Новая Земля, Порто-Франко, 18 год, 10 месяц, 4 день, пятница, 15:00
Никак не привыкну, что полдень здесь – это не 12:00, а 15:00! Именно на полдень нам назначена встреча с хозяйкой дома, который мы хотим арендовать минимум до конца мокрого сезона.
Объявление о его сдаче мы нашли в той самой газетке, что купили по просьбе Серёги Семёнова. Его интересовало трудоустройство и реклама автомастерских, поэтому мы вырезали то, что касалось недвижимости, а ему оставили всё остальное. Из предлагавшегося нас устраивали по цене и размерам три-четыре варианта, но они располагались либо слишком близко к кварталу красных фонарей, либо на отшибе, либо выходили окнами прямо на Главную улицу, где постоянно пылили машины не только местных жителей, но и свежеприбывших переселенцев. Поэтому Наташа и предложила, сориентировавшись по купленной ещё на въезде в город карте, этот вариант.
Двухэтажный домик – на самом деле вилла с пятью спальными комнатами, гостиной, которую можно было использовать под столовую, кухней и техническими помещениями в подвале – располагался в десяти минутах пешей ходьбы от Овальной площади, но не на Главной улице, а через одну от неё. Стоило это чуть дороже, чем жильё, потребное нам троим для того, чтобы не топтаться друг у друга по головам, но в средствах мы ограничены не были и могли себе позволить немного побарствовать.
Семёновы пошли другим путём. Сергей решил сначала «провентилировать» ситуацию с работой, а уж потом принимать решение, оставаться ли им в Порто-Франко «на зиму» или сразу двигаться в ПРА к брату.
- Понимаешь, там-то я без работы по-всякому не останусь, никуда от меня этот Демидовск не уйдёт. А вдруг здесь какой-нибудь ещё более удачный вариант подвернётся?!
Поэтому он уже третий день, оседлав свою «буханку», носился по адресам автомастерских и «разборок», занимавшихся дерибаном не выдержавших местных направлений или разбитых в стычках со зверьём и бандитами авто.
Перед нами же, особенно после вчерашнего совершения сделки с Райзманом, вопрос о трудоустройстве не стоял. Этот чёрт языкатый не только с утра приволок своё коммерческое предложение, но и вытащил нас в бар, где, поторговавшись по поводу заправленных под завязку машин, имеющих не «заводской» пробег, а своим ходом добежавших от Миасса до Москвы.
- Если меня не подводит память, Вы же собираетесь гнать машины в ПРА своим ходом? Вам нужны неприятности с их поломками на первых километрах пути?
- Почему Вы, Николай Валерьевич, думаете, что возникнут неполадки? Это какая-то некондиционная партия? –насторожился Семён Маркович.
- Я просто знаком с теорией отказов. Большинство их у автомобилей происходит на первой тысяче километров пробега, после чего количество отказов достигает минимальных величин и начинает расти только после пятидесяти-шестидесяти тысяч. Именно для выявления подобных неприятностей уважающие себя фирмы перед установкой в автомобиль обкатывают, например, двигатели на стенде в течение нескольких часов. Мои машины прошли своим ходом почти две тысячи километров. Если при этом и возникли какие-то неисправности, они были устранены, после чего им провели техническое обслуживание с протяжкой резьбовых соединений, проверкой уровней рабочих жидкостей и смазкой контрольных точек. Так что у моих машин как раз такие отказы уже маловероятны. Можно сказать, они почти прошли обкатку и готовы к полноценной эксплуатации. И именно поэтому я на девяносто девять процентов уверен в том, что дойдут до ПРА без проблем.
- Ваши объяснения меня устроили, я согласен с Вашими условиями, а моё начальство, с которым я успел связаться по радио, дало «добро» на сделку. После её подтверждения с моей стороны, на Ваш счёт поступит вот эта сумма, -он обвёл перьевой ручкой откорректированную в ходе торгов цифру в экю, означавшую, что я стану богаче почти на один миллион семьсот тысяч долларов. – И ещё. Не поймите это как угрозу, Николай Валерьевич, поскольку мы с Вами были предельно откровенны, чем Вы мне и симпатичны. Я хочу дать Вам совет опытного человека, у которого на глазах рос и развивался этот мир. Если Вы собираетесь вести здесь бизнес, то должны усвоить его местную особенность: на Новой Земле не принято строить бизнес на обмане, как это пытался сделать один наш общий новоземельский знакомый. Помяните моё слово, он, в конце концов, плохо кончит. Это там, за ленточкой, можно было безнаказанно обмануть клиента или партнёра. Здесь люди быстро привыкают к тому, что честные бизнесмены живут дольше.
