, как у гипертоника при кризе, а многие слышат странные голоса. У меня же временами возникает ощущение, как-то будто некто царапает мой череп изнутри. Такой вот противный скрежет, от которого реально можно с ума сойти. Ладно хоть руки сейчас не дрожат и холодным потом не истекаю, как в первые «знакомства» с Тьмой. Человек такое существо - ко всему, гад, привыкает!

    На самой верхотуре, среди сосен мы ненадолго останавливаемся. Мордашин вопросительно посматривает в мою сторону. В нашей «пожарной команде» «слухач» имеется ещё только у Коммандос.

    - Там, - поворачиваюсь в левую сторону, где в метрах пятистах от нас остался несрубленным относительно большой островок леса, - твари, и их, похоже, много. Они нас уже почуяли, но пока далеко.

    - Что в поселке?

    - Не понимаю, - я вперился взглядом в дома, стоявшие на окраине. Сейчас оттуда    явственно были слышны короткие очереди и одиночные выстрелы из стрелкового оружия. Значит, кто-то из лихоманских еще жив. Ощущаю «радаром» нечто странное - это и не порождения Тьмы и, опять же, не люди. Но думать некогда. Подошедший к Мордашину хмурый лейтенант от Коммандос недоверчиво посматривает в мою сторону. Его разведка засекла впереди бандитскую засаду, но «слухач» военных совсем не ощущает присутствия в поселке Нежити.

    А затем все закрутилось, завертелось, скручивая время в настоящий гордиев узел. Вояки ловким маневром обошли с фланга засаду разбойничков, открыв по ним кинжальный огонь из пулеметов. За Коммандос, по освободившемуся проходу рванули остальные сталкеры. Я еще некоторое время наблюдал за прущими в сторону поселка лесозаготовителей автомобилями. Две из трех машин Коммандос, наша АЗМ-ка с Мордашиным во главе, вездеход лихоманских и две «буханки» из команды Кости Неустроева. В переулках заметались неясные тени, а меня, как будто укололи в районе сердца. Смотрящий! Но не тот, который был у озера, сигнатура чуть иная. Я тут же сузил свой «прожектор» и вычислил его месторасположение, где-то в глубине самого Долбино. Тварь сразу же дала знать, что ощутила мое присутствие, проявив аналог человеческой нервозности. Я с удивлением почувствовал исходящий от нее мощный импульс. В первый раз «поймал» идущие от Смотрящего команды. Это же…

    - Атака со стороны леса, всем приготовится!

    Вронин своим мощным басом продублировал мой отчаянный вопль. Кто-то из вояк тут же выпустил в воздух красную ракету. Радиосвязь так близко к Тьме совершенно не работает. И началось! В поселке злобным рыком откликнулись пулеметы, отрывисто зарявкали автоматы, гулко забухали гладкостволы. А я нервно выцеливал черные тени «волчар», несущихся к нам лавой по склону. Твари, видимо, сегодня нас хотели буквально утопить в волнах беспредельного ужаса, стараясь вывести из равновесия. Но в командах сталкеров и Коммандос остаются люди с необычайно крепкими нервами, или те, кому все по барабану, а без дозы адреналина и жизнь не жизнь.

    Все-таки отличная вещь пулеметы! Один тяжелый и пара ротных поистине могут творить настоящие чудеса по убойности. Это доказала еще Первая мировая война. Бо́льшая часть тварей полегла еще на склоне, оставляя после себя исходящие темным дымом лужицы. Так они перемещаются обратно в свое время-пространство. Мне, похоже, удалось попасть в пару тварей, последних «волчар» добили уже рядом с автомобилями. Затем я попытался выцелить «смотрящего», прятавшегося между здоровенных сосен. Но не судьба. Со стороны поселка вылетели две оранжевых ракеты, наши просили подмоги. Я запрыгнул в вездеход, пытаясь на ходу перезарядиться и поменять пустые магазины в разгрузке на полные.

