# Случайный

Гимназист

## Гимназист

## Случайный


Случайный лишний

Фанфик на «ЗЛ» Андрея Круза о молодом человеке, ничего нужного в новом мире не умеющем.


Пролог

9 сентября 2009 г., Франкфурт-на-Майне

Саша шёл по Франкфуртской промзоне, изредка сверяясь с распечатанной из «Гугла» картой. Где-то здесь должен быть офис производителя лабораторных лазеров, куда его пригласили на презентацию новых моделей этих самых лазеров. Настроение было на пять с плюсом: на таких мероприятиях потенциальным заказчикам всегда раздают кучу прикольных гаджетов, в основном абсолютно не нужных, но ведь на халяву и уксус сладкий.

На данный момент Саша вообще был доволен жизнью, хотя по дороге она его совсем не баловала. В 90-ом их семья – мама, папа и 11-летний Саша – репатриировалась в Израиль. Родители, классические советские пролетарии, работу лучше, чем мытьё полов, найти не могли, и Саша рос в чистой бедности и мечтах о лучшей жизни. Потом армия, рвался в бригаду ВДВ, но врачи в военкомате забраковали – «очкариков не берём» – и отправили технарём в авиацию. Три года, от звонка до звонка. Сразу после армии – в универ, так как денег на модные среди израильских дембелей и дембеличек туры в Южную Америку или Индию не было. Ведомый романтической идеей изобрести новые материалы для космических кораблей и приблизить человечество к новым мирам, пошёл учить химию. Романтика быстро прошла, осталась только тяжёлая учёба с восьми до восьми. Саша справился, чем в глубине души гордился, так как больше половины его потока не выдюжили. Получив бакалавра, Саша поступил в магистратуру, но тут умерла от рака мать. Саше хотелось всё бросить, зациклиться в себе, но отец сказал: «Не сметь!». А через два с хвостиком года, когда Саша только начал аспирантуру, умер и отец. Не смог жить без матери.

В 30 лет Саша защитился и стал не хоть бы кто, а Александр Гольдберг – доктор философии [note 1] по химической физике. Очень удачно, за полгода до защиты, на конференции в Канаде он познакомился с немецким профессором, которому как раз нужен был специалист в Сашиной области. Поговорили, напились, обоссали пальму в ботаническом саду, и теперь Саша уже целых полтора месяца – младший научный сотрудник Штутгартского университета.

Сегодня он планирует выбирать лазер за 150000 евро, и перед ним будут лебезить агенты по продажам, а значит нужно выглядеть подобающе, чтобы отнеслись всерьёз. Горчичного цвета блейзер с замшевыми заплатами на локтях и рыжие лакированные туфли говорят: я серьёзный учёный, а тертые джинсы и футболка с Микки Маусом добавляют: но молодой и весёлый. Плюс на плече – для солидности – дорогущий кожаный портфель, купленный, как подарок себе любимому в честь начала работы, а в нём – новый ноутбук, купленный Саше профессором по тому же поводу, но за счёт института.

Вдруг Сашино внимание привлёк странный, проникающий прямо в мозг, гул, доносящийся из-за стены какого-то цеха или ангара, возле которого он в тот момент проходил. Саша повернул голову в направлении источника шума и увидел огромный, метра три в диаметре, ртутный пузырь, летящий на него со стороны стены цеха. Он успел лишь мысленно сказать: «трынде…», и пузырь накрыл его.


Глава 1

Пятый день, третий месяц, 25 год, новый мир

Холод на долю секунды охватил Сашино тело и сознание, оставив его в медленно оседающем облаке песчаной пыли. «Хм, а я вроде жив» – сказал Саша вслух и наглотался пыли за свою словоохотливость. Оглядевшись вокруг, он увидел, что всё ещё стоит на Франкфуртском асфальте, вернее – на его овальном куске размером примерно 3 на 5 метров, причём далеко не в центре, а так, что от ноги до края – сантиметров тридцать. «Пронесло, однако». Впереди, сквозь ещё не до конца осевшую пыль, была видна жёлто-зелёная степь с какими-то холмами вдали. Справа и слева – примерно то же самое, а вот сзади, километрах в двух-трёх, виднелась широко раскинувшаяся группа строений. «Похоже на Африку, как её показывают по «Нэшионал Джиографик», и погодка соответствующая, градусов так 35-40, ну, дойду до тех зданий, а там узнаю – что к чему. Надеюсь, львов по дороге не будет». И только топая уже минут 10 по пыли в сторону зданий, Саша подумал: «Слушай, а это же просто глюк, и я не имею в виду счастье, какой-то пузырь, куда-то перенесло, причём вместе с куском асфальта. Наверное, меня ударило головой, и у меня галлюцинации, и у асфальта тоже. Впрочем, не важно. Действую, как будто всё это происходит в реальности, а если нет, то хуже от моих рыпаний не станет. Правда, на презентацию я сегодня не попаду. Ну ничего, вернусь (или проснусь) – организуют, ради такого важного меня, новый показ. Бабки-то им нужны.» Продолжая мыслить в такой же неоправданно-оптимистической ноте, Саша подошёл к дороге, причём заметил её, только не доходя до неё метров пять, что, впрочем, не мудрено, так как «дорога» представляла из себя две широких колеи, продавленных в чахлой траве протекторами явно многочисленных внедорожников, проезжавших по ней. Кого-то это зрелище могло и удручить, но Саша сегодня был оптимистом: «Ага, тут автомобили есть, живём!!!» Единственное, что выглядело немного странно – это то, что дорога вроде как шла параллельно линии построек, не сворачивая к ним, но, приглядевшись, Саша увидел вдалеке ответвление, ведущее туда.

Протопав примерно час, пропылившись, взмокнув и намотав пиджак на голову, как куфию, Саша понял, что расстояние до группы зданий изначально было куда больше пары километров. Дело в том, что, приблизившись к тому, что всё больше напоминало военную базу, стало видно, что то, что он принял за приземистые бараки, являлось циклопическими ангарами, окружёнными по совсем не маленькому периметру высоким сетчатым забором с колючей проволокой и пулемётными вышками. Дорога, по которой Саша брёл, утыкалась в хорошо оборудованный блокпост с бетонными кубиками, пулемётной точкой и виднеющейся из-за толстой бетонной стены мордой старого доброго М-113. Над блокпостом развевался странный белый флаг с недостроенной пирамидой и божественным оком. Такой же значок угадывался на тупом рыле БТРа. «Не хотел бы я служить в этой части», – подумал Саша, – «наверно, все их кличут «бригада за доллар» со всеми возможными и не возможными сексуальными коннотациями». Наверно, оптимизм ещё не иссяк. Из будки вышел человек в американском пустынном камуфляже, шлеме с защитными очками, бронежилете с подсумками и М4 с подствольником в руках. На рукавах были нашивки сержанта и шеврон с всё той же пирамидой с глазом. «Ё-моё, меня занесло в Ирак!!! Или в Афганистан!!!» Оптимизм помахал ручкой и умер.

– Чем я могу вам помочь, сэр? – участливо спросил на английском сержант, разглядывая Сашин прикид.

– Это прозвучит глупо, но не могли бы вы сказать мне – где я нахожусь?

– У входа на базу «Западная Европа», – спокойно ответил сержант.

– Странно, как-то не похоже на западную Европу.

Спокойствие сержанта тоже начало махать ручкой, прощаясь.

– Могу я видеть ваш Ай-Ди, сэр?

– Да, пожалуйста, – ответил Саша и достал из кармана пиджака, висящего на голове, синюю книжицу Израильского паспорта.

– Ваш другой Ай-Ди, сэр.

– Но у меня нет другого. Я гражданин Израиля и мне не нужны никакие дополнительные документы для пребывания на территории Евросоюза.

Лицо сержанта пошло красными пятнами.

– Ждите здесь, сэр! – прокричал он, убегая в будку и так и не притронувшись к протянутому паспорту.

Как ни странно, нервозность сержанта успокоила и развеселила Сашу.

– Сержант, воды можно? – крикнул он вдогонку.

Через полминуты выскочил другой солдат, в таком же обмундировании, но со старой М16 и без нашивок, всучил Саше полную армейскую флягу в чехле с МОЛЛЕшным креплением и, не сказав не слова, убежал обратно.

– Спасибо! – прокричал всё более веселеющий Саша.

Минут через 15, когда четверть галлона воды была успешно выпита, к воротам со стороны базы подъехал короткий белый «Дефендер». Из него вылез высокий, худой блондин в повседневной форме лейтенанта «бригады за доллар» с пистолетом на ремне. Обменявшись парой фраз с вышедшим навстречу сержантом, лейтенант подошёл к Саше и, сухо сказав с лёгким немецким акцентом: «Следуйте, пожалуйста, за мной», повернулся и пошёл к машине. Проходя ворота, лейтенант, повернув голову, спросил: «У вас есть оружие?» Глянув на Сашино отрицательное мотание головой, пошел дальше. Уже подойдя к машине, Саша обернулся к сержанту:

– Совсем забыл, ваша фляжка, – и протянул её сержанту.

– Оставьте себе, пригодится, – с добродушной ухмылкой ответил тот.

– Большое спасибо! – сказал Саша, про себя подумав, что это очень странное напутствие.

Лейтенант открыл водительскую дверь «Дефендера» и приглашающим жестом указал Саше на противоположную. Саша сел, пристроив свой портфель на коленях и прикрепив подаренную фляжку к плечевому ремню. Камуфляжный чехол выглядел глупо на пижонском кожаном портфеле, но это всё же не так глупо, как нести фляжку в руках.

После пары минут езды по асфальтированной дороге между многочисленными ангарами и офисными зданиями, в армейском смысле этого понятия, лейтенант запарковал машину у одного из таких зданий и, повернувшись к Саше, с неожиданно приветливой улыбкой сказал: «Меня зовут Гердт, я служащий отдела по переселению. Пройдёмте в мой кабинет, и там я вам всё объясню». Саша не поверил, что ему объяснят ВСЁ, но молча пошёл за Гердтом, так как заметил торчащие из окон кондиционеры и решил, что кабинет будет приятным, прохладным местечком.

– Итак, – начал Гердт, усевшись за стол и указав Саше на кресло напротив. – Вам трудно будет в это поверить, но вы оказались в новом мире. К сожалению, переход возможен только в одну сторону, так что о возвращении на старую Землю речи быть не может. Заселением нового мира занимается организация, называемая «Орден», служащим которой я являюсь. Кроме вопросов колонизации, Орден выпускает местную валюту, экю, полностью обеспеченную золотым запасом, то есть инфляции здесь нет. Кстати, экю – единственная валюта, используемая в этом мире, так что если у вас есть какая-либо сумма в земной валюте, лучше обменять здесь, потом с ней нечего будет делать. Далее, Орден управляет главным банком в этом мире. Его филиалы есть во всех более или менее крупных населённых пунктах. Есть и другие банки, но все они местного значения и также работают через сеть Орденских банков. Орден контролирует небольшую часть исследованной территории нового мира: базы переселения, город Порто-Франко и несколько островов в Большом заливе. Большую часть обжитых мест представляют собой независимые государства, созданные на национальной, религиозной или идеологической основе. Из-за наличия агрессивной фауны, а так же криминальных элементов, наличие огнестрельного оружия у колонистов желательно и приветствуется везде, кроме территорий ордена, где безопасность обеспечивается Патрулём, военной структурой Ордена, и всё оружие переселенцев должно быть опечатано. Всё о чём я сейчас говорил, описано более подробно вот в этом «Справочнике переселенца», – Гердт взял со стола буклет и протянул Саше, находящемуся в состояние глубокого шока и пытающемуся переварить полученную информацию. О встречных вопросах пока и речи быть не могло.

– Теперь к вашему частному случаю, – продолжил свой монолог Гердт. – Как вы понимаете, подавляющие большинство колонистов идут на переселение осознано, получив некоторую информацию о новом мире и соответственно подготовившись и экипировавшись…

– Вы же сказали что переход только одну сторону, – перебил его Саша.

– Обратно могут проходить только радиоволны, – грустно улыбнувшись, ответил Гердт. – У Ордена есть сотрудники на Земле. Через них же закупаются на Земле нужные здесь вещи. Но вернёмся к нашему случаю. Так как вы не прошли через врата с внедорожником, набитым всем нужным и не нужным, а оказались здесь из-за стихийного скачка поля перехода, видимо, когда вы проходили возле врат, то вы считаетесь беженцем по категории «А0». Как таковой, вы получите подъёмное пособие в размере 1000 экю, ваучер на трёхдневное проживание и питание в гостинице на территории базы, бесплатно вот этот справочник и набор карт нового мира, а также меня в роли персонального гида, – добавил Гердт, снова улыбнувшись.

«Вот улыбчивый попался», – подумал Саша.

– Сейчас мы пройдём в регистрационный зал и изготовим вам Ай-Ди. Это единственный документ, нужный в новом мире. Его номер также является номером вашего счёта в орденском банке, на который и будет немедленно переведено ваше подъёмное пособие. После этого мы пройдём в медпункт, где вас осмотрят и сделают несколько необходимых для этого мира прививок.

