[/spoiler]
9

Иммиграционный центр располагался в трехэтажном доме из стандартного здесь красного кирпича. На первом этаже когда-то был большой магазин, но теперь проемы витрин были частично заложены кирпичом, оставив небольшие зарешеченные окнa. Окованная железом дощатая дверь тоже, надо полагать, была признаком нового мира, как и большая надпись краской по трафарету слева на стене: "Иммиграционный центр - вход для новоприбывших. Добро пожаловать!". Просто и доходчиво, подумал Алекс, захочешь, а не пропустишь.
За дверью находился небольшой тамбур, закрытый с другой стороны решетчатой дверью, а за дверью сидел на стуле охранник, на коленях он держал самозарядный дробовик с обрезанным почти под магазин стволом. Увидев вошедших, он встал со стула, и держа дробовик стволом вниз, другой рукой достал из-за угла фонарь на проводе.
- Доброе утро, - сказал он, - это световой тест, смотрите на лампу.
- Ну да, - кивнула Виолет, - Мы уже в курсе.
Охранник кивнул, вернул фонарь на место и открыл дверь, пропуская их внутрь. За тамбуром было что-то вроде холла, с парой продавленных диванов и журнальных столиков, а напротив, около ведущей внутрь двери, располагался большой офисный стол с массивным письменным прибором и телефоном, а позади него - открытые полки с бумагами и картина с каким-то городским пейзажем. За столом заполняла бланк полноватая жещина средних лет в клетчатом платье, а на одном из диванов сидел пожилой полноватый дядечка с длинными прядями волос вокруг лысины, держащий на коленях изрядно потертую и продранную, но вполне современную (в смысле, для конца 20-го века) куртку-пуховик, и ошарашенно озиравшийся вокруг. Тоже новоприбывший, решил Алекс.
- Привет, - сказал дядечка с курткой, - вы тоже не местные?
- Ну, наверное так, - кивнул Алекс, - хотя как я понял, теперь мы тут все местные.
- И не говорите! - вздохнул дядечка, и протянул руку, - Я Рой Лейдер, из Лис-Саммит, мясник.
- Очень приятно, я Алекс. Мы после Вас, я так понимаю?
- Именно так, - кивнул Рой и потряс головой, - Черт, не могу поверить во всю эту фигню! Я всего два часа назад зашел в холодильник, и дверь захлопнулась, наверное со стопора сорвалась! Черт, надо было включить чертов свет! У меня там осталась семья, жена, трое детей, и мне говорят, что я их больше не увижу!
- Да, мне тоже это сказали. Очень хреново, но надеюсь, я смогу научиться с этим жить. Слушай, Рой, тут дают что-то не первое время - деньги там, жилье?
- Да, есть центр временного размещения, дают на три месяца койку и еду. Подозреваю, что на уровне благотворительных столовых для бездомных, но нищим выбирать не приходится. И мне повезло, что я успел снять с крюка свиную полутушу - местные, которые меня подобрали и рассказали что к чему, подкинули меня к мясной лавке, и там дали за нее 80 долларов. Наверняка нагрели, но лучше так, чем таскать с собой 150 с хвостиком фунтов мороженого мяса и костей, которые постепенно оттаивают.
- Тебе повезло, - усмехнулась Виолет, - за то, что я принесла с собой в этот мир, вряд ли заплатили бы и пару долларов.
Алекс фыркнул, но Рой лишь грустно покачал головой:
- Мне повезло бы, если бы чертов стопор продолжал держать дверь.
Все промолчали - спорить было особо не о чем. Потом раздался возглас женщины за столом:
- Мистер Лейдер, ваши бумаги готовы. Центр временного размещения находится на углу Четвертой и Вестерн, в бывшей школе Самнер, предьявите там это. А это - для фотостудии, налево по Канзас, три дома отсюда, сфотографируйтесь там для идентификационной карты. Послезавтра сможете ее забрать. Приятого дня!
- Да уж, - хмыкнул Рой, - Прекрасный денек. Ладно, сейчас ваша очередь, увидимся в центре временного размещения!
- Увидимися, - почти в унисон ответили Алекс и Виолет.