А уже сегодня утром, после проверки в Банке Ордена состояния моего счёта, мы с Семёном Марковичем заехали на станцию, где я отдал распоряжения о передаче ему своего движимого на высоких «зубастых» шинах имущества.

Приглянувшийся нам дом выглядел достаточно свежим, поскольку, по словам хозяйки, немки лет сорока, был построен всего пять лет назад. Новоземельских лет. Её супруг, занятый в строительном бизнесе, постарался сделать семейное гнёздышко предельно уютным, но полтора года назад семейству пришлось перебраться в Нойхаффен, поскольку купленный там кирпичный завод требовал постоянно присмотра хозяина. В планах семейства было жить часть времени там, а часть – в Порто-Франко. Но как говорят у нас, русских, мы предполагаем, а обстоятельства располагают. В Порто-Франко отец семейства появлялся пару раз в год на день-два, а всё остальное время дом пустовал. Пока вместо продажи решили его сдавать в аренду, но перспективу продажи фрау Нагель, демонстрирующая нам свои владения, не исключала.
- Если у Вас возникнет желание приобрести наш дом, герр и фрау Колесофф, мы сможем обсудить этот вопрос в новом сухом сезоне.
Мдя… Это была не моя халупа, доставшаяся мне от деда, на улице Динамитной в Миассе, где я при своих 185 сантиметрах едва не касался макушкой потолка. Сложенному из серо-голубого немецкого кирпича и покрытому ярко-синей металлочерепицей, дому вполне подходило название «Голубая мечта». У меня на Урале в наличии была крохотная кухня с печью, которую приходилось «кормить» дровами или углём, а здесь эта кухня занимала почти такую же площадь, как весь мой домишко. Широченные тонированные стеклопакеты пропускали море света, а дождливые вечера можно было коротать, закутавшись в плед в кресле у камина, украшавшего гостиную. Хитроумные солнечные батареи на крыше в сухой сезон и многотопливный бойлер в подвале в мокрый (а вовсе не выварка на плите, памятная мне с детских лет) были источником горячей воды.
Спальни на обоих этажах вовсе не напоминали отделённый от «зала» закуток с узкой панцирной кроватью, на которой я спал, оставаясь в гостях у деда с бабушкой. Самая маленькая из них имела площадь около пятнадцати квадратных метров, а к двум примыкали собственные санузлы с душевыми кабинами. И это – кроме общих туалетов на каждом этаже. Так что носиться в мороз и ливень (ну, первое здесь вообще невероятно!) в хлипкое дощатое сооружение на краю огорода нам точно не придётся.
В подвальном этаже располагались, кроме топочной, прачечная с мощной стиральной машиной, и всевозможные кладовки.
Дополняли всё это просторная беседка с легкосъёмным остеклением (отсутствующим по причине сухого сезона), крепким деревянным столом, лавками и мангалом под вытяжным коробом. Впрочем, можно было дышать свежим воздухом и на широких лоджиях, выходивших на обе стороны дома. Двор позволял припарковать минимум три машины, не считая площадки перед воротами, и когда у нас появятся друзья, в гости они могут приезжать без опасения невозможности припарковаться.
Так что я, рассчитавшись наличными за три месяца вперёд, получил от Марты Нагель ключи от дома и приглашение заезжать в гости к семейству кирпичезаводчика в Нойхаффене. Чему поспособствовало моё упоминание о том, что я намерен продолжать занятия бизнесом, как и на Старой Земле.

Новая Земля, Порто-Франко, 18 год, 10 месяц, 6 день, воскресенье, 07:30
Вчера мы распрощались с «Сан-Ремо» и гостеприимной миссис Лигуритани. Она знала Герхарда и Марту Нагель, как и их дом, поэтому наш авторитет в глазах Элизы поднялся ещё выше: не всякий свежеприбывший на Новую Землю может позволить себе арендовать, пусть и всего лишь на мокрый сезон, «Голубую Мечту». Официантка Софи горько сожалела, что больше не сможет болтать на родном языке с Наташей. И вовсе не из-за недостатка в городе итальянцев. Это нам заливали про то, как демократично общество на Западе. На самом деле, между клиентами и обслуживающим персоналом и на Старой, и на Новой Земле лежит непреодолимая социальная пропасть. Ну что может быть общего у клиента заведения с движущейся и понимающей человеческий язык мебелью? И когда моя жена отнеслась к Софи как к равной себе, как к временной, но подружке, девушка отозвалась искренней симпатией к Наталье. А теперь пришла пора расставаться.