Они прошли в небольшой холл, напоминающий зал паспортного контроля в аэропортах. Там, зайдя за стойку, Гердт начал что-то выстукивать на клавиатуре.

– Возможно, вы заметили, – подняв голову, сказал он, – но я до сих пор не поинтересовался вашим именем. Это не случайность или невоспитанность, просто переходя в этот мир, человек может назваться любым именем и тем самым отрезать воспоминания о старой земле, но теперь я спрошу, под каким именем вы хотели бы быть известны в новом свете?

– Меня моё имя устраивает, Александр Гольдберг, доктор Александр Гольдберг, – добавил он с гордостью.

– Вы врач?!

– Нет, химфизик.

– Врачам легче найти себя здесь, чем учёным.

Гердт сфотографировал Сашу большой камерой на настольной треноге, и через пару минут Саша стал обладателем пластиковой карточки размером с кредитку. На карточке была его физиономия, благодаря кондиционерам – уже не такая красная, шестнадцатизначный номер, штрих-код, надпись Dr. Alexander Goldberg и голограмма с вездесущей глазастой пирамидой.

Потом прошли по недлинному коридору в медпункт, где Сашу быстренько осмотрел врач, сделал пару прививок и сказал, что в течение местных суток может быть лёгкое недомогание. Саша вышел к сидящему на лавочке в коридоре Гердту и с явным изумлением на лице спросил:

– Гердт, а что значит «местные сутки»?

Гердт рассмеялся.

– Совсем забыл вам рассказать. Понимаете, Алекс, можно, я буду звать вас Алекс? – и, получив утвердительный кивок, продолжил: – Первые колонисты решили оставить час и минуту неизменными, но сутки и год здесь другой длины, поэтому в сутках тут 30 часов плюс 12 минут в последнем часу. В году 440 суток, которые разделили на 11 месяцев по 40 дней. Лето тут длится восемь месяцев плюс три месяца проливных дождей. В эти месяцы вся жизнь замирает, и все сидят по домам. Сегодня у нас пятый день третьего месяца двадцать пятого года со дня открытия нового мира. Сезон дождей только двадцать дней как закончился, так что до следующего – ещё восемь с половиной месяцев. Между прочим, вы можете купить электронные часы, прошитые под местное время. Всего 50 экю.

– Как-нибудь в другой раз, – буркнул в ответ Саша, – а вот оружие и подходящую одежду я бы купил! – И, посмотрев на свои запыленные лакированные туфли, добавил: – И обувь, если конечно моего подъёмного пособия хватит. Да, у меня есть 200 евро, я бы поменял их на экю.

– Евро я сейчас у вас приму и переведу вам на счёт в экю по сегодняшнему курсу. После этого зайдём на оружейный склад, там выберете, что захотите, денег хватит – если не брать что-то супернаворченное. А вот с одеждой и обувью вам придётся потерпеть до Порто-Франко. Как я вам уже говорил, большинство переселенцев прибывают затаренными по макушку, так что одежда им сразу не нужна.

Они подошли обратно к стойке в регистрационном зале. Приняв у Саши 200 евро, Гердт прочитал с экрана:

– Сегодняшний курс 2,21 евро за 1 экю, то есть на ваш счёт добавлено 90,5 экю, – и повернул экран к Саше. Там было написано его имя, шестнадцатизначный номер Ай-Ди и в колонке «Сумма» – “1090.5Е”.

– А вот ваш набор карт, – сказал Гердт, передавая Саше пластиковую папочку. Глядя на то, как Саша убирает её в портфель к ранее убранному туда же справочнику, добавил: – У вас очень красивый портфель, но очень не практичный для колониста. Давайте меняться: за ваш портфель я дам вам отличный, новый, сорокалитровый армейский рюкзак с креплениями МОЛЛЕ, как раз подойдёт к вашей фляжке.

Саша хитро улыбнулся.

– То есть вы, пользуясь моим плачевным положением, предлагаете отдать вам 300-евровый портфель от Леонарда Хейдена в обмен на армейский рюкзак за 50 долларов? Добавьте к нему армейские пустынные ботинки 44-ого размера, как те, что на вас, и панаму – и мы договоримся.

– Ботинки и что? – переспросил смутившийся лейтенант.

– Панаму. Не ходить же мне с пиджаком на голове по солнцепёку.

– Договорились. Мне как раз должны выдать новые ботинки. Возьму 44-ый вместо моего 46-ого. Похожу ещё год в старых – ваш портфель того стоит. Панама тоже не проблема. Сегодня вечером я вам всё принесу в гостиницу. Она тут одна.

– Отлично. Поверьте, лейтенант, с этим портфелем все девушки на базе будут ваши. Ну, теперь за оружием?

– Да, пойдём. Склад тут рядом, в пятидесяти метрах.

Пройдя 50 метров по жаре, которая казалась ещё тяжелее после охлаждённого помещения, они зашли в низкий бетонный пакгауз и, спустившись десяток ступенек вниз, зашли в «сокровищницу». Надо сказать, что Саша был классическим интернетным любителем оружия, то есть книга Жука и сайт Попенкера просматривались по поводу и без повода чуть ли не каждый день. Конечно, Саша стрелял в армии из М16 и из «укороченного М16» – карабина Кольта, но в общей сложности он настрелял за три года всего пару сот патронов. Попав же на склад оружия, которое можно пощупать и даже купить, Саша был близок к оргазму. Ассортимент в основном состоял из немецких G3 и бельгийских FN FAL во всех возможных модификациях. Чешская школа была представлена автоматами Vz.58 и самозарядками Vz.52/57. Всё оружие, хоть и немного устаревшее, выглядело новым и в пушечном сале. Видимо, со складов длительного хранения. У противоположной стены бункера были установлены прилавки с пистолетами. Тут выбор был больше, но доминировали всё-таки «Браунинг» НР, «Вальтер» Р-38 и CZ-75. В глубине коридора стояли цинки с патронами и не распакованные ящики с оружием.

Минут через двадцать, покрутив в руках десяток автоматов и пяток пистолетов, Саша обернулся к терпеливо ждущему Гердту и спросил:

– И какие у вас тут цены?

– Смотря на что. G3 и FAL по 550, Vz-58 за 450, Vz-52 – 300, пистолеты: старые по 250, новые – по-разному. Патроны – все по 40 за сотню. Обычно люди берут автомат или винтовку, а пистолет – как вспомогательное.

«Цены-то не страшные, но с одной тысячей, из которой ещё надо купить всё необходимое и протянуть первое время, пока не пойму что к чему, особо не развернёшься. От пистолета придётся пока отказаться, да и автомат мне не нужен, в жизни не стрелял очередями, да и на патронах разоришься. Возьму Vz-52/57. Дёшево и сердито. Тяжеловат, правда, но G3 и FAL ещё тяжелее, да и штык можно снять», – размышляя, Саша продолжал на автопилоте идти вдоль стеллажей, пока не уткнулся в глухую стену, и уже развернувшись, чтобы идти обратно, заметил среди мятых картонных коробок, накрытых кусками брезента, торец ящика защитного цвета с надписью: "US M1 carbine".

– Гердт, а что здесь?

– А, это… – ответил подошедший лейтенант, – это карабины времён второй мировой с американских складов в Гейдельберге. Мы их раньше выставляли на продажу – никто не брал. Ствол короткий, патрон слабый. Я слышал, американцы их иногда берут, но они через другую базу проходят. Хотите – берите. Всего сотню стоит. И патроны к нему уценённые, сотня за цинк на пятьсот патронов.

– Звучит интересно. А что идёт к нему в комплекте?

– Я даже не знаю. Давайте посмотрим вместе. Тут в одной из этих картонных коробок должны быть коробочки с надписью "M1 carbine kit".

Стянув брезент, уже во второй коробке они нашли то, что искали. На первой было написано "M1956 LCE", и Саша решил в ней тоже потом покопаться. В искомом же картоне нашлось два десятка коробочек, чуть меньше обувных. Открыв одну из них, они выудили четыре магазина на 15 патронов, два спаренных подсумка под них, узкий подсумок с принадлежностями для чистки оружия, пустую маслёнку, ружейный ремень, штык-нож в ножнах и инструкцию, отпечатанную в 44 году.

– Антиквариат, – многозначительно протянул Гердт.

Саша достал из ящика один из карабинов и внимательно осмотрел. Выглядел он абсолютно новым. На стволе – дата выпуска 9/1947. «Вот почему со штыком», – подумал Саша.

– Вы знаете, а я возьму карабин, стрелок я никакой, с двухсот метров в лучшем случае попаду в железнодорожный вагон, а эта винтовка дешёвая, лёгкая и простая в обращении – у нас ими дружинников вооружали. А можно я гляну, что в этой коробке? – Саша указал рукой на первую снятую ими коробку.

– Там допотопные ременно-плечевые системы, но только пояса и подтяжки. Подсумков нет. Хотите – берите бесплатно.

– Спасибо. С удовольствием возьму. Подсумки и фляга-то у меня и так есть.

– Ну да, я не подумал, – засмеялся Гердт.

Саша взял в руки цинк с патронами, коробку с причиндалами и РПС, под мышкой зажал карабин, на втором плече болтался портфель с перекинутым через него пиджаком и прикреплённой к ремню флягой. Так он с трудом пополз в сторону выхода, где виднелся маленький компьютерный терминал.

– Вы только, пожалуйста, портфель не поцарапайте, – съязвил Гердт. Саша неразборчиво матюкнулся в ответ. Дойдя до терминала, где Саша опустил свою поклажу на пол, Гердт включил компьютер и начал зачитывать:

– Карабин М1 – 100 экю, 500 патронов «.30 карабин» – 100 экю, также вам необходима сумка для опечатывания оружия – 20 экю. Итого 220 экю, ваш Ай-Ди, пожалуйста. И ещё, вы лучше РПС наденьте и всё что можно на неё подвесьте, до гостиницы минут пять пешком, так тяжеловато будет. А на винтовку наденьте ремень, и я её сейчас опечатаю, – добавил он, доставая из-под прилавка брезентовую ружейную сумку, в которую легко влез бы MAG.

– Гердт, – сказал Саша протягивая Ай-Ди, – но если вы сейчас опечатаете карабин, как я смогу его почистить и всё такое?

– А я завтра утром за вами зайду, свожу на стрельбище. Там сможете почистить, пристрелять и снова почистить свой музейный экспонат.

– Ясно, – Саша забрал свой Ай-Ди, прикрепил ремень к винтовке и протянул ее Гердту, засунул магазины в подсумки и повесил их на пояс РПС, туда же прикрепил флягу и прицепил плечевые «подтяжки». Маслёнка, штык и инструкция легли в портфель, а коробка в мусор. Кое-как нацепил на себя снарягу и, решив подогнать её в гостинице, Саша взял у Гердта запломбированную сумку и повесил на плечо, портфель – на другое и, взяв в руки цинк, вышел на улицу, думая о том, что рюкзак всё-таки будет попрактичнее.

Широкое двухэтажное здание гостиницы занимало торец небольшой площади. Напротив было несколько типовых офисных зданий на одном из которых было написано «BANK».

– Здесь банк, – пояснил Гердт. – Нужны наличные – заходите, показываете Ай-Ди, берёте, сколько надо. В банках же можно восстановить Ай-Ди, если потеряли.

Подойдя к дверям гостиницы, Гердт достал из нагрудного кармана пачку разноцветных отрывных талонов.

– Здесь ваши ваучеры: 3 на ночлег, 3 на завтраки, 3 на обеды и 3 на ужины. Алкогольные напитки не включены.

– Спасибо.

– Я найду вас, – Гердт посмотрел на часы, – часов через шесть. Принесу рюкзак, ботинки, панаму и решим – во сколько я заберу вас на стрельбище завтра.

Попрощавшись, Саша зашёл в гостиницу и обратился к симпатичной девушке южно-европейской наружности, стоящей у стойки:

– Здравствуйте. Я хотел бы снять номер по этому ваучеру.

– Одноместный, с душем. Номер 218, – девушка забрала один талончик и дала взамен ключ на большой деревянной груше. – Если выходите, то оставляйте, пожалуйста, ключ на ресепшене. Обедать хотите? Есть сувлаки с печёной картошкой и салат с фетой.

Саша яростно закивал, захлёбываясь слюной, чем изрядно повеселил девушку. Мало того, что он был голоден как волк, так ещё и обожал свиные шашлыки.

– Сейчас, только вещи в номер закину. Через пять минут буду.

Саша поднялся в свой номер, который размером оказался чуть больше шкафа, но при этом умудрялся вмещать полуторную кровать, малюсенький письменный стол с лампой, стул и полку для чемоданов. За узкой дверью ютились кабинка душа, унитаз и крохотная раковина с зеркалом.

«Шкафа нет, – подумал Саша, – но с другой стороны, мне нечего в него класть. Интересно, что делать с оружием? Дома я просто вынул бы затвор и взял с собой, но оно же опечатано. А ладно, надеюсь, пока я буду обедать, никто сюда не вломится».