Рой взял бумаги и направился к двери, а Алекс сказал с усмешкой:
- Дамы вперед! Давай ты первая.
Виолет кисло посмотрела на него.
- Даже спорить не охота, - вздохнула она, встала с дивана и направилась к женщине за столом.
Оставшись в одиночестве, Алекс решил полистать журналы. Здесь почему-то были широко представлены каталоги различных автомобильных фирм, и он здорово обогатил свои знания по местной американской промышленности 40-ых. Нашлась и его машина - как оказалось, его трофеем стал "Форд" модели 1946 года с кузовом "Клаб-Купе". Рекламный проспект описывал эту машину исключительно в превосходных выражениях, но явно содержал устаревшую информацию: в этом мире Алекс предпочел бы грубоватый армейский "Виллис".
Среди ярких, хоть и немного выцветших, каталогов он вдруг увидел более новое издание, явно относящееся к "посмертному", эндсвиллльскому периоду этого мира - тонкую серую брошюрку с надписью у верхнего края: "Это может сохранить вам жизнь!", и чуть ниже - "Темные твари - важная информация для новоприбывших". Умеют рекламировать, подумал он, открывая брошюрку. Рекомендации были достаточно подробными, хотя и содержали в основном то, что Алекс и так знал или догадался: не разгуливать ночью без особой необходимости, не лезть в темные места, держаться поближе к людям, носить с собой оружие и быть готовым применить... Некоторые вещи оказались новыми, например то что от демонов отлично защищают автомобильные очки-консервы. Надо будет обзавестись, подумал он, переходя к описаниям самих тварей, которые почему-то сопровождались не фотоснимками, а темными рисунками, на которых можно было разглядеть главным образом силуэты. Названия тоже не блистали разнообразием: создавалось впечатление, что первооткрыватели просто брали название существующего животного и прибавляли к нему слово "Адский": адская обезьяна, адская гончая, адская кошка... Интересно, есть ли здесь адская мышка, подумал Алекс. А также адская внучка и адская репка. Впрочем, судя по описанию того, как именно твари убивают людей, это все очень не смешно.
Он не прислушивался к разговору Виолет и женщины за столом, и понял, что ее интервью закончилось, только когда она встала со стула.
- Еще пару минут, и я подготовлю бумаги, - сказала женщина, и добавила, обращаясь к Алексу - Потом сможешь подойти.
- Нашел что-то интересное? - спрсила Виолет, присаживаясь на диван рядом с ним.
- Да, очень. Вот, смотри, информация про тварей, о которых нам говорили. А тебе рассказали что-нибудь интересное.
- Да, - кивнула та с кислой миной, - подтвердили, что в этом отсталом мире я никогда не смогу работать по специальности, учиться или вообще заниматься какой-либо интеллектуальной работой.
- Так у тебя же нет специальности, - удивился Алекс, - ты же учила эту... антропологию, и не закончила ее.
- Ну да, я антрополог. Я могла бы помогать в исследованиях по социальной антопологии, но здесь даже слов таких не знают! Представь себе, она предложила мне работать на фабрике!
- Лучше на фабрике, чем вообще нигде, - философски сказал он, - Ведь здесь вряд ли платят пособие по безработице.
- Ну да, и это ужасно!
- Ты не можешь сейчас этого изменить. Лучше почитай эту брошюрку, а то нападет на тебя адская кошка и сожрет прежде, чем ты сделаешь тут карьеру.
- Кто нападет?! - выпучила глаза Виолет.
- Вид твари. Читай, тут подробно.
Виолет фыркнула и открыла брошюрку. Похоже, ей будет тяжело адаптироваться в этом мире, подумал Алекс, если каждый раз она будет возмущаться тому, что не соответствует ее представлениям, вместо того чтобы принять то, что не сможет изменить. И похоже, мне придется здорово помочь ей. Он начал прикидывать, как можно помочь, но в голову, как назло, не лезло ничего хорошего. А через несколько минут женщина за столом обьявила о готовности направления в центр временного размещения и о том, что надо пойти в фотостудию.
- Я сейчас, - сказал Алекс, вставая вслед за Виолет, - тут же нет особой очереди.
- Как скажешь, - усмехнулась женщина и достала пилочку для ногтей.