Семёновы тоже выезжали. Сергей нашёл работу на «разборке», куда брали не только его, но и семнадцатилетнего сына Данилу. Разумеется, парня – всего лишь учеником. Но на двоих у них выходило 1450 экю в месяц, что позволяло им тоже снять домик. Не такой шикарный, как у нас, но всё равно выглядевший хоромами в сравнении с их бывшей московской квартирой.
- Научится – мне помощником будет! –жизнеутверждающе констатировал Серёга. – А через годик, глядишь, опыта с ним наберёмся по устройству этих импортных машин, да и собственную мастерскую откроем.
- Как же только вы общаться будете на работе? Ты же по-английски едва «май наме из Васья» можешь сказать. Да и Данилка явно в школе на уроках английского мух ловил.
- Механик механика всегда поймёт! Научимся, нас дома Оксанка ещё поднатаскает, и всё будет чики-пики! – не унывал автослесарь. – Слушай, тут кое-кто из нашего «братства авторемонтников» завтра с конвоем Русской Армии в Демидовск отправляется. Может, рванём завтра с утра попрощаться с ребятами?

«Сборный пункт» конвоев находился на уже известной мне Станционной улице. Огромная площадка, заставленная разномастной и разнокалиберной техникой, представляла собой растревоженный человеческий муравейник, по которому в ожидании отправки носились люди, одетые преимущественно в камуфляж разных покроев и расцветок. Но всё закручивалось вокруг раскрашенных жёлтыми и зелёными пятнами военных машин с надписями РА и RA на дверцах и бронированных бортах.
Чинно в ряд стояли мои (ещё пару дней назад – мои) «Уралы», возле которых скучающе прогуливался Семён Маркович. Мы дружески поздоровались, и он поинтересовался, не собираюсь ли я присоединиться к конвою.
- Пока нет. Приехал попрощаться со знакомыми, с которыми сюда с Базы «Россия» добирался.
Потом я пожелал Райзману счастливого пути, а он выразил надежду, что я всё-таки переберусь в Демидовск или ППД.
«Шишигу» мы с Сергеем заметили сразу. Рядом с мастером-шиноваром стоял и командир «бабьего батальона». А вот вместе с автослесарем из Воронежа на «Луазе» теперь ехал мотоконструктор-киевлянин.
- Володя, а где же твоя подружка? –поинтересовался Серёга.
- Да не захотела она со мной ехать, когда узнала что в ПРА ей придётся на каком-нибудь заводе вкалывать. Может, встретите ещё здесь: она к каким-то румынам в ночной клуб пошла работать.
- Знаем уже, какие у этих румынов ночные клубы! –скривился водитель ГАЗ-66. –К моей Насте такой уже подваливал. Мол, работа – легче лёгкого, лежи и удовольствие получай. А клиенты – сплошь приличные, состоятельные люди… Пришлось рёбра монтировкой пересчитать, чтобы отстал!
- А Олег, тот, что на «Камазе», куда подевался? –спросил я, вспомнив его удивительно спокойную спутницу.
- Они, вроде как, в Веймар к немцам подались. У него двоюродный брат там живёт. Тётка в конце восьмидесятых в Германию с мужем уехала, а её сын уже сюда перебрался. Вот и вызвал Олежку, когда у того какие-то неурядицы в семье начались. Пацан-то у «вдовы друга», я так понимаю, от него… -пояснил «шинник». – А вы тут как?
Мы рассказали о своих делах и оставили свои новые координаты.
- Слушай, Серёга! –вспомнил мотоконструктор. – Тут прикол такой. Мы с Володей этим нацючкам их телегу шаманили. Наворочали там горе-конструкторы, конечно, по самое не балуй! Мы только и успели им мотор выровнять, а сам двигун ещё перебрать предстоит. Да и бронелист над моторным отсеком на проставках укрепить. Эти остолопы таки умудрились прокладку под головкой прожечь: вместо масла в картере – водная эмульсия. Может, возьмёшься перебрать? Там возни немало, подзаработаешь. Они, вроде, не жлобы. Хотя чердаки у них и набекрень, но нормально нам заплатили.
- А где их искать-то?
- Да спросишь на той же стоянке, где их оставили. Там подскажут!
- По машинам! По машинам! –пробежал мимо солдатик с российскими эмблемами автомобильных войск в петлицах, и мы стали прощаться.