Саша снял разгрузку, кинул вместе с остальными вещами на полку, быстренько умылся и спустился в ресторан. Обеденный зал был пуст. Саша сел за первый попавшийся столик и приготовился ждать, но уже через минуту из дверей кухни вышло всё та же девушка, неся поднос, источающий аппетитные ароматы. Девушка подошла и переставила на стол кувшин с водой, в котором бултыхались кубики льда, миску с салатом, тарелку с шашлыком и картошкой и корзинку с хлебом и малюсенькой маслёнкой.

– Что-нибудь ещё? Есть хорошее пиво или вишнёвое вино.

– Нет, спасибо. Простите, не знаю, как вас зовут…

– Анна.

– А я Алекс. Скажите, Анна, а здесь всегда так пусто?

– Вообще то нет, правда, орденские приходят обедать позже, но сегодня кроме вас, совсем нет новеньких. Такое редко случается.

– Значит, вы не очень заняты. Может, посидите со мной, расскажете мне немного о новом мире.

– Простите за откровенность, Алекс, но у всех мужчин, проходящих через врата, происходит гормональный взрыв, и все через три дня уезжают. Меня такая схема знакомства не устраивает. Вам ещё будет, кого поспрашивать. Когда будете уходить оставьте, пожалуйста, обеденный ваучер на столе, – и, мило улыбнувшись, Анна ушла в кухню.

«Отшили, бывает. Зато обед отличный», – думал Саша, с удовольствием поглощая свою трапезу. Доев и положив талончик на стол, он пожалел, что не успел снять наличные и не может оставить чаевые, чтобы показать, что не обиделся.

– Ладно, вечером оставлю.

Поднявшись в комнату, Саша быстро принял душ и, разложив свою одежду на спинку стула и стол «проветриваться», прилёг на кровать, чтобы спокойно поразмышлять над своим положением. Размышления не удались, так как Саша моментально уснул.

Проснулся Саша от сильного стука в дверь.

– Да, кто там? – ошалело спросил он на русском.

– Алекс, это вы там? – глухо прозвучал из-за двери голос Гердта.

– Да. Сейчас открою, – Саша натянул джинсы и открыл дверь.

– Ну и любитель вы придавить подушку. Анна сказала, что вы ушли к себе пять часов назад и с тех пор не появлялись.

– Думал, полежу, обмозгую ситуацию, и вырубился. Хотел ещё в банк зайти…

– Не волнуйтесь. На базе банк работает круглосуточно, так что успеете. Сначала наш обмен, – Гердт снял с плеча пустынного цвета рюкзак.

– Минуту, только умоюсь.

Через минуту, освежившись и попив воды из-под крана, Саша вышел из туалета. Гердт уже выложил принесённое на столе.

– Итак, вот рюкзак, сорокалитровый, практически новый, мне год назад выдали, но на базе он не нужен. Ботинки, армейская модель для жаркого климата, надо примерить, не подойдёт размер – утром обменяю. Вот панама, так называемая буни, а тут две футболки, две пары трусов и две пары армейских носков.

– Спасибо. Они придутся очень к месту.

– Это не я. Это наш кладовщик. Он спросил, почему я беру ботинки на два размера меньше. Я про вас рассказал, так он чуть не прослезился и достал вещи из своих запасников, просил вам передать с пожеланиями удачи в новом мире.

– Передайте ему, пожалуйста, мою благодарность.

– Обязательно передам.

Саша начал вытаскивать своё имущество из портфеля. Ноут с зарядкой, мышкой и наушниками. Пара ручек и флэшек, футляр с запасными очками и новомирскую библиотеку: справочник, инструкцию к карабину и карты. Гердт внимательно осмотрел опустошённый портфель внутри и снаружи и, оставшись довольным, закрыл его и повесил на плечо.

– Ещё у меня для вас новости, – сказал Гердт, глядя, как Саша пританцовывает, проверяя новые ботинки. – Оказывается, тот всплеск, который перенёс вас сюда, сбил все настройки врат на нашей базе, и наладить всё займёт дня четыре-пять. В это время новых переселенцев или грузов тут не будет. Соответственно, не будет и транспорта отсюда в Порто-Франко. Завтра в десять утра вас перевезёт на базу «Россия» патрульная машина, а оттуда уже будете переправляться дальше. Ваши ваучеры на ночлег и трапезы будут действительны и там.

– А как же стрельбище?

– Я зайду за вами в восемь. За два часа настреляетесь. Только вещи с собой возьмите, чтобы в гостиницу не возвращаться. Ботинки подходят?

– Да, в самый раз.

Ну, тогда я пошёл. Увидимся утром.

Ужинать было ещё рано, банк круглосуточный, поэтому Саша решил заняться своими вещами и снаряжением. Идеально подогнал РПС, повесив в дополнение к магазинам и фляге ещё и штык-нож, благо крепление подходило, а вот подсумок со складным шомполом и приблудами решил положить в рюкзак. Уж слишком он длинный и неудобный. Набив магазины патронами, которые были в серых картонных пачках по 50 штук, Саша решил, что эти самые пачки, которых осталось девять штук, куда удобней раскидать в рюкзаке, чем загружать туда цинк целиком. В рюкзак пошло также всё, что вышло из портфеля плюс новая одежда и старые туфли минус библиотека, которую Саша оставил на столе, решив почитать после ужина.

Поход в банк занял буквально пару минут, благо очередей тут не было. Подошёл к окошечку, попросил сто экю разными номиналами. Протянул свой Ай-Ди. Получил его обратно вместе с несколькими странного вида пластиковыми купюрами и пятью пластиковыми монетами. Монеты были с цифрой 1 с одной стороны и пирамидой – с другой, а купюры – чуть больше кредитной карты размером и с выпуклыми номиналами – 50, 20, 10 и три по пять – и с всё той же голограммой пирамиды.

Зайдя в ресторан, Саша увидел, что зал уже не так пуст, как в обед. Больше половины столиков всё ещё были свободны, но за остальными сидели компании и парочки, в основном в форме ордена. Ну да, новеньких-то нет, – подумал он.

Гостей обслуживал молодой парень нордической внешности – жаль, что не Анна. Он подошёл к Саше, занявшему свободный столик.

– Здравствуйте, желаете поужинать?

– Да. Что вы предложите?

– Есть гуляш из антилопы или пицца с охотничьими колбасками.

– Давайте пиццу. Скажите, а сколько градусов в вишнёвке?

– 15-16, но только это не совсем вишнёвка, она из местной ягоды, но на вкус похоже.

– Тогда пиццу и стакан вишнёвки.

Когда парень принёс довольно большую пиццу со скворчащими колбасками, источающую изумительный аромат, Саша спросил:

– Я плачу вот этими талонами, хорошо?

– За еду – да. За вишнёвку – отдельно, полтора экю.

Саша протянул парню талончик и два пластиковых кругляшка, и тот, поблагодарив, исчез. Саша сидел и разглядывал тихо болтающие компании за другими столами, и на него – впервые за этот странный и дикий день – наваливались тоска и депрессия.

«Куда я, к чёрту, попал? Что я тут буду делать? Я здесь никого не знаю и никому не нужен!» – и поверх всех этих мыслей лежала самая тяжёлая и при этом абсолютно не логичная: – «Хорошо, что родители уже умерли, они бы не пережили моего исчезновения.»

Пожалев себя с полчаса, Саша встряхнулся и, сказав себе «хватит истерить», сжевал остывшую еду и, попросив на ресепшене разбудить его в семь утра, ушёл в комнату штудировать местный ликбез.


Глава 2

Шестой день, третий месяц, 25 год, база «Западная Европа» – база «Россия»


В семь утра в дверь настойчиво постучали.

– Я проснулся, спасибо!

Умывшись, Саша дособирал вещи и спустился завтракать уже в разгрузке, с рюкзаком и оружейной сумкой. У стойки стояла Анна.

– Сегодня уезжаю, – сказал ей Саша, – даже трёх дней не будет, чтобы лучше познакомиться.

– Удачи! – улыбнулась Анна. – Проходите в ресторан. Там сейчас Марк, он вас обслужит.

Марком оказался вчерашний ариец. Он принёс яичницу с беконом, огромную кружку кофе и, забрав ваучер, испарился.

– Кофе перед стрельбой это далеко не лучшее решение, – лениво думал Саша, с удовольствием попивая крепкий ароматный напиток, при этом поглядывая на большие настенные часы. – Надо, конечно, часы местные купить, но жаба давит. Деньги не резиновые, а есть куча куда более необходимых вещей. Найду работу, сразу куплю. Если получится.

В без пяти восемь Саша вышел на улицу, и уже через минуту подошёл одетый в разгрузку Гердт с М4 за спиной.

– Доброе утро. Вы собрались на войну? – спросил Саша.

– Доброе утро. Нет, просто никогда нет времени пострелять, а тут такая возможность ещё и в рабочее время! Между прочим, холодное оружие как бы не запрещено, но ходить вот так, – Гердт указал на Сашин ремень, – с кинжалом на поясе, не принято.

– Ясно, – Саша отцепил штык нож и засунул в рюкзак. – Идём?

– Да. Здесь не далеко. Пару минут ходьбы.

Пятидесятиметровое стрельбище помещалось в полуподземном бетонном строении рядом с оружейным магазином. Гердт срезал пломбу с Сашиной сумки и указал на стоящий в стороне длинный стол-верстак, на котором стояли ящик с ветошью и трёхлитровая канистра с оружейным маслом.

– Вы чистите своё оружие, а я пока постреляю, – сказал Гердт и вышел на рубеж.

Саша достал карабин и все его причиндалы, включая инструкцию. Разобрал, почистил и смазал все части. Прошёлся пару раз шомполом по стволу и собрал карабин, надеясь, что не останется лишних деталей. Отходя от стола, Саша не забыл заново наполнить свою маслёнку и засунуть пачку ветоши в карман рюкзака.

– Я готов

– Вы умеете обращаться с оружием?

– Не очень.

– Сначала надо пристрелять прицел.

Пытаясь вспомнить, чему его учили на курсе молодого бойца, Саша тщательно прицелился и выстрелил пять раз. Гердт протянул ему бинокль.

– Так, чуть ниже и левей, – Саша подправил на глаз настройки целика и выпустил ещё пять патронов. – По горизонтали хорошо, по вертикали немного перестарался. – Ещё пять патронов. – Так сойдёт.

На сегодняшние игры Саша выделил себе 40 патронов, поэтому он выковырял патроны из оставшихся трёх магазинов и, перезарядив их – три по пять и в последний десять патронов, засунул обратно в подсумки. Повесив новую мишень, Саша стал стрелять, пытаясь как можно быстрее менять магазины. Получалось не быстро. Отстреляв 25 патронов, он притянул мишень. Большая часть выстрелов легла в круг диаметром примерно 15 сантиметров вокруг центра. Гердт, к тому времени уже отстрелявший три магазина и теперь внимательно наблюдающий за действиями подопечного, снисходительно хмыкнул.

– Вы явно раньше стреляли, и явно слишком мало.

– Примерно так, но я доволен, могло быть и хуже.

– Могло.

Саша заново набил магазины, снова почистил и смазал карабин и дал Гердту его опечатать.

– Пойдёмте, – сказал Гердт, поставив пломбу, – до вашей кареты осталось 15 минут.

– Как быстро бежит время, когда хорошо его проводишь.

Они дошли до небольшой площадки, где их уже ждал патрульный «Хамви» с М240 на турели.

– Удачи в новом мире! – Гердт протянул Саше руку.

– Спасибо за вашу помощь, – ответил Саша, крепко пожимая её.

– Я лишь исполнял свои обязанности, – ответил Гердт и открыл перед Сашей дверь позади водителя.

– Привет, – сказал сидевший рядом с водителем сержант, – мы ваше такси! – водитель и пулемётчик дружно заржали. Через полчаса будем на базе «Россия».

На КПП Саше проверили Ай-Ди и срезали пломбу с оружия.

– Это конечно рутинный патруль, – сержант повернул голову, – но инструкции никто не отменял. Так что достаньте своё оружие, ваш сектор от шести до девяти часов, то есть сзади-слева, ОК?

– ОК, – ответил Саша и достал карабин, чем вызвал новый взрыв смеха.

– Вы, похоже, собрались спасать рядового Райана?

– Типа того.

Через полчаса беззлобных шуток и обсуждения оружия в кино добрались до базы. На КПП у Саши опять проверили Ай-Ди и опечатали сумку с карабином. Машина остановилась у симпатичного фонтана.

-Удачи, сэр. Спасибо, что развлекли.

– И вам спасибо и удачи.

Площадь, где его высадили, была намного больше аналогичной в «Западной Европе» и главное, намного более людной. Ну, это понятно, сейчас в «Европе» врата не работают. Да и в общем-то из России, наверное, куда больше эмигрантов.

Здание гостиницы было украшено огромной вывеской, сообщающей – что это за учреждение, и многорогим черепом местного буйвола. Туда Саша и направил свои стопы. В холле за массивной деревянной стойкой стояла молодая женщина, ну или старая девушка – как кому нравится. Саша решил, что на базе «Россия» надо обращаться на русском:

– Здравствуйте. Мне нужна комната за такой вот ваучер.

– Ой! Подождите секунду, – сказала женщина с неопределяемым акцентом и исчезла внутри помещения.

Через полминуты она вернулась в сопровождении невысокого мужчины ярко выраженной армяно-еврейской наружности.