- Хочешь пойти со мной в фотостудию? - удивилась Виолет, когда они вышли.
- Нет. Хочу дать тебе твой рюкзак с вещами и предложить встретиться у машины через два часа, - и с этими словами он оглянулся, и убедившись что поблизости нет машин, пошел через улицу к машине.
- Но я даже не знаю, где здесь секонд-хэнд! - воскликнула Виолет, поспешив за ним.
- А это не проблема. Мы это сейчас выясним, - и он быстро окинул взглядом тротуар и подошел к ближайшему прохожему - молодому парню с заметными залысинами, в коричневом костюме с расстегнутым пиджаком, под которым, судя по поперечному ремню, висела плечевая кобура:
- Доборое утро. Прошу прощения, вы знаете, есть ли здесь поблизости магазин подержанной одежды?
- Да, есть такое, - кивнул парень, - На Канзас, пару блоков на юг. "Реюз" называется, если не ошибаюсь.
- Вот видишь? - усмехнулся Алекс, переводя взгляд на слегка обалдевшую Виолет.
- Даа, - протянула та, - ну что же, через два часа так через два,
- Прекрасно, - сказал Алекс, открывая багажник, - слушай, а она не говорила тебе про какие-то выплаты на первое время?
- Ээ... нет, ничего такого не говорила. Вот дерьмо, мне надо было спросить, но после того, как я поняла с ее слов что меня не ожидают тут никакие нормальные занятия, я просто не могла об этом думать.
- Ладно, я спрошу и для тебя тоже, - вздохнул он, доставая рюкзак и тут же захлопывая крышку багажника, - повернись, я на тебя надену.
Он помог ей закрепить рюкзак, а когда Виолет вновь повернулась к нему, привлек к себе для поцелуя. На этот раз Виолет отреагировала как-то пассивно, хотя и не протестовала. Может, в ее мире было не принято целоваться в публичном месте, подумал Алекс, а может, она думает, что это не принято тут. Ну и пофиг.
- Встретимся через два часа, сладкая! - сказал он.
- Разумеется, - улыбнулась Виолет и зашагала к углу с Канзас-Авеню.
А Алекс вернулся обратно в Иммиграционный центр. Охранник пропустил его без проверки, только ухмыльнулся - надо полагать, видел все через окно. Кроме него, в холле не было больше никого - другие новоприбывшие не появились, а женщина в клетчатом платье ушла, по-видимому, на перекур или в туалет. Алекс сел на стул Через пару минут, впрочем, она вышла из внутренней двери, и Алекс тут же, не дожидаясь приглашения, сел на стул напротив нее. Около письменного прибора он заметил небольшую табличку, написанную от руки: "Кейт Эберхарт". Приятно познакомиться, Кейт, подумал он.
- Добро пожаловать в Топику, Эндсвилль, - сказала Кейт, - Имя, фамилия?
- Алекс Черняк.
- Дата рождения?
- 12 августа 1974 года. Ну, в моем мире.
- Календарь везде одинаков, - усмехнулась Кейт, откладывая в сторону бланк и беря другой. Написав на нем несколько слов, она спросила:
- Род занятий? Ну, я имею в виду до попадания сюда.
- Тестировщик программ. Но я так понял, это здесь не понадобится - тут и компьютеров-то нет, наверное.
- Есть. Очень мало, но есть. Некоторым повезло попасть сюда с компьютерами, да и табуляторы тут были. Но если ты думаешь о трудоустройстве в этой области, имей в виду: ты должен быть реально выдающимся специалистом.
- Я попробую, - улыбнулся Алекс.
- Ладно, дам тебе координаты городского дата-центра. Но на случай, если не получится - что еще ты делал в своей предидущей жизни? У тебя, я так понимаю, образование колледжа - оно тоже в компьютерной области?
- Да, компьютерные науки.
- Жаль. Нам нужны инженеры, в любых областях. А еще врачи, промышленные рабочие и люди, которые умеют обращаться с оборудованием середины 20-го века. У тебя не было случайно хобби из этой области? Может, ты в машинах копаться любил?
- Увы, нет. Справиться с управлением машиной этих времен я смогу, пожалуй, а вот ремонт придется учить с нуля. А что, у вас тут и трудоустройство тоже?