    Дальнейшее я вспоминаю обрывками. Многие ветераны боевых действий рассказывали схожие истории о провалах собственной памяти. "Помню – шел в атаку, затем уже сижу во вражеском окопе, весь в крови, свой или чужой самому непонятно". Вот и мне запомнилось: несемся со всей дури вниз, к окраине поселка, нещадно подпрыгивая на кочках. Затем машина выровнялась, стараясь идти под защитой броневика Коммандос. Далее стрельба, которая, казалось, звучала со всех сторон, чуть не оглушила меня напрочь. Что-то стукнуло по кабине АЗМ-ки, и Лех резко вывернул руль, заскочив в какой-то узкий проулок. Вынырнули мы к околице уже через три дома. В глаза сразу бросился чадящий черным бронеавтомобиль Коммандос, незнакомый перевернутый пикап, лежащие на земле вповалку люди.

    - Тормози! - отчаянно заорал Вронин. Он успел убрать переднее стекло АЗМ-ки, они у нас снимаются, и ставил на самодельную вертлюгу свой ротный пулемет. Я же почуял нечто для себя непонятное и развернулся вправо. Так и есть, за углом дома, метрах в пятидесяти от нас кто-то явно спрятался. Он думает, что я не его вижу, но я его чую своим «радаром». Только сигнатура сильно отличная от нежити. Левая рука, как и учили на стрельбище, делает упор о переднее кресло, прицел выставлен на среднее увеличение, патрон уже в патроннике, селектор стрельбы выбран автоматический. Делаю пару вздохов, затем замираю и осторожно выжимаю спусковую скобу, четко отсекая три патрона. восьмимиллиметровые пули с легкостью прошибают дерево насквозь. Я предупредительно поставил прицел ниже, с удовлетворением наблюдая вывалившееся наружу тело. Еще три патронна и голова "разбойника" раскалывается на куски. И никаких себе угрызений совести!

    В этот момент машина резко дергается дальше, так что Леху достается от меня пара ласковых. Хоть бы предупреждал! Справа, за забором смутно мелькают какие-то тени, ясно ощущаю присутствие нескольких бандитов и суматошно добиваю в ту сторону магазин. Стукаю Серегу по плечу и показываю направление для стрельбы. Вскоре заместо забора остается нечто сильно разлохмаченное, а кусты шиповника оказываются изрядно пострижены «стальной» плеткой. Мне еще хватает хладнокровия при замене магазина уронить его в специальную сетку, притороченную к спинке сиденья.

    Затем в моей памяти осталась сцена схватки у пятачка, где расположены поселковые магазины. Там, в общем-то, и «заперли» лихоманских. Даже не расскажу, что там в точности происходило. Как отбивались от последней атаки «разбойников», как выводили оттуда спасенных людей. Помню только как с беспомощным видом шарю по карманам в поисках заряженных магазинов. Правая сторона разгрузки совершенно пустая, и я не сразу осознаю это. Мимо нас проносится полная народу «буханка», в лице водителя нет ни кровинки, а боковые стекла вездехода разбиты прямыми попаданиями. Рядом с нами грохочет тяжелый пулемет, кто-то пытается его яростно перекричать. А я с ужасом понимаю, что нас сейчас будет атаковать очередная нежить. Они уже совсем рядом и приготовились к прыжку. Передёргиваю затвор и стараюсь распознать «направление» их удара.

    - Лех, отходим, быстро! Твари!!!

    Голос у меня срывается, но Вронин вроде как услышал. В этот момент из-за угла магазина выскочил Мордашин, он стреляет куда-то вверх, в его армейском автомате АК-49 установлена «банка» от ручника, патронов не жалеет. Перед ним бежит Степан с чьим-то телом на плечах. Я с ужасом уставился на белобрысую голову и с еще большим ужасом замечаю на крыше магазина маленькие черные клубки. «Чертята»! Эти твари обычно появляются из подвалов, вот поэтому я их не сразу почуял. Вокруг нас сплошная кутерьма, заполошно суетятся и кричат люди, разворачиваются автомобили, в них спешно закидывают раненых и спасенных. И все это в клубе пыли, отсвечивающей от яркого, вечернего солнца. Отцы сюрреализма руку бы отдали за подобную сцену!

    - Ходу, Лёха, ходу!