– Здравствуйте. Меня зовут Арам. Я хозяин гостиницы.

– Здравствуйте. Я Саша, или Алекс, а в чём дело?

– Дело в том, Саша, что я обязан по договору с орденом, предоставить по этому ваучеру однокомнатный номер, а гостиница забита под завязку. Единственное, что я могу вам предложить, это койку в моём хостеле для беженцев. Естественно, я верну вам разницу. Место в хостеле – 5 экю, комната с душем 15, значит с меня десятка за ночь.

– Ну, выбора у меня, наверное, нет. А сколько коек в комнате, в этой вашей общаге, и где я смогу оставить свои вещи так, чтобы у них не выросли ноги?

Арам облегчённо улыбнулся, жалоба в Орден хорошо попортила бы ему нервы.

– В комнатах по шесть коек, но в той, где я поселю вас, – продолжил Арам, листая толстую тетрадь, – пока проживает только один молодой человек. Пришёл вчера поздно вечером, а комнат уже не было. Насчёт вещей: у каждого постояльца в комнате есть отдельный шкаф с замком. Золото и бриллианты я бы там не хранил, а для всего остального самое то.

– И далеко это отсюда? Машины у меня нет.

– Если по дороге то 10 минут ходьбы, если прямиком, между складами, то 5. Отсюда налево и всё время прямо до забора. Справа будет вход в хостель. Ваша комната девятая, шкафчик третий, в нём постельное. Кровать выберете ту, что больше понравится, – Арам взял талончик и протянул обратно десять экю и связку из двух ключей и двух бирок из толстого оргстекла. На большой была вырезана девятка, на маленькой – тройка.

– Понятно. Надеюсь, на обеды мои купоны подойдут?

– На обеды, завтраки и ужины. Всё по высшему классу – здесь в ресторане. Я даже бутылку вишнёвки добавлю, как компенсацию за шум.

– Какой шум?

– Я не сказал? Восемь из десяти комнат я сдал переселенцам с Донбасса. Семьи с детьми.

– Тут вишнёвкой не отделаешься. Надо добавить длительные, информативные беседы.

– Это у меня всегда бесплатно.

Решив срезать, так как дополнительные пять минут на жаре – это лишнее, Саша быстро дошёл до цели, коей оказался длинный деревянный барак. На пустой парковке перед бараком играли в мушкетёров несколько детей разного возраста и пола. Войдя в длинный коридор, с душевыми и туалетами в конце, Саша быстро нашёл свой девятый номер. Узкий длинный пенал, нагретый как духовка, шесть высоких жестяных шкафчиков-локеров у двери, шесть коек, по три у стен, большое, затянутое москитной сеткой, окно напротив двери, всё. Одна из коек, у окна, была накрыта серым летним одеялом.

Саша помнил из «Джентльменов удачи», что лучшая койка – на втором ярусе, подальше от параши, но здесь все койки были одноэтажные, и параша не наблюдалась. Он выбрал кровать посередине. Компромисс между жаром из окна и шумом из коридора. Открыв свой шкаф, он вытащил оттуда постель и сложил туда свою поклажу, включая разгрузку. Саша быстро расстелил постель на выбранную кровать и решил возвращаться к Араму, там не так жарко, можно попить воды со льдом и бесплатно поболтать «за жизнь».

До Арама Саша не дошёл, вернее – дошёл, но позже. На площади возле гостиницы наблюдалось скопление людей, в основном мужчин, и два бугая с наружностью братков из дешёвых сериалов, тащили пустой ящик в тень, явно – будущая трибуна.

– Не подскажете, что здесь происходит? – обратился Саша к одному из ожидающих действа мужчин.

– Вроде вербовщик какой-то работу предлагать будет.

– Понятно.

Подождём, послушаем, – подумал Саша, – работа мне тоже не помешает. Вот только если вербовщик аж сюда приезжает искать людей, есть хороший шанс что что-то с этой работой не так. Поэтому слушать надо очень внимательно.

Через пару минут на трибуну взобрался довольно молодой мужчина с приветливым выражением лица и очень честными глазами. Он был одет в чистый, выглаженный и абсолютно не уместный городской камуфляж.

– Господа! Товарищи! – заголосил он с трибуны. – Я рад сообщить вам, что и в этом, новом мире – есть Россия и её столица Москва! Правительство России и в новом мире заботиться о русских. Вы ведь шахтёры? Вам предоставят подходящую работу. Северней Москвы обнаружены залежи серебра и Родине нужны шахтёры. Вы!

– А сколько платить будете? Что с жильём? Как добираться, нам сказали, что дороги опасны. А если кто передумает? А какие там условия? – полетели разрозненные вопросы из зала.

– Отвечу сразу на все вопросы. Вы заключаете контракт на год, потом можете уйти, если не понравиться. Зарплата 500 экю в месяц. Вас обеспечат жильём в шахтёрском городке, там же действует универсам, принадлежащий прииску. За вами прислали транспорт и охрану, которые в комфорте и безопасности доставит вас до места. Сам прииск также находится под охраной вооружённых профессионалов, так что вы можете сэкономить на покупке оружия. Я скажу больше, на территории прииска ношение и хранение оружия запрещено. Вы ведь семейные люди, оно вам надо?

Люди одобрительно загудели в ответ и начали обсуждать между собой перспективы.

Что-то во всей этой агитации Саше очень не нравилось. Во-первых, вооружённая охрана и запрет на оружие для шахтёров, то есть начальство может легко подавить любое недовольство, но было что-то ещё, и Саша никак не мог это что-то выделить. Он повторял в голове речь, пытаясь найти зацепку, и нашёл. «Универсам, принадлежащий прииску» – модель американских угольных шахт начала двадцатого века. В голове сразу закрутилась «16 тонн» Теннесси Форда:


Some people say a man is made outta mud

A poor man's made outta muscle and blood

Muscle and blood and skin and bones

A mind that's a-weak and a back that's strong

You load sixteen tons, what do you get

Another day older and deeper in debt

Saint Peter don't you call me 'cause I can't go

I owe my soul to the company store


То есть за всё будут изымать из зарплаты. За жильё, за продукты в магазине, цены в котором будут завышены, за охрану, за транспорт отсюда, и в конце года человек обнаруживает, что уйти он не может, так как отпахав весь год, он ещё и должен компании деньги. Бунтовать тоже не получится, против вооружённых с лопатами и кирками не попрёшь.

Саша сразу понял, что данное предложение не для него, и решил дать и остальным шанс одуматься, задав пару неудобных вопросов.

– Скажите, пожалуйста, а автобус до прииска бесплатно или за него потом вычтут из зарплаты?

Оратор резко повернулся, ища глазами нахала, задавшего вопрос. Было видно, что отвечать он не хочет, но людей вопрос заинтересовал и они, затихнув, внимательно ждали ответа, так что отвечать пришлось.

– За транспорт и охрану с вас вычтут из зарплаты.

– И по сколько? – Саше приходилось вытягивать из оратора слова клещами.

– По 400 с одиночек и по 700 с семьи, – пробубнил тот, но его всё равно услышали, так как тишина наступила могильная.

– Ясно. Можно ещё вопросик? Какое жильё нам предоставят и почём?

Вербовщик совсем посерел.

– Семейным комнату в общежитие за 250 в месяц, одиночкам – кровать в комнате на шестерых за 150.

Шахтёры, которым надоело, что их всё время обманывали в старом мире, начали с агрессивным видом надвигаться на импровизированную трибуну, что вызвало быструю ретираду агитатора и двух его бугаёв внутрь гостиницы. Вдруг агитатор обернулся и, зло зыркнув на Сашу, произнёс:

– Ты, сука, об этом пожалеешь, – и, не дожидаясь ответа, нырнул в дверь.

Минут двадцать Саша постоял, послушал недовольные реплики шахтёров и их рассуждения на тему «что делать – как дальше жить» и, не почерпнув ничего полезного, зашёл в ресторан, надеясь выудить нужную информацию у Арама. Не успел Саша оглядеться, как Арам сам подошёл к нему и утянул в какой-то полу-кабинет полу-склад.

– Саша, давайте на ты? – спросил Арам и, получив утвердительный кивок, продолжил, – я видел и слышал, что ты вытворял сейчас на площади. Ты конечно молодец, не дал этим тварям закабалить людей практически в рабство, но ты понимаешь, что они тебе этого не простят. В новую Москву тебе теперь путь заказан, да и в других местах могут какую-то гадость устроить.

– Ну, в Россию я вроде и не собирался, а здесь, думаю, у них кишка тонка что-либо учудить.

– Вообще-то, здешняя Россия – это два отдельных государства, и они даже не особо дружат. Кроме Москвы ведь есть Протекторат Русской Армии.

– Да, я видел на карте, но к русской армии я вообще не имею никакого отношения, да и далеко это отсюда.

– Далеко и дорога опасная. Только с конвоем ехать надо, но возможно оно того стоит. Там ведь не только военные. Там сконцентрирована большая часть тяжёлой промышленности в этом мире. Там и сталелитейный, и нефтеперерабатывающий, и химзавод….

– Стоп! Химзавод? Отсюда поподробней.

– А ты что химик?

– Химфизик, но бакалавра заканчивал на химика.

– На западе, что ли, учился?

– Примерно так. Так что с химзаводом?

– Особых деталей я не знаю. Знаю, что делают тротил, красители разные, капрон. Его потом китайцы ткут и разгрузки шьют. Хорошие, между прочим, и дешёвые.

– Тротил, красители, капрон, – забурчал под нос Саша, – всё из побочных продуктов нефтепереработки. Наверно и исследовательский отдел есть. Может, возьмут пробирки мыть и реактивы таскать – для начала, а там будем посмотреть.

Арам понял, что внимание клиента он потерял и, похоже, мысль об опасности до него не дошла.

– Слышишь, Саша, мне работать идти надо. Минут через сорок народ на обед повалит. Между прочим, не хочешь сейчас пообедать, пока свободнее?

– С удовольствием, – ответил Саша, который хотел побыстрее остаться один, чтобы в спокойной обстановке попытаться вспомнить, что он учил о химии нефтепродуктов.

Он так погрузился в свои размышления, что даже не понял, чем именно ест, лишь отметив где-то на задворках мозга, что вкусно. Не заметил он также и вошедшего в ресторан вскоре после него неудавшегося «Гамельнского крысолова» и всё время, что Саша ел, сверлившего его ненавидящим взглядом. Закончив обед и поняв по нарастающему шуму, что зал наполняется людьми, Саша поблагодарил Арама за вкусный обед и пошёл к себе в общагу, надеясь просмотреть хранящиеся в ноуте и скачанные «Мулом» из Интернета сканы книг по общей химии. Как только Саша вышел за дверь, его недруг-вербовщик что-то сказал в маленький «воки-токи».


Глава 3

Шестой день, третий месяц, 25 год, база «Россия»

Саша шёл в сторону хостеля, вспоминая всякие там реакции Виттига и законы Морковникова, как вдруг в конце узкого прохода между складами путь ему перегородили две большие тени. Тени оказались громилами – охранниками вербовщика. Саша невольно попятился. Один из громил начал надвигаться на Сашу и резким движением руки раскрыл пружинную телескопическую дубинку. Второй бугай остался стоять на месте, поглядывая по сторонам – на шухере.

– Теперь, ботан, ты за свой гнилой базар ответишь! – прорычал наступающий.

Саша попытался трезво оценить свои возможности, продолжая отступать. Убежать не получится, не успеешь повернуться – получишь дубинкой по затылку. Драться тоже не опция. Во-первых, бугай явно сильнее, во-вторых – у него дубинка, а в-третьих напарник, стоящий в десяти шагах, если что, поможет. Оставалось последнее – приём, которому обучил ещё в Союзе девятилетнего Сашу его тренер по самбо, строго наказав использовать его, только если Сашу убивают.

Пятясь, Саша «оступился» и сел на жопу. Уперевшись руками за спиной и немного согнув ноги в коленях, он изобразил на лице ужас. Громила, обрадовавшийся, что сопротивления не намечается, сделал большой шаг вперёд и замахнулся, чтобы ударить Сашу по ногам, но тут Саша резко выпрямил ноги. Ступня правой, сложенная крюком, охватила левую ногу бугая, а ступня левой со всей силы врезалась под его колено. Хруст показался оглушающим, но вой нападавшего, последовавший за ним, оказался намного громче. Второй охранник ринулся на помощь коллеге, но Саша успел встать на ноги. Второй раз такой трюк не сработает, придётся тупо драться.

Левой рукой Саша перехватил руку с дубинкой, а правой попытался ударить противника в челюсть, но наткнулся на блок. Вдруг краем глаза Саша заметил, что бугай со сломанной ногой, продолжая завывать, достал из кармана малюсенький пистолет и направляет на него. Отвлёкшись, Саша пропустил сильный удар коленом в бедро, но, не обращая внимания на резкую боль, поспешил сдвинуться так, чтобы второй бугай перекрывал первому директрису. Вот только раненый, видимо, уже настолько ошалел от боли, что ничего не различал, и всадил четыре выстрела, один за другим, в спину своего товарища.