- Только по определенным профессиям, наиболее ценным. Большинство новоприбывших устраиваются самостоятельно. А, и еще кое-что: ты в вооруженных силах не служил случайно? В некоторых мирах был обязательный призыв.
- Служил. Даже учавствовал в боевых действиях в Ливане.
- Надо же, - протянула Кейт, отложив перьевую ручку, - куда только не заносит наших. По странам, где в разных мирах в конце 20-го века воевали американские войска, вполне можно учить мировую географию.
- Я служил в израильской армии, - покачал головой Алекс, - Я из Израиля, родился и вырос на Украине, был в Соединенных Штатах в турпоездке.
- Двойная невезуха, - Кейт покачала головой, - Собираешься идти здесь в армию?
- Даже не знаю, - он вздохнул, - Я относительно недавно оставил армейскую службу, и не очень стремлюсь к жестким рамкам, приказам и стоянию в карауле.
- Для человека, умеющего держать в руках оружие, здесь найдется немало дел и вне армии. Но очень рекомендую убедиться, что это законные дела. Правосудие здесь быстрое и суровое.
- Разумеется, - кивнул Алекс.
- Ну и прекрасно. Ну что же, в список горожан я тебя внесла. Сейчас заполню бумаги на удостоверение личности...
- А нам разве не полагается какая-то финансовая помощь на первое время? - перебил ее Алекс.
- Разве что в совсем экстренных случаях. Ваш случай эстренный? Имей в виду, помощь финансируется из налогов.
- У меня не очень экстренный, - вздохнул Алекс, - а вот Виолет не помешало бы немного денег от щедрот налогоплательщиков - она попала сюда с тем, что на ней надето.
- Вы попали по отдельности? - удивилась Кейт.
- Да. Познакомились вчера, уже в этом мире.
- А выглядите, как будто давно вместе. Ну что ж, поздравляю. Передай ей, чтобы зашла еще раз и спросила. Много не будет, но на первое время хватит. Теперь, можешь подождать, я заполню направления в фотостудию - для фотографий на удостоверение личности, и в центр временного размещения.
- А что там, в центре? - спросил Алекс, - Какие условия?
- Ну, это бывшая школа. Общие спальни в классах - по дюжине кроватей в каждом, шкафчики для личных вещей в коридоре, в конце коридора - туалет и душ. Не трехзведочный отель, конечно, но для человека, очутившегося в этом мире без средств - очень неплохой вариант.
- У меня есть немного доллларов, - вздохнул Алекс, почти не притворяясь, - какие еще варианты у меня тут есть с жильем? И кстати, как я понял - я должен поставить на деньги из своего мира какую-то печать.
- Да, это в городском банке, налево по Канзас, пара кварталов на север, на другой стороне улицы. Там впечатляющее здание, ты не пропустишь. А насчет вариантов жилья - есть пансионы, есть апартаменты, некоторые сдают комнаты на сьем. За 80 долларов в месяц можно снять самую базовую комнату, без всяких принадлежностей, за 120 - апартамент со спальней, кухней и всеми удобствами. Есть места, где можно доплачивать за еду.
- И где можно найти эти апартаменты?
- Просто пройтись по улицам деловой части города и вокруг, посмотреть на вывески, посмотреть на доски обьявлений. Я так понимаю, направление в центр временного размещения ты решил не брать, да и девушке твоей я зря выписала?
- Не знаю, - улыбнулся Алекс, - у нас говорили "если тебе дают - бери". Я же всегда могу его вернуть, не так ли?
- Так-то оно так, - вздохнула Кейт, - Ладно, давай так: я тут до четырех буду. Посмотри, поищи, если решишь что вам все же нужно в центр временного размещения - зайди еще раз, вместе с девушкой.
- Так и сделаю, - кивнул Алекс, - Спасибо.