    Вронин уронил рядом со мной чье-то тело и сам запрыгивает в машину, сноровисто устанавливая свой пулемет на вертлюгу. С близлежащих домов в нашу сторону прыгают страшные дымчатые тени, раздается грохот пулемета и «чертята» так и остаются на пыльной земле. Отход спасгруппы прикрывает броневик Коммандос, наверное, стволы его пулеметов раскалились добела. Затем память услужливо показывает последние метры подъема к сосновому бору. Внезапно ощущаю смутно знакомый импульс, исходящий от здешнего "Смотрящего", и в ужасе оборачиваюсь. От бегущего вверх нестройного стада мелкой нежити отделилась одинокая фигурка. Тьма напоследок приготовила нам сюрприз, отдав энергию всех «батареек» одной из особей. Точная очередь из тяжелого пулемета перечеркивает отчаянную попытку нас остановить. «Чертенок» валится на землю и быстро исходит черным паром. Люди, находясь в отчаянии, способны на многое, даже на попытки обмануть само время. Вот поэтому пулеметчик заранее увидел траекторию бега нежити, поэтому водитель вовремя остановился, дав время прицелиться, а их командир не стал вмешиваться в правильные решения своих подчиненных. Те, кто отставал от несущегося локомотива под названием «Жизнь», валялись сейчас на улицах поселка безмолвными и никому не нужными тушками.

    Возиться с лебедками на втором мосту не стали. Вояки просто-напросто сдернули мостовые конструкции буксирами в воду. А после проезда первого моста один из их броневиков немного задержался, а затем мы наблюдали взметнувшийся в небо конус разрыва. Дорогу в Долбино решили заблокировать окончательно.

    Большой привал сделали уже на перекрестке двух грунтовок, всего в десятке километров от Каргинского шоссе. Я осторожно поправил на сидении тело мертвого Коммандос и вышел наружу. Чуть потряхивало, голова гудела, но в целом состояние нормалёк. Кому-то сейчас намного хуже. В тени деревьев сталкеры расстелили покрывала, разворачивая импровизированный медицинский пункт. Среди членов лихоманской бригады и спасателей хватало раненых. Два военных потащили внутрь броневика большой «экспедиционный» фонарь. Кого-то, значит, твари успели покусать. Лечение от ран и повреждений, нанесенных порождениями Тьмы, производится до банальности простым способом – светом. В этом плане связка тьма-свет почему-то работает. Не знаю, кто в этом слое догадался об этом методе первым, но памятник ему надо поставить точно!

    - Хана нашему красавчику! - Игнат Родин выглядит хреново, волосы растрепаны, глаза слезятся, видимо, забыл очки одеть и наловил пыли. – Да не смотри ты так! Живой он. Просто чертяка лицо ему сильно распорол. Сейчас светят, но лежать в больничке Паша будет долго. Эх, всю красоту парню попортил!

    Я успел сделать пару глотков воды из фляги, как подошел сильно злющий на вид командир группы Коммандос.

    - Ты, говорят, у Мордашина слухач?

    - Да, а что?

    - Мой ранен. Осмотри все вокруг повнимательней, у меня и так проблем выше крыши. Трое раненых, два убитых.

    - Ладно.

    Препираться сейчас, пожалуй, не стоит, как и указывать на то, что на такую работку они сами добровольно подписались. В роту Коммандос целая очередь желающих. По пути бросаю взгляд в сторону группы из растерянных людей. Это все, кто остался из бригады Лихоманова. У них-то потери однозначно больше! По приставной лестнице забираюсь на капот одного из броневиков и усаживаюсь там поудобней. Мне даже головы вертеть не надо, чтобы прочесать все вокруг. Нет никого! Это было мне, собственно, и так понятно. Раз мы вырвались из западни, так смысла нас так далеко преследовать? Как только я «потушил» свой «радар», то сразу же ощутил некий зов и встревоженно обернулся в сторону посёлка лесозаготовителй. Смотрящий! И не тот, который сегодня командовал засадой, а Озёрный. И как это он нашел меня здесь и откуда в Долбино взялся? И что ему от меня надо?    Домыслить невероятное я не успел.