Саша почувствовал, как мощные удары толкнули на него тушу охранника, и, не удержавшись на ногах, упал, оказавшись под ней. Ещё через пару секунд раздался пятый выстрел, и вой первого нападавшего затих. Когда Саша выполз из-под трупа бугая с застывшим удивлением на лице, он увидел, что стрелок пустил себе пулю в висок, значительно попортив себе этим геометрию головы. Постояв в шоке несколько секунд, Саша упал на колени и, облокотившись руками о стену, стал выблёвывать весь свой обильный обед.

Не прошло и двух минут, как прибежали трое патрульных, с М4 на изготовку.

– Лицом к стене! Бросить оружие! Руки за голову! – прокричали они практически хором на английском.

Саша встал и положил руки за голову, лицом к стене он и так был.

– Оружия у меня нет.

Двое солдат остановились на месте, а один осторожно подошёл и обыскал Сашу.

– Оружия нет! – громко сказал он. – Только ключи и Ай-Ди.

«Ключи от комнаты, с брелками», – подумал Саша. – «Сколько раз слышал – при нападении бросайте ключи в лицо бандиту и бежать. Забыл».

Обыскивавший Сашу патрульный застегнул ему руки за спиной наручниками и отошёл.

– Повернитесь, – сказал командир патруля с нашивками сержанта, – что здесь произошло?

Саша повернулся.

– Этот, – Саша кивнул головой на первого бугая, – напал на меня с дубинкой. Я шёл после обеда в мою комнату в хостеле. Я сломал ему ногу. Тогда на меня кинулся его напарник. Мы сцепились, а этот вдруг стал стрелять. Наверно, в меня целил. Я свалился вместе с этим, – Саша кивнул на второго, – раздался ещё выстрел. Когда я вылез, то увидел, что этот застрелился. Мне стало плохо. Потом вы пришли. Всё.

Пока Саша говорил, один из солдат осмотрел трупы и, взяв их Ай-Ди и ещё какие-то карточки, подошёл к командиру и что-то прошептал ему на ухо.

– Вы знаете, почему они на вас напали?

– Не уверен, но думаю – им не понравились вопросы, которые я задал их шефу примерно час назад, на площади.

– Они вам что, сказали перед нападением?

– Да. Это было на бандитском русском, но в свободном переводе звучит как: «Ты заплатишь за свои слова».

– Я понял. Ждите.

Командир патруля продиктовал по рации номера всех трёх Ай-Ди и довольно долго слушал то, что ему отвечали в наушник. В это время один из солдат продолжал наблюдать за Сашей, а второй мародёрил трупы, снимая с них всё, кроме трусов, носков и маек. Одна была прострелена, а вторую невозможно было снять, не перепачкав кровью и мозгами.

– Я всё понял. Роджер энд аут, – закончив слушать свой наушник, сержант обратился к Саше: – Итак, налицо факт нападения на вас сотрудниками фирмы «Московское серебро». Также присутствует факт ношения не опечатанного огнестрельного оружия на территории Ордена, что строго запрещено, и что ещё хуже – его использование в криминальных целях. Вы, как человек, нейтрализовавший преступников, получаете от Ордена денежную премию размером по 1000 экю за каждого из преступников и право на владение трофеями, то есть всем, что было на преступниках в момент нападения. У Ордена к вам претензий нет. Премия уже перечислена на ваш счёт. Тэйлор, освободите доктора Гольдберга.

– Далее, – продолжил командир, когда солдат, наблюдавший за Сашей, снял с него наручники, – где ваше оружие?

– Я же сказал вам, у меня нет оружия, – опешил Саша.

– Вы не поняли. Я имею в виду ваше опечатанное оружие. В трофеях есть пистолет, он должен храниться в опечатанной сумке или ящике.

– А, это оружие… – расслабился Саша, – в комнате в хостеле.

– Мы пройдем с вами. Заодно поможем донести трофеи. Рид, вы останетесь здесь, дождётесь труповозку.

Все трофеи связали в узел одними из штанов, засыпав всю мелочёвку в ботинки. Пистолет командир разрядил и положил себе в карман.

В комнате, которая все ещё пустовала, сержант срезал пломбу с сумки и передал Саше пистолет.

– Хорошая игрушка, «Вальтер» ППС, вроде маленький, а патрон мощный – 9 на 19 люгер, здесь самый ходовой. Только пару лет назад этот пистолет начали производить, а уже здесь. Вам повезло.

Саша не понял – в чём именно повезло, но кивнул и, глянув на пистолет, положил его в сумку. Опечатав сумку, патрульные попрощались и ушли, оставив Сашу приходить в себя и считать трофеи.

Сходив в общую душевую умыться и попить воды, Саша немного успокоился и решил осмотреть свою добычу. Досталось ему, не считая пистолета, который уже лежал в сумке, два «воки-токи» Motorola GP338 Plus в поясных чехлах, каждая с наушником и микрофоном, две пары высоких армейских ботинок, две пары штанов – городской камуфляж с широкими капроновыми ремнями, пара электронных часов, причем одни из них – в тяжёлой золотой оправе. Две пружинные дубинки, с которыми он почти познакомился. Две толстые золотые цепочки, одна из них с крестом, и 350 экю с мелочью. Плюс ко всему этому богатству была початая пачка незнакомых сигарет и одноразовая зажигалка.

Саша вообще-то бросил курить примерно год назад, но сейчас выкурить сигарету или даже парочку показалось замечательной идеей. Сигареты были крепкими и драли горло, но в данный момент и это казалось положительным эффектом. Никотин помог расслабиться и начать трезво анализировать ситуацию. В минус – похоже, с «Московским серебром» у него теперь вендетта, так что надо постоянно держать ухо востро. В плюс – теперь он значительно богаче: две тысячи на счёт, 350 наличкой и что-то, наверное, получится выручить с продажи трофеев. Себе Саша решил оставить только рации и одни часы – те, что без золота. Это на любителя, и Саша таковым не являлся.

Конструктивные размышления окончательно привели Сашу в норму и позволили проявиться мощному голоду, который до тех пор прятался за порогом сознания. Всё-таки драка и переживания после неё сожгли тонну сахара, а с обедом пришлось распрощаться до того как он выполнил свою прямую функцию. Значит надо возвращаться к Араму. Заодно Саша решил взять оружейную сумку и, узнав где здесь стрельбище, оценить свой новый пистолетик.

Арам встретил Сашу прямо у входа, видимо – увидел в окно, как тот подходит.

– Ну, как ты? Проходи, я сейчас тебе чего-нибудь налью расслабиться. Мне патрульные уже всё рассказали. Я ведь тебя предупреждал – будь осторожен, а ты мне не поверил. Мы тут от выстрела всполошились. Давно на базе никто не стрелял, ну кроме как на стрельбище, но оттуда практически не слышно.

Затягиваемый внутрь ресторана Саша опешил от этого участливого словесного потока.

– Выпить потом. Я бы поел.

– Железные нервы. Завалил двух бандюг, а думает о еде.

– Во-первых, – Саша начал злится, – я их не заваливал. Они друг друга убили. Во-вторых, я как всю это кровищу увидел, так с обедом и расстался. Поэтому и голодный. И нервы у меня совсем не железные.

– Извини, – сразу пошёл на попятную Арам, – ляпнул, не подумав. Сейчас тебя накормим.

Усадив Сашу, Арам убежал на кухню. Зал был уже не набитый, но ещё не пустой, и люди с любопытством разглядывали Сашу. Видимо патрульные рассказали новости не только Араму, и за прошедший со времени инцидента час они успели разлететься. Саша внимательно осмотрел помещение, но агитатора среди присутствующих не обнаружил. Через пару минут Арам принёс поднос с большой тарелкой мяса с картошкой, бутылками водки и вишнёвки, а также стаканами и рюмками. Расставив всё перед Сашей, Арам спросил:

– Я тебе не помешаю?

– Конечно – нет, присаживайся. Арам, скажи мне: а где сейчас этот вербовщик?

– К нему полчаса назад приходил офицер и сказал что он теперь на базе Россия – «персона нон грата», так он со своим водилой сразу сели в «мерин» и укатили. Ничего, через пару дней другого пришлют. Они даже автобус свой здесь оставили.

– А почему Орден это позволяет? Ведь это практически рабство.

– Ордену всё равно. Это внутренние дела государств, Орден в них не вмешивается. К тому же, – шёпотом добавил Арам, – я думаю – москвичи отстёгивают кому-то из руководства Ордена. Но всё хорошо, пока всё хорошо, а когда начинают стрелять на базе, надо срочно найти виновного. Им и оказался твой вербовщик. Не ломать же весь гешефт. Если бы тебя просто избили, никто бы вообще ничего не сделал. Подрались и всё.

– А не проще было сделать виновным меня?

– Не проще. Тебя патруль взял, а они в эти грязные игры играть не любят. Только если в открытую прикажут, но это не тот случай. Слушай, тебе чего налить – водки или вишнёвки?

– Вишнёвки, и то чуть-чуть. Я хочу ещё на стрельбище сходить – опробовать трофейный «Вальтер». Кстати, насчёт трофеев. Мне там досталась пара золотых цепочек и часы в золотой оправе, не подскажешь – где сбыть?

– Только в Порто-Франко. Здесь люди ещё не разобрались, что к чему. Так что на украшения спроса нет.

– На одежду и обувь «б.у.», как я понимаю – тоже.

– Правильно понимаешь. Ворота все затаренными проходят.

– Ладно, бизнес не получился – пойду постреляю. Сколько с меня за обед?

– У Арама повторный обед – «он зэ хаус». Иди развлекайся, отдыхай. Жду на ужин. С меня всё ещё бутылка вишнёвки.

Стрельбище оказалось совмещено с оружейным магазином, в котором за прилавком полудремал молодой капрал.

– Мне сказали, что сегодня больше переселенцев не будет, – неохотно вставая, пробурчал он.

– Я не сегодняшний. Просто мне тут новый пистолет достался. Хочу пострелять, да и почистить надо. Предыдущий хозяин не успел.

– Так это вы герой дня, – оживился капрал, срезая пломбу с сумки.

– Наверное, я.

Саша осмотрел пистолетик. Симпатичный. Очень тонкий. Стальной верх, пластиковый низ, как сейчас модно. Под стволом – прилив для лазера или фонарика. Магазин на шесть патронов с одним патроном и ещё один патрон, который сержант выщелкнул из ствола, отдавая Саше пистолет. Запасного магазина у братка при себе не было. Жаль! С двумя патронами много не постреляешь.

– Я хотел бы купить патроны 9 на 19, – поднял голову от сумки Саша.

– Конечно, но много покупать не советую, – доверительно сказал капрал, – у нас они из-за ленточки, по 40 центов за штуку, а в Порто-Франко можно купить местные, Демидовские, по 20, а то и по 15 центов.

– Спасибо за совет. Дайте тогда одну пачку.

– Пожалуйста. С вас 20 экю. Наличными или со счёта?

– Лучше наличными.

Отстреляв 20 патронов с десяти метров и оставшись довольным результатами – все двадцать попали в ростовую мишень, Саша почистил пистолет и решил осмотреть ассортимент местной оружейной лавки. В ассортименте были Калашниковы на любой вкус, но большинство с деревянным прикладом под 7,62. Кроме того, довольно много самозарядок – СКС, СВТ и СВД, ну и конечно – Мосинки. Про АК Саша много слышал и читал, и хвалебного, и не очень, и на секунду даже подумал купить себе один, благо деньги появились, но быстро передумал. Транспорта у Саши нет, а таскать на горбу два ствола, да ещё боезапас к каждому, это слишком.

Возвращаясь в хостель, Саша увидел на парковке плохо сочетавшийся с общагой новый, канареечного цвета «Ранглер», а в комнате обнаружился его вероятный владелец. Худощавый парень лет двадцати, в стильных очках и футболке Лондонского императорского колледжа, полулежал на кровати, листая путеводитель новой земли.

– Привет, – он поднял глаза и улыбнулся Саше, – я Эдвард, можно Эдик, а ты наверно мой сокамерник.

– Александр. Можно Саша или Алекс. Шурой не зови, не отвечу.

– Всё понял. Ты сегодня герой-воин, так что спорить боюсь.

– Вся база уже знает? – спросил Саша, запирая оружие в шкаф.

– А как же. Главная новость дня. Да ты не комплексуй, им по заслугам приплыло. Я этих братков с детства не переношу. У самого отчим такой.

– А отец? – Саша прилёг на кровать, положил руки под голову и приготовился выслушать душещипательную исповедь.

– А отца не было. Мать меня нагуляла. Когда мне было три, она познакомилась с отчимом. Он был бизнесмен-уголовник средней руки, а мать у меня красивая была. Ну а меня в садик-интернат, но не забывали. На выходные всегда забирали, воспитателям на лапу давали, чтоб всё путём. Все дети завидовали. А когда мне шесть было, отчим раскрутился, в Москву перебрался – теперь пасынок в интернате не комильфо. Отправили в бординг в Англии. Те же яйца, только в профиль, но маму стал реже видеть. Потом в «Лондон Империал» – на графика. Два года отучился, а перед первой сессией третьего года отчим звонит, говорит мать по пьяни в столб въехала. Я прилетел. На похоронах напился и устроил отчиму жуткий дебош, а утром он мне сказал, что халява накрылась, и видеть меня он не хочет, но в память о маме готов дать одноразовую помощь. Типа есть новый мир, ход только в одну сторону, если я соглашусь – он даст внедорожник, шот-ган и немного золота на первое время. Я десять минут подумал и согласился. За учёбу платить нечем, и визу отберут, а в России я никого не знаю, и жить негде. Через два дня меня и переправили, и только пройдя ворота, я вдруг понял, почему отчим так хотел от меня избавиться. У него все бабки на мамином счету были, и теперь половина моя.