В этот центр временного размещения, пожалуй, селиться не имеет смысла, подумал он, складывая направление в фотостудию. Общая спальня, туалет с душем в конце коридора... ну да, в армии бывало и похуже, но армия уже давно позади. Вдобавок у меня тут девушка образовалась, со всеми сопутствующими приятностями, нам что же, реализовывать эти приятности на глазах десятка соседей по комнате? Хотя там наверняке еще и женские спальни отдельно от мужских, и проход не сильно простой, друг к другу в гости не походишь, придется искать всякие чуланы, а то и кусты вокруг школы. А моя куча имущества, которую мне не хватит и трех шкафчиков распихать, наверняка привлечет кого-то из новоприбывших - не все люди честны, а тем, кто остался без ничего, сохранять честность еще тяжелее. Так что лучше поискать пансионы с апартаментами, тем более что цены в них, со слов Кейт, достаточно демократичные. А там видно будет.

10

Свернув за угол, Алекс оказался на Канзас- Авеню - широкой улице с трамвайными рельсами по центру, заполненной (ну, по местным масштабам) людьми и машинами, и зашагал по ней на север. Нужный дом он увидел почти сразу - небольшой, двухэтажный, покрытый бледно-голубой облупившейся штукатуркой, с выцветшей вывеской "Кодак", которую дополнял бело-зеленый щит с крупной надписью "Магда-Фото". Окна и дверь здесь тоже были забраны решетками, но световой тест ему никто не делал - потянув на себя дверь и войдя внутрь, Алекс оказался в обычном фотомагазине, мало отличающемся от привычных, разве что с поправкой на время: длинный прилавой, стеклянная витрина с фотоаппаратами за ним, россыпь разнообразных фотографий в рамках на стенах, запах какой-то фотографической химии... Разве что сама студия находилась не в задней комнате, а тут же, в задрапированном белой тканью углу, и тоже демонстрировала минимализм - там были лишь рояльная табуретка, тренога с камерой и две стойки с лампами. За прилавком сидел азиат в замшевой жилетке поверх серой рубашки и грыз яблоко. Увидев вошедшего, он отложил его в сторону и опустил руку под прилавок.
- Добрый день, - поприветствовал его Алекс, чтобы сразу показать, что он не одержим демоном, - Меня тут из Иммиграционного центра прислали, для снимка на идентификационную карту.
- Уже третий, а? - ухмыльнулся фотограф, - богатая ночь на новоприбывших.
- Мы прибыли вчера, - возразил Алекс, - но очутились за городом, и добрались в город уже на закате. Тут была девушка, блондинка?
- Да, минуты три назад ушла.
- Странно, что мы разминулись, - покачал головой Алекс, - мы вчера познакомились, очутились неподалеку и... - он неопределенно покрутил в воздухе рукой.
- Ясно, - фотограф вновь улыбнулся, - Два доллара за снимок. Есть наличка?
- Есть, - кивнул Алекс, доставая кошелек.
Фотограф щелкнул выключателем, загорелись лампы.
- Можешь сесть там, - сказал ону, убирая деньги в выдвижной ящик, - если хочешь привести себя в порядок - вон зеркало.
Алекс мельком глянулся в зеркало, слегка пригладил волосы, а потом сел на абуретку, прищурившись от яркого света.
- Открой глаза, - скомандовал фотограф, подойдя к камере несколько архаичной конструкции - пленочной, но с раздвижным обьективом-гармошкой. Алекс честно открыл глаза и даже попытался улыбнуться. Камера щелкнула, фотограф подрегулировал что-то, сделал еще один снимок и направился к прилавку,
- Это все, - сказал он, - Сейчас выпишу квитанцию, послезавтра зайдешь в Иммиграционный центр и заберешь карту.
- Ага, - кивнул Алекс, рассматривая фотоаппараты - среди архаичных конструкций 40-ых он заметил камеру намного более современного вида, в простом прямоугольном корпусе из черного, с красной полосой, пластика, явно посолиднее его "мыльницы".
- Эти камеры на продажу? - спросил он.
- Теоретически - да, - усмехнулся фотограф, - но желающих немного, тут не до любительской фотографии, знаешь ли. Так что это в основном моя личная коллекция. Хочешь купить?
- Хочу продать, - улыбнулся Алекс, - у меня любительская автоматическая камера, с дальномером и электроперемоткой. И три кассеты с цветной пленкой, и еще в камере десяток неиспользованных кадров.
- С цветной? - и без того узкие глаза фотографа превратились в щели, - Какого формата?
- Ээ.. 35 миллиметров.