    - Как там? – у броневика остановился лейтенант и незнакомый мне вояка с двумя треугольниками    на петлицах. В этом слое погоны военным так и не вернули.

    - В Багдаде все спокойно! - я спрыгнул на землю и обернулся к коммандос. – Эти твари очень хитрые: сначала чем-то заманили в Долбино лихоманских, а затем на нас засаду устроили. Но мы ушли, и преследовать нас не будут.

    - Ты что, такой невье..ный экстрасенсорный стратег? – зло сплюнул лейтенант.

    - Сёма, спокойней! - хлопнул его по плечу сержант, - Мужик-то здесь при чём?

    - А! – командир взвода горестно махнул рукой и ушел к раненым.

    - Не серчай, мил человек. У нас давно таких потерь не было, вот командир и на взводе. Будешь? Хороший, с юга, - сержант протянул мне четвертную стеклянную фляжку с янтарным содержимым. Осторожно глотнул, коньяк, и в самом деле, оказался хорош. – Мы тебе, браток, вообще, ящик такого должны! Это же ты об атаке «волчар» на холме заранее предупредил?

    - Я сначала Смотрящего учуял, а потом уже этих …- неожиданно я понял, что не знаю, почему так быстро к нам подобрались те твари из леса. Такое впечатление, что из ниоткуда вынырнули. Я же «видел» их до этого в пятистах метрах от нас. Еще одна страшная загадка этого бесконечного дня.

    - Да без разницы! «Волчары» твари проворные, еще пара секунд и у машин были бы. Так быстро тогда не отбиться бы не удалось, и на помощь в поселок вовремя не пришли. Представляешь, эти сволочи один наш Броник из гранатомета сожгли! И где только его взяли? Кстати, мы двух «черных» для допроса захватили.

    - Да? Покажь?

    Мы прошли мимо раненых, посреди них я заметил слухача из Коммандос. Голова перевязана, рука висит плетью на повязке. Наверное, он ехал в том самом подбитом броневике.

    - Вот тварь, окачурился!

    Сержант зло пихнул лежащее тело ногой и подошел к задней двери боевой машины. Я зацепил глазом свежую пробоину в кузове. Неужели у «разбойников» есть бронебойные пули?

    - Смотри!

    Сначала я ничего не понял. Человек был хмур и небрит, он сидел, сгорбившись у стенки броневика. Опытные в таких делах вояки пристегнули бандита к сиденью с помощью цепей. Затем пришло внезапное осознание. Этот, не знаю, можно ли его еще называть Человеком, являлся нашим полным негативом. Иссиня-чёрное лицо, белесые волосы, темная кожа рук, только глаза поблескивали на общем темном фоне. А самое странное впечатление на меня произвели его глаза с чёрным белком. Я, конечно, знал, что это основной признак Оборотня или Волкодлака, но так близко сталкивался с этим в первый раз.

    - Просветили, можно ехать!

    Раздалось из «госпитального» броневика. Люди начали потихоньку подниматься, я попрощался кивком головы с сержантом и двинулся к нашему вездеходу. Мертвого вояку от нас уже забрали, со мной рядом уселся Степан. Необычной для себя сосредоточенный, со странным взглядом.

    - Ты как?

    - Да в целом нормально. Ни фига, правда, не понял, но почти все патроны расстрелял. Жутко было местами.

    Колмогоров растерянно улыбнулся и потянулся к открытой пачке с патронами. А я только сейчас понял, что и у самого практически не осталось снаряженных магазинов. На ходу набивать их сложно, но скоро выберемся на относительно ровное шоссе. А парня, пожалуй, следует приободрить.

    - Молоток! Штаны сухие, башка целая? Значит, будем жить! Парни, сегодня проставляюсь!

    Низкое закатное солнце щедро дарило последние лучи теплого июньского дня, встречный ветерок ласково вился в волосах. Думать сейчас ни о чем не хотелось. Хорошо все-таки быть живым! По эту сторону Тьмы.
Размещено: 13.05.2019, 19:43
  
Всего страниц: 6