– Ну, мог бы и пришить

– Мог. Видимо, хоть капля совести у него осталась. Ну и хер с ним. Буду обживаться тут.

– Решил уже – куда подашься?

– В Россию не хочу, в Англию или Америку тоже. Попробую, наверное, обосноваться в Порто-Франко. На первое время денег хватит, отчим не поскупился, а потом придумаю что-нибудь. Может, джипы разрисовывать буду, я же всё-таки график-дизайнер. А ты что думаешь делать?

– Попробую в Демидовск податься, на химзавод – я в универе химию учил. Если не получится, то просто не знаю, что делать.

– Слушай, а как ты до Порто-Франко добираться собрался?

– Я ещё не решил. В путеводителе написано, что поезда ходят, дороговато, правда…

– Давай со мной. Я завтра утром собираюсь ехать, а одному страшно. Тут вроде чудища разные бродят, а я стрелять вообще не умею.

– С удовольствием присоединюсь. Стрелок я, конечно, ещё тот, но вдвоём пробьёмся.


Глава 4

Седьмой день, третий месяц, 25 год, база «Россия» – Порто-Франко

Выехали поздно. Вчерашний ужин у Арама удался, то есть отчётливо Саша помнил только первые два часа. Всё, что было позже – в лёгком тумане. Сначала Арам принёс Саше и Эдику по литру отличного пива, пока подоспеет горячее. Потом был умопомрачительный шашлык и бутылка вишнёвки, компенсация. В противовес вину Эдик выставил бутылку водки. Правда, её уже распивали на троих с Арамом под конструктивный разговор «за жизнь». Арам очень положительно отнёсся к идее Эдика разрисовывать внедорожники и даже дал ему адрес каких-то русских ребят которые в своей мастерской тюнинговали машины и квады для гонок [note 2] . Дальше началась самая интересная часть вечера. Шахтёры, осознав, как сильно они могли влипнуть, подходили к столу поблагодарить Сашу и не забывали прихватить с собой пронесённую через врата огненную воду. Довольно скоро Саша понял, что пить наравне с русскими шахтёрами он не может. С армянскими рестораторами, кстати, тоже. Арам, не пропуская не одного тоста, был быстр как ртуть. Он успевал везде, и при этом за всеми столами были уверены, что именно им уделяется максимум внимания.

«Мастерство не пропьёшь», – думал Саша, глядя, как хозяин опрокидывает очередную рюмку.

В общагу Саша, Эдик и шахтёры добирались весело и с песнями. Песен успели спеть множество, и на то были две причины. Во-первых, путь занял минут двадцать вместо пяти, а во-вторых, от каждой песни знали только первый куплет и припев. Песни пели разные, от Наутилуса и до «Десятый наш десантный батальон», и как гранд финале, уже под окнами хостеля, все дружно исполнили «Союз нерушимый».

Встав утром с сильным сушняком и слабой, но противной, головной болью, Саша подумал, что хорошо, что он не телезвезда или там певец какой-нибудь. Ему слишком понравилось то, что люди специально подходили, чтобы с ним выпить – спился бы как тот хоккеист в «Москва слезам не верит», но всё-таки хорошо вчера отдохнул. Вроде люди вокруг – практически не знакомые, а расслабился, как со старыми друзьями. Будто пружина какая-то внутри расслабилась, хотя явно она рано расслабилась, эта пружина. Ещё с базы не выехал, а до Демидовска о-го-го сколько пиликать.

Саша с трудом растолкал собутыльника и, сложив в машину все свои немногочисленные пожитки, завтракать и сдавать ключи поехали на ней. Из шкафчика Эдик достал только рюкзачок-«однодневку» и оружейную сумку. В джипе же на переднем сидение лежал огромный, столитровый рюкзак, а на сложенных задних сидениях и в багажнике лежали картонные коробки.

– Чем это ты так затарился? – удивлённо спросил Саша.

– В рюкзаке одежда и патроны для дробовика. В половине коробок тушёнка и галеты, во второй половине краски и кисти.

– Краски я ещё понимаю – ты график, но тушёнка и галеты……

– Кто же знал, что здесь такой развитый мир. Я готовился практически к робинзонаде.

– И взял полмашины красок?

Эдик развёл руками.

Потеснив рюкзак и сложив остальные вещи Саше в ноги, отправились к Араму.

Свежий и радушный вид Арама, встретившего их у входа, был воспринят Сашей, как личное оскорбление, но огромные кружки с крепким, сладким кофе, появившиеся на столе, как только они присели, являлись вполне удовлетворительным извинением. После кофе и трофейной сигареты зачатки похмелья полностью испарились и позволили приняться за вкусный плотный завтрак. Когда хозяин в очередной раз пробегал мимо их стола, Саша остановил его и, пытаясь побыстрее проглотить кусок яичницы, спросил:

– Арам, сколько с нас за вчерашнюю гульку?

– Так вы особо нечего и не брали. Пару литров пива и бутылку водки. Давай сделаем так, вы ведь сегодня уезжаете, отдай мне оставшиеся ваучеры, а я ещё сделаю вам сэндвичи в дорогу.

– Отличная идея. Вот держи талончики.

– Эй, подождите. Водку то выставлял я, – возмутился Эдик.

– Да, но ты берёшь меня в попутчики до города, так что всё нормально.

Эдик начал возражать, что он, мол, не халявщик, но Арам убежал к новым посетителям, и дискуссия сама собой заглохла.

Когда, Саша и Эдик сдавали ключи, Арам принёс пакет с двумя огромными «подводными лодками» и пояснил:

– С вяленой антилопой и овощами. Пальчики оближете. А это, – продолжил он, вручив парням по визитке, – отель моего брата в Порто-Франко. Обязательно там останавливайтесь. Кухня лучше только у меня.

Сердечно поблагодарив Арама, парни вышли из гостиницы и направились к машине.

Саша достал из своего рюкзака РПС с магазинами, пристегнул снятый ранее штык и наполнил из питьевого фонтанчика фляжку. Застегнув ремни и попрыгав, как в фильмах, Саша скептически посмотрел на груду сумок:

– С рюкзаками надо что то делать, – сказал Саша, – в дороге возможно придётся стрелять, и сумки на коленях будут немного мешать.

В конце концов рюкзаки были втиснуты поверх коробок. Коробки немного примялись, а у тента джипа образовались два верблюжьих горба, но зато когда расселись в руках у Саши остались только две ружейные сумки, своя и Эдика.

– А патроны ты из рюкзака достал? – с опозданием спросил Саша

– Б@#%ь, забыл.

Достали большой рюкзак, оттуда Эдик выудил две пачки охотничьих патронов 12х76, по десять штук в каждой.

– Этого хватит?

– А сколько в магазин входит?

– Вроде 4 или 5, не помню точно.

– Наверно хватит, а патронташ у тебя есть.

– Есть! – радостно ответил Эдик и снова нырнув в рюкзак, выудил капроновый ремень с ячейками для патронов. Саша взял ремень и насчитал 26 ячеек.

– Доставай ещё одну коробку. Будет как раз полный магазин и полный патронташ, или почти полный.

Рюкзак был водружён на место и, наконец, машина покатила в сторону КПП, куда указывали многочисленные стрелки по пути. Подъезжая к воротам, Саша посмотрел на часы – было 13:10.

– Вообще-то хотели с утра выехать, – хмыкнул он

– А ты куда-то спешишь? Нет. Так расслабься и наслаждайся свежим воздухом.

На воротах лениво подошедший солдат считал сканером их Ай-Ди, срезал пломбы с сумок и, сказав об опасностях дороги, дал отмашку – проезжайте.

Когда они отъехали метров 500 от блокпоста, Саша сказал:

– Тормози

– Что случилось? – Эдик подал машину вправо и остановился.

– Надо достать и зарядить оружие. Тебе ещё и наполнить патронташ.

Саша достал карабин, проверил, что тот на предохранителе, и вогнал магазин. Патрон решил пока не досылать. Пистолет же с досланным патроном пошёл в карман джинсов. Хоть пистолет и плоский, получилось не очень удобно, и Саша решил при первой же возможности приобрести подходящую кобуру. Привлечённый шипением Эдика, Саша повернулся к нему и чуть не рассмеялся. Эдик крутил в руках длинный дробовик, не зная, как к нему подобраться.

– Можно? – спросил Саша, и Эдик с радостью протянул ему ружьё. Оно было великолепно. «Ремингтон» 1100 с ореховой ложей – сама элегантность, ружьё для мастера или пижона. Саша первый раз в жизни держал в руках дробовик, но всё было интуитивно понятно. Снизу по одному загоняешь четыре патрона в подствольный магазин, взводишь затвор, снимаешь с предохранителя, стреляешь. Это Саша и объяснил Эдику, и тот сказал, что понял. Теперь можно ехать дальше.

Дорога обещала быть длинной. Судя по путеводителю, от базы «Россия» до Порто-Франко примерно 150 километров, а по грунтовке, хоть и хорошо укатанной, ехать быстрее, чем 50 кэ-мэ в час, казалось чистой воды авантюрой. Минут десять после выезда с КПП прошли в молчаливом, внимательном осматривании окрестностей. Всё-таки патрульный предупредил о возможности нападения диких зверей и не менее диких людей, но пока ничего не происходило. Стада зверей виднелись, изредка, но очень далеко от дороги, а люди, если и нападут, то всё равно из засады. Заранее не узнаешь.

Эдик заговорил первым.

– Слушай, Саша, я вот тебе вчера с ходу всё про себя рассказал, а ты про себя – ничего. Восполняй пробелы.

Собравшись с мыслями, Саша коротко рассказал о себе. О родителях, переездах, учёбе и службе в армии.

– Так ты в ЦАХАЛе служил! – воскликнул Эдик. – А говорил, что плохо стреляешь.

– Ты думаешь, что все израильтяне – снайперы? Всеобщая крутизна израильских солдат – это пустой миф, непонятно кем созданный. Да, в ЦАХАЛе есть куча маленьких спецназов с очень хорошо подготовленными бойцами, так у них отбор дикий, и учебка почти всю срочную службу, а воюют они на сверхсрочной по заранее подписанному контракту. Эти ребята действительно круты как яйца, но они составляют всего пару процентов от армии. Потом идут пехота и ВДВ. Они тоже неплохо подготовлены, но со спецами ни в какое сравнение не идут, а дальше больша-а-а-я толпа войск поддержки. Технари, водители, повара, программисты и т. д. и т.п. Так эти, из которых я и буду, хорошо, если знают – с какой стороны автомат стреляет.

– Ну, ты утрируешь…

– Ты прав, я преувеличиваю, но немного. По общим нормативам для небоевых частей солдат или солдатка отстреливают по 40 патронов за четырёхнедельный курс молодого бойца, и потом по 10-20 патронов три раза в год в течение трёх лет службы. У девочек – двух лет. Как ты понимаешь, снайпером так не станешь. Кроме того, последние годы, один из трёх раз в год, ради экономии патронов, стали заменять на лазерный симулятор. М16 как настоящий, даже магазин после 30 выстрелов надо менять, плюс шланг от компрессора для имитации отдачи. Прикольно, конечно, но это уже не стрельба, а игра.

– Понял, понял. Сдаюсь, стрелять ты не умеешь, но хоть самолёт починить можешь?

– Нет, конечно. Я техник-электронщик уровня «А», то есть подхожу к самолёту с прибором-диагностом, подключаюсь к нужному разъему. Если все лампочки зелёные, расписываюсь в журнале и иду дальше спать. Если есть красные, откручиваю четыре болта, вынимаю дефектный агрегат, отсылаю в мастерскую, беру со склада новый, вставляю, закручиваю четыре болта, проверяю заново, расписываюсь в журнале, иду спать. Так три года с перерывами на дежурства по охране базы и наряды по кухне. Зато если нет дежурств, то в конце рабочего дня переодеваюсь в парадку и иду домой, как-будто не в армии, а просто на работе, только с очень маленькой зарплатой.

– Да, не так мне представлялась служба в армии.

За пустой болтовнёй время и километры пробегали незаметно. Сначала Саша беспокоился, что его «друг» из «Московского серебра» может организовать засаду или другую бяку, но вскоре расслабился. Ну откуда уехавший с базы вчера днём вербовщик может узнать, когда Саша выехал и на какой машине.

Километров за двадцать до Порто-Франко разморенных жарой парней насторожили нечастые, но громкие выстрелы, прозвучавшие из-за небольшого холма. Медленно подъехав, они обнаружили немолодую, полупьяную американскую пару, которая, отойдя на пару десятков метров от своего «Форда» Ф250, стреляла по пивным банкам метрах в ста-ста двадцати. Услышав подъезжающий «Ранглер» – слишком поздно на Сашин взгляд – они перестали стрелять и обернулись, не опуская оружия. Когда машина поравнялась со стрелками, и Эдик притормозил, Саша смог полностью рассмотреть их. Явные рэднэки лет под 50, оба в потертых джинсах и майках, в ковбойских сапогах и шляпах. У мужчины в руках видавшая жизнь М14, у женщины «Сайга», судя по магазину, под 7.62х39, и каждого по неясной модели револьверу на поясе.

– У вас всё нормально? – поинтересовался Эдик

– Всё отлично! – ответила, улыбнувшись, женщина с сильным южным акцентом. – Вот остановились с мужем пострелять немного.

– Ребята, пива холодного не хотите? – встрял муж в разговор.

Пива очень хотелось, но впереди ещё кусок дороги и куча дел в городе, поэтому пришлось отказаться и, пожелав приветливым ковбоям убить все банки, ехать дальше.

На въезде в город постовые считали Ай-Ди и опечатали сумки, предварительно попросив сложить в них всё оружие. Саша наконец достал из кармана пистолет, который уже успел натереть ногу. Также постовые дали им карты города и буклет с рекламой различных торговых и увеселительных заведений.

По дороге Саша и Эдик успели обсудить свои планы на оставшуюся часть дня, и они не совпадали. Эдик хотел первым делом попасть в мастерскую к потенциальным работодателям, и только после этого, имея более ясную картину, решать – что делать дальше. Саша же хотел сначала узнать, когда уходит следующий конвой до Демидовска, а потом пройтись по магазинам, избавиться от ненужных вещей и подкупить нужных. Порешили, что Эдик подкинет Сашу до конвойной площадки и поедет в мастерскую. Дальше Саша пешком по своим делам. Встречаемся у Саркиса, в надежде, что будут свободные комнаты.

Так и поступили. Легко сориентировавшись по карте, Эдик высадил Сашу у перегороженных шлагбаумом ворот с надписью «Cargo terminal». Саша надел на спину рюкзак, повесил на плечо ружейную сумку и, помахав рукой отъезжающему Эдику, подошёл к воротам.

– Скажите, как узнать когда ближайший конвой до Демидовска? – спросил он у патрульного, стоящего у прохода.

– Внутри в диспетчерской спроси, – осмотрев Сашу, ответил солдат и отодвинулся, освобождая проход. Видимо, Саша не вызывал ни каких подозрений, даже карточку не попросили.

Внутри был большая территория, которую Саша пересёк, стараясь не попасть под колёса, снующих туда-сюда разнокалиберных грузовиков. Возле окна диспетчерской толпились мужчины в камуфляжах все возможных расцветок и покроев. «А женщин в этом мире явно меньше, чем мужчин, или их хорошо прячут», – подумал Саша, приготовившись долго ждать своей очереди, чтобы подойти к окну, но оказалось, что большинство общается между собой. Подойдя ближе, он увидел девушку, которая выглядела не занятой. «Она лишь исключение, которое подтверждает правило». Три других диспетчера были мужчинами.

– Простите, не могли бы вы сказать, когда будет конвой до Демидовска?

– Вам не повезло, – девушка говорила с заметным русским акцентом, – конвой ушёл вчера утром, так что следующий – не раньше, чем через неделю-полторы. Приходите дня через четыре, буду знать точнее. В любом случае, вам следует знать, что дорога до Демидовска – это примерно 4000 километров, занимает от недели до двух в зависимости от выбранного пути и количества остановок. Вы должны запастись едой и водой на время пути. Стоимость места в конвое – 300 экю за машину или 100 пассажиром. Если будет место, конечно.

Настроение резко испортилось. Сидеть без дела десять дней, да ещё и платить за гостиницу и общепит, да ещё без уверенности, что для него будет место, Саше совсем не улыбалось, но выбора похоже не было. Всё же он решил узнать в гостинице – есть ли другие способы добраться до протектората русской армии.

Дальше по плану был шопинг. Карта и рекламная брошюра сообщали, что большая часть магазинов, нужных Саше, находится в центре города, кроме оружейного магазина, но таковой оказался в самой гостинице Саркиса, что упрощало дело. Ходьба по жаре с рюкзаком на спине напомнила Саше школьные походы в пустыню Негев, и он абсолютно не понимал сейчас, как тогда это могло ему нравиться.

Первый на очереди был старьёвщик или, как сейчас модно говорить, «second hand», так как, чтобы набивать рюкзак новыми вещами, надо освободить его от старых. Магазин был совсем не похож на своих собратьев в старом свете. Никаких тебе поеденных молью тирольских шляп с петушиным пером или сапог для охоты на лису. В основном – армейская или туристическая одежда и обувь, разной степени потёртости, немного рюкзаков. Саша поздоровался и выложил из рюкзака свои трофеи. На цепочки и золотые часы не стали даже смотреть – к старьёвщику за золотом не ходят. Дубинки тоже сразу вернули – не по профилю нам, отнесите в оружейный. А вот штаны и ботинки внимательно осмотрели и предложили за всё 30 экю деньгами или сорок вещами, и Саша отправился изучать ассортимент. Он выбрал две рубашки и две пары брюк, которые являлись туристической вариацией на тему советской «афганки». Одежда выглядела удобной и не ношеной, видимо кто-то привёз из старого света много комплектов на продажу, но за это пришлось доплатить ещё 10 экю, то есть всего 50.

Далее шёл магазин туалетных принадлежностей, где были куплены полотенце, пара кусков мыла и шампунь, зубная щётка с пастой, «Жилетт Мах3» – такой же, как остался дома, и десяток лезвий, пена и афтершейв к нему. Плюс ко всему этому Саша взял четыре гелиевых дезодоранта. Обошлось это почти в сто экю, потому как всё привезённое со старой земли, но не ходить же вонючим из-за дороговизны.

Следующим в плане был магазин радиотоваров, где надо было разжиться зарядкой для раций, которые Саша, честно говоря, не понимал, зачем оставил себе, но вот хотелось – и всё. Маленькие, не тяжёлые, авось пригодятся. По дороге к магазину Саша увидел вывеску радиомастерской и решил, что лучше зайти туда, благо там может быть зарядка б/у, которую отдадут за копейки. Он оказался прав, всего за десятку ему выдали потёртую, но работающую зарядку с двумя сменными хвостами. Один, с трансформатором, под 110/220 вольт, а второй – с штекером для прикуривателя, под 12.

Тут произошёл довольно пугающий инцидент. После драки с бугаями Саша и не думал менять какие-то настройки в рациях, выключил и всё. Теперь, когда немолодой индиец в мастерской включил одну из раций, чтобы показать шкалу батареи и тем подтвердить что товар в рабочем состояние, она вдруг заголосила. Несмотря на искажения, Саша легко узнал голос вербовщика с базы. Голос сказал:

– Из-за этой твари меня шеф чуть не прибил. Ну ничего, мы с ним поквитаемся. Мне передали, что он уже въехал в город.

– Давай обсудим это при встрече, – ответил незнакомый Саше голос.

– Да, ты прав. До вечера, – и рация замолчала.

Для индийца услышанный разговор на русском был пустой тарабарщиной, и потому, увидев, как Саша побледнел и начал обливаться потом, он принял это за тепловой удар и побежал за холодной водой, которая была с благодарностью выпита.

«Надо что-то делать, пока до меня не добрались. Второй раз отбиться не получится. Выбраться из города тоже не получается, во всяком случае – в нужном направлении. Во-первых, надо убраться с улицы. По-любому, кроме оружейного, все дела сделаны, а он при гостинице. Может, Эдик уже там. Небольшая подмога, конечно, но всё-таки…»

До гостиницы «Арарат», которую они с Эдиком видели при въезде в город, Саша топал по жаре минут двадцать. На парковке перед гостиницей стояли штук десять внедорожников. Эдикиного «Ранглера» среди них не было, зато выделялся БТР 40 с зачехлённым пулемётом и надписями «РА – RA» на бортах. Симпатичная женщина за стойкой сказала, что свободные номера есть, по 15 экю в сутки, прачечная в подвале, для постояльцев при самообслуживании – бесплатно, хозяина сейчас нет, но к ужину будет, никто похожий на Эдика не появлялся, оружейный магазин – дверь с левой стороны здания с надписью «Gun store» и – да, он сейчас открыт. Саша снял номер в основном здании, а не отдельный домик, всё же спокойней спать, зная, что внизу портье, а личная стоянка ему не нужна. Снял пока на сутки и, несмотря на то, что жутко хотелось принять душ и свалиться в кровать, решил сначала закончить с запланированными делами и поплёлся в магазин.

Когда Саша открыл дверь в магазин, звякнул привязанный к ней колокольчик, и через пару секунд из внутренних помещений к нему вышел упитанный мужичок с роскошными усами и засаленной банданой на голове.

– Чем могу вам помочь? – поинтересовался он, вытирая руки ветошью.

– Я хотел бы продать пару телескопических дубинок и купить кобуру для «Вальтер» ППС, – сказал Саша, положив дубинки на прилавок.

– По 5 экю или выставляйте на комиссию, тогда 20 процентов мои, – продавец внимательно осмотрел дубинки.

– А что насчёт кобуры? – Саша решил повторить бартер, как у старьёвщика.

– Вам придётся показать мне пистолет. Я про него уже слышал, но ни разу не видел.

– Вы можете срезать и ставить пломбы? – спросил Саша и тут же сам себе ответил – логично, оружейный магазин.

Продавец только улыбнулся этому монологу. Сумка легла на прилавок, и он, срезав пломбу, заглянул внутрь.

– Эй, у вас тут карабин!!!

– Да, я знаю. Я его туда положил.

– У меня есть вещица специально для вас, – проигнорировав Сашин сарказм, продавец полез под прилавок. – Вот, – с гордостью произнёс он, вставая, – «UltiMAC m6», планка Пиккатини специально для М1 карабина.

Саше очень захотелось это игрушку, но показывать это продавцу запрещено. Поэтому, увидев, что коробочка пыльная, он сказал:

– Похоже, она у вас давно лежит.

– Пару лет уже, – с грустью согласился продавец, – один мужик принёс. Хотел установить на свой карабин М4. Говорит, мол, и то, и это – карабин. Я ему отвечаю: М1 – это винтовка времён второй мировой, а М4 – современный автомат. Немного разные вещи. В конце концов он купил у меня планку на М4, а эту продал мне.

– Могло быть хуже. Он мог принести прицел от М4 «Шермана» или М1 «Абрамса».

– Да. Это было бы хуже! – засмеялся продавец. – Ну что, за двадцать возьмёте?

– Давайте разберёмся с кобурой.

– Чего тут разбираться, – он повертел ППС в руках, – по размеру примерно как «Глок» 26, только чуть тоньше, а под «Глоки» есть и капроновые, и кожаные, местного пошива, по 7 экю. Есть на ремень, на бедро, на голень для скрытого ношения, и есть наплечные. Берите, что хотите.

– Давайте так, наременную кожаную кобуру и планку за две дубинки и пять экю сверху.

– Две дубинки плюс десять экю, включая установку планки.

– По рукам.

– А какой прицел будете брать? Рекомендую коллиматорный «Aimpoint» H1. Для карабина самое то.

– И сколько он стоит?

– 400 экю. Дороговато, я знаю, но такого качества прицел дешевле нигде не будет.

– Прицел пока брать не буду, но рекомендацию запомню. Когда зайти за карабином?

– Приходите перед ужином. Будет готово.

– Тогда я оставлю у вас всю сумку?

– Конечно, оставляйте.

Про патроны для пистолета Саша не забыл. Он просто решил, что глупо переплачивать за Демидовские патроны, если он всё равно едет в Демидовск. На дорогу должно хватить. Пистолет ведь оружие последнего шанса, а в наличие 30 патронов. З0 последних шансов ему никто не даст.

Придя в комнату, Саша, первым делом принял душ, побрился и почистил зубы. Снова почувствовав себя человеком, он надел чистую футболку и одни из новых штанов и, связав в узел пропахшие потом вещи, босиком спустился в прачечную. Загрузив стирку, он сел на стоящую у стены скамейку и взял в руки один из лежавших на ней распечатанных на обычном принтере листков размером А4. Этот листок оказался местной спортивной газетой. Большая часть листка была посвящена предстоящему футбольному турниру. Оказалось, что в Порто-Франко есть две свои футбольные команды. «Порто-Франко-сити» – то есть горожане, и «ПФ-Арсенал» – патрульные силы Ордена. Плюс приедут немцы из Нойехафена и испанцы из Виго. В газетке были прогнозы, анализ команд и ведущих игроков, ну и конечно – ставки. Пока Саша читал эту абсолютно бесполезную информацию, стирка закончилась и, положив вещи маленький пластиковый тазик, десяток которых предусмотрительные хозяева поставили в углу, он вернулся в комнату и развесил вещи на найденную в глубине шкафа складную сушилку. Часы показывали 19:26. До ужина ещё два с половиной часа, можно немного подремать.

Саша проснулся от стука в дверь. «Это становится привычкой», – подумал он и посмотрел на часы, – «ну хоть полтора часа поспал». – Кто там? – это уже вслух.