- А размер кадра, светосила?
- Не знаю. Я же не проявлял сам.
- Ну да, понятно. Цветную пленку здесь очень сложно проявлять. Ладно, пополню себе коллекцию, дам тебе сотню за все.
- Две, - сказал Алекс.
- Сотню, - покачал головой фотограф, - в городе очень мало людей занимаются фотографией. Ты будешь долго искать, кому продать дороже, и скорее всего не найдешь. И уж точно не найдешь за две.
- Я подумаю, - Алекс вздохнул. Похоже, для фототехники тут был рынок покупателя, решил он. Ну и ладно, сотня - тоже неплохо, это почти что месяц аренды. С этой мыслью он забрал у хитрого азиата квитанцию и вышел на улицу.
Интересно, куда делась Виолет, подумал он. Время встречи у нас, конечно, назначено, но эта пришелица из страны розовых пони способна влипнуть в неприятности на ровном месте. Впрочем, она взрослый человек, а я не могу и не собираюсь контролировать каждый ее шаг. Может, она решила заглянуть еще в какой-то магазинчик?
А магазинов тут хватало. Надо полагать, до того, как этот мир поразил катаклизм, Канзас-Авеню была одной из главных торговых улиц города, если вовсе не главной, и почти в каждом доме на первом этаже был магазин, а то и два. Многие были вычищены и заброшены, и зияли теперь пустыми витринами, заколоченными досками, но хватало и действующих, уже приспособившихся к новой реальности. Алекс прошел мимо импровизированной закусочной в бывшем цветочном магазине - в опустевшее помещение новый владелец затащил тележку для продажи хот-догов и три стола, окруженных разнокалиберными стульями. Потом попалась табачная лавка с традиционной деревянной фигурой индейца у входа и с бритвенными станками "Жилетт" в зарешеченной витрине, и он с полминуты рассматривал их - с раннего детства он помнил, как такими, или очень похожими, станками пользовались его отец и дядя. У меня тоже "Жилетт", но совсем другого поколения - "Мах3", подумал он, и еще две запасных кассеты. На месяц должно хватить, может на полтора, а потом придется вспоминать, как пользоваться такими станками. Но это-то я быстро освою, а вот отца и дядю, к сожалению, придется лишь вспоминать. Несколько минут он шел, погруженный в эти мысли, и следующим заведением, на которое он обратил вимание, оказался бар "Стрэй Кэтс". Ну да, это тот же самый, про который Билл говорил, подумал он. Надо будет зайти через пару дней, тем более что теперь я знаю где это. Опа, а что это тут?
Следующий за баром магазин, скорее даже закуток, выглядел необычно. На той части бывшей витрины, что теперь была заложена кирпичом, висела еще одна витрина - плоский застекленный ящик, а в нем красовались яркие, хотя и слегка выцветшие, фотографии, открытки, магниты... И судя по качеству полиграфии, да и по попадающимся на многих фотографиях машинам, это были предметы из конца двадцатого века. Заинтересовавшись, Алекс толкнул дверь, зазвенел колокольчик, и стоящий за прилавком полноватый мужчина с заметной лысиной вскинул голову.
- Добрый день, - поприветствовал его Алекс, - ээ... вот, проходил мимо, хотел узнать, что это за магазин.
- Привет, - человек за прилавком окинул его взглядом, - ты новоприбывший, верно?
- Ну да, - Алекс кивнул, - Одежда меня выдает?
- Одежда и то, что этот магазин знают, наверное, все в городе. Это "Мой мир".
- Этот магазин - весь твой мир? - удивился Алекс, разглядывая полки и прилавки. Все те же открытки, магниты и брелoки, какие-то игрушки, доска с авторучками - в основном недорогими, пластиковыми, с рекламными надписями, бейсбольная бита, пластиковй ящик с крышкой, на которой лежала куча каких-то каталогов и рекламных проспектов, ультрасовременного вида лампа на подставке, напоминающей манипулятор промышленного робота... это же все предметы из конца 20-го века, понял он вдруг, и продавец подтвердил его догадку:
- Да, это мой мир, и твой, и всех живущих здесь. Я продаю предметы, с которыми люди попали сюда. И покупаю такие