Однажды, копаясь на своем крошечном участке земли, крестьянин нашел удивительно красивый камушек. Камушек переливался всеми цветами радуги, и крестьянин подумал, что он, наверное, очень понравится его детишкам. Они могли бы целыми днями играть с ним, ведь он такой красивый. Он положил камушек в карман, принес его домой и отдал детям. Ну, дети — везде дети! Они играли с диковинным камушком, принесенным отцом, до тех пор, пока он им не надоел, после чего оставили на окне и навсегда забыли про него. Один монах, странствующий саньясин, проходя через горы, искал место для ночлега, и крестьянин пригласил его к себе домой. Саньясин умылся и с благодарностью разделил небогатую трапезу с хозяином. Когда ужин закончился, они принялись болтать о том, о сем. Саньясин был путешественником и знал обо всем на свете. Он рассказывал крестьянину о разных городах и о нравах людей, там живущих, о горах и реках, о небе, луне и звездах. После этого разговор у них случайно зашел о драгоценных камнях. И как бы между прочим саньясин сказал: — Что ты тут делаешь? Я знаю место, где можно найти алмазы прямо на берегу реки. Приложив немного труда, ты мог бы сказочно разбогатеть. Работая же на своей земле в поте лица, ты всю жизнь будешь жить впроголодь. Скажи, пожалуйста, зачем тратить жизнь впустую? На следующее утро саньясин ушел, но в ум крестьянина он заронил мысль, которая переросла в неистовое желание, полностью захватившее бедняка. Не зная, о какой реке говорил монах, он продал свой участок и пустился на ее поиски. На прощание он сказал жене и детям: — Вы должны подождать меня самое большее лет пять, и я вернусь богатым! Крестьянин долго странствовал и усердно трудился на многих алмазных приисках, но даже и через пять лет не нашел того места, где алмазов было бы так много, что добывать их не составило никакого труда. Однако за эти пять лет он твердо и четко усвоил, что такое алмаз. И вот когда он вернулся домой и приблизился к своей хижине, то не поверил глазам — редчайший и величайший алмаз, который можно было вообразить, лежал, заброшенный и забытый всеми, на подоконнике его дома.