– Я, Эдик.

– Привет. Проходи, садись. Ну как прошло собеседование?

– Собеседование – на ура. Очень классные ребята. Как вступительный экзамен, говорят, изобрази что-нибудь на этом, и дали мне старый ржавый капот. Я взял кусок картона, нарисовал карандашом скорпиона, благо это мой знак зодиака, часто его рисовал. Вырезал трафарет и валиком выкрасил в чёрный, потом кисточкой нанёс белые блики на хитин, вуаля. Им понравилось, говорят – завтра можешь начинать. Пока что работы немного будет, мол, успеешь втянуться, а месяца через три начнётся подготовка к местному ралли, тогда круглые сутки придётся работать.

– Отлично. Поздравляю. Ты уже снял номер?

– Тут, понимаешь, какое дело, у ребят над мастерской есть жилая комната, один из них раньше там жил, пока не купил дом с подругой-гонщицей, так они мне предложили туда вселиться. Уже сегодня через полтора часа мы идём вместе ужинать. Отмечать начало совместной деятельности. Я заехал тебе всё рассказать и попрощаться, – Эдик выглядел как провинившийся школьник, – мне ещё надо привести себя в порядок до ужина.

– Я всё понимаю. От таких предложений не отказываются. Удачи! – Саша подошёл и пожал Эдику руку. – Между прочим, мне в дорогу надо жратву купить дней на десять, не продашь по коробке тушёнки и галет?

– Не продам. Подарю. Я и так думал, как от этих ящиков избавиться. Выкидывать жалко, а так от них польза будет.

Спустившись на парковку, выгрузили из джипа две коробки. Одна с надписью «Тушёнка говяжья. 20х500 грамм», вторая – «Галеты «Армейские» 50 пачек по 8 штук». Ещё раз пожали руки, и Эдик уехал. Саша отнёс коробки в комнату и снова спустился, на этот раз в оружейный.

– Ещё раз здравствуйте. Моя винтовка готова?

– Да. Вот, смотрите. Планка сидит как родная, заодно я вам поставил резиновый затыльник приклада. Подарок от фирмы. У меня их всё равно куча валяется. Он на одном болте, вместо оригинального, он тут в пакетике. Не понравится, вернёте, как было.

– Спасибо огромное, но в честь чего подарок? Вроде особо крупной покупки я не делал.

– А мне очень понравился ваш выбор оружия. Понятно, что не все кто попадает в новый мир – профессиональные стрелки, но почти все берут, как минимум, М16 или АК, а часто вообще М14, G3 или ФН ФАЛ. Большинство со ста метров в рогача не попадут, зато будут таскать 12-фунтовый автомат и тяжёлые патроны вместо ваших шести. Вот за сообразительность вы и получили подарок.

– Спасибо ещё раз. До свиданья? – а про себя сказал: – «Я тоже хотел ФН ФАЛ, только денег не было».

Саша отнёс сумку в комнату и решил, что ему надоело бегать вверх-вниз по лестнице, и потому оставшиеся до ужина 40 минут он будет смотреть телевизор. Искать Саркиса, чтобы узнать об альтернативных путях следования в Демидовск, можно и после ужина, или даже завтра. По телевизору крутили бои без правил, кои Саша находил ужасно скучными, и потому через пару минут он задремал.

Проснулся, когда за окном уже практически стемнело. Часы показали 23:19, а желудок громко требовал ужин. Арамов сандвич был давно съеден и переварен. Брызнув в лицо водой, Саша скатился в ресторан. Людей было много, но пара свободных столиков всё-таки виднелась, и он занял один из них. Через пару минут к нему подошла женщина, очень похожая на ту, что стояла за стойкой ранее, но не она. Официантка перечислила предлагаемые сегодня блюда, из которых Саша выбрал пэнэ карбонара и литр светлого пива. Он знал, что пиво с пастой это моветон, но хотелось именно пива. Люди понемногу освобождали зал и явно шли не спать, а веселиться в других заведениях, вкусно поужинав здесь. Были и те, кто решил просидеть весь вечер тут. Эти сидели чинно, не спеша вливая в себя живительную влагу, а пара молодых мужчин в российской полевой форме, уже явно хорошо принявших на грудь, приставали к присутствующим с каким то вопросом, явно безвредным, так как многие в ответ смеялись. Дошла очередь и до Саши. Когда они подходили, он рассмотрел у них на погонах по две звёздочки, только у одного вдоль погона, а у второго поперёк – прапорщик и лейтенант. Они подошли и нависли над сидящим Сашей.

– Мужик, ты иврит знаешь? – пьяным голосом спросил прапорщик.

– Ну… – Саша опешил от такого вопроса.

– Что – ну?

– Ну, знаю.

– Без приколов? – встрял лейтенант

– С приколами тоже знаю.

– Тогда у нас к тебе серьёзное дело, – лейтенант явно пытался протрезветь. – Саркис, три кофе, пожалуйста. Ты кофе будешь? – спросил он у Саши постфактум.

– Если серьёзное дело, то двойной эспрессо.

– Три двойных эспрессо, пожалуйста. Присесть можно?

– Конечно. Не пить же кофе стоя, – происходящее очень веселило Сашу.

– Значит так, – заговорщически продолжил лейтенант, когда официантка принесла кофе и отошла, – я лейтенант Городецкий, Антон. Сразу предупреждаю – за приколы о Ночном Дозоре даю в морду. Это прапорщик Козлов, Леонид. Мы из техотдела Русской Армии.

– Очень приятно, – Саша с трудом прятал улыбку, но получить по морде не хотелось. – Доктор Гольдберг, Александр, переселенец без определённого рода занятий. Так чем могу вам помочь?

– Мы позавчера получили со старой земли некое, скажем так, «оборудование», а вся техническая документация оказалась на иврите.

– Беспилотники, что ли?

– Шшшш!!! – сердито зашипели оба военных.

– Понял. Молчу.

– Короче, мы телеграфировали командиру об этой проблеме. Он приказал нам оставаться тут, пока не найдём переводчика и не переведём всё, только тогда мы сможем вернуться в ППД.

– ППД?

– Пункт Постоянной дислокации – наша база возле Демидовска.

– Ясно. Какой объём работы?

– 80 страниц А4 плюс схемы, но там переводить особо нечего. Платим по 5 экю за страницу, то есть всего 400 экю. Лёгкие деньги.

– Я согласен, но с двумя условиями. Во-первых, вы довозите меня до Демидовска. Во-вторых, перевод я только диктую, записывает кто-то из вас. Я очень медленно и коряво пишу по-русски.

– Насчёт диктовки – не проблема, а насчёт подвозки, надо спросить нашего безопасника, но сейчас он ушёл бухать со старыми друзьями.

– Тогда завтра утром приходите с ответом. Я в номере 207.

– Ну и отлично. Перекурим это дело, – сказал, вставая, прапорщик Лёня.

– Перекурим, – согласились остальные.


Глава 5

Восьмой день, третий месяц, 25 год, Порто-Франко

Солнце только взошло, когда стук в дверь…

«Опять!!!» – это про себя, а вслух спокойно: – Кто там?

– Капитан Ибрагимов. Я ответственный за безопасность «оборудования».

– Да, да. Секунду, сейчас открою.

Вошедший был не высок, стовосьмидесятисантиметровый Саша был на полголовы выше, но выглядел как кто-то, с кем не захочется встретиться в тёмной подворотне. Не то чтобы он был качком или что такое, он просто вызывал ассоциацию со стальным клинком. Холодный и опасный.

Капитан внимательно осмотрел комнату, будто там мог кто-то прятаться, и только после этого протянул Саше руку и представился: – Михаил.

– Александр, можно Саша.

– Я так понимаю, Саша, что вы согласились помочь нам с переводом документации, но хотите, чтобы мы довезли вас до Демидовска.

– Вы всё правильно понимаете.

– А зачем вам в Демидовск?

– Я по образованию химик, а там, насколько я понимаю, единственный серьёзный химзавод в этом мире.

– Вроде так, но почему бы вам не поехать с конвоем?

– Следующий конвой – где-то через неделю, а у меня слишком мало денег, чтобы неделю тратиться на гостиницу и рестораны, ничего не делая. К тому же…

Саша, вчера ночью вернувшись в номер, долго думал о том, стоит ли рассказывать безопаснику про проблемы с «Московским серебром». Конечно, это могло привести к тому, что Сашу откажутся взять с собой, но с другой стороны, если возьмут, то лучше, чтобы безопасник знал, к чему быть готовым. Поэтому Саша решил быть откровенным и рассказать всю историю, включая подслушанный радиообмен. Реакция капитана была неожиданной. Его лицо наполнилось яростью.

– Ну, эти москвичи совсем о@$%ли! Людей в рабство! Наши захотят об этом узнать, – и уже на пол тона спокойнее. – Вы не волнуйтесь. Мы вас в Демидовск доставим, а там у них руки коротки вам что-то сделать. Сейчас я пришлю к вам Городецкого и Козлова, начнёте работать. Завтрак и обед я принесу вам сюда. Завтра подъём в шесть утра. На рассвете, это в полвосьмого, выезжаем. Что не успеете сегодня – доделаете в дороге. – Михаил вдруг вспомнил, что перед ним не подчинённый. – Если вы не против, конечно.

– Что вы, только за.

Через двадцать минут появились Антон и Лёня. Они выглядели так, будто их выкинули пинком из кровати и запихнули в форму, и сразу заявили, что без кофе работать не будут. Ещё через 15 минут появился трёхлитровый термос с крепким кофе. С ним появились и бутерброды с ветчиной и сыром, и молоденький ефрейтор который их принёс.

– Ой, спасибо Тимоха. Спаситель ты наш! – громко заголосили двухзвёздочные, разливая кофе в три алюминиевые пол-литровые кружки, которые были привязаны к термосу.

Солдатик смутился от такого приёма, поздоровался с Сашей и убежал.

– Тимофей Кузнецов, наш водитель и наша гордость, – объяснил своё поведение Лёня, прихлёбывая горячий кофе, – родился и вырос в Новом свете. Родился, правда, в Порто-Франко, зато вырос в Демидовске и, как стукнуло 12 – призвался на срочную.

– 12 лет?! – Саша чуть не подавился кофе.

– Так двенадцать местных лет. Это чуть больше 18 земных.

– Тогда понятно. У нас таких, родившихся в Израиле, сабрами кличут.

– А что это значит?

– Тип кактуса, который там растёт. Раньше почти все эмигранты были, быть саброй было почётно. Сейчас это потеряло смысл, так как больше половины населения – сабры.

– А что идея, – Лёня обратился к Антону, – тут тоже кактусы растут. Решено, будем называть Тимоху Кактусом, пусть гордится.

– Только не говорите ему, что это я подал идею, – рассмеялся Саша, – он мне морду набьёт.

– Я не буду его так называть, – выдавил из себя сквозь смех Антон, – а то он станет приставать, чтобы я показал, как уходить в «сумрак».

Саша всё-таки обплевался кофе и убежал в ванную замывать пятно на футболке.

Было уже 9 утра, когда закончили с кофе и бутербродами и начали работать. Саше вручили две брошюры, на обложках которых было написано: «Орбитер марк 1. Инструкция для оператора» и «Орбитер марк 1. Техническое обслуживание».

– Где вы его вообще взяли? – поинтересовался Саша. – Да ещё с непереведённой документацией?

– Его Израиль Азербайджану продал, а пока они ждали израильских инструкторов, один полковник его нашим продал. В компьютере программа управления на английском, а вот с бумагой застряли. Хорошо – тебя встретили.

– Хорошо, – согласился Саша.

Перевод пошёл довольно быстро, минут десять на страницу. Работали по такой схеме: Саша читал про себя несколько предложений, переводил их вслух, один из ребят печатал переведённое в ноутбук, а второй следил, чтобы первый не наделал ошибок. Раз в час они менялись. В конце каждой страницы её зачитывали вслух, и Саша, сравнивая с оригиналом, проверял – не изменился ли смысл написанного.

Саша прекрасно знал технический «ВВС-ный» иврит, но с аналогичным русским бывали проблемы. С ними справлялись в основном через английский или просто описанием слова другими словами и жестами, но таковых было не много, и это не сильно задерживало работу.

Михаил появился, катя перед собой тележку, наполненную едой, ровно в полдень – 15:00. К этому времени почти половина работы была сделана, но темп начал снижаться. Так что перерыв на обед был очень вовремя.

– Первое, второе и компот, – пошутил Михаил, сгружая тарелки, миски и огромный кувшин с лимонадом на освобождённый от работы письменный стол. – Я, если вы не против, с вами пообедаю. Тимоха убежал к какой-то девчонке, а одному обедать скучно.

У Саши сложилось впечатление, что после рассказа про вербовщика, капитан принял его за своего. Не до конца, конечно, иначе он не был бы безопасником, но всё-таки.

Когда большая часть тарелок были опустошены, Лёня протянул:

– Эх пивка бы, холодненького… – и вопросительно посмотрел на Михаила. Тот в свою очередь перевёл вопросительный взгляд на Сашу.

– Нет. Сегодня ещё много работы. Надо попытаться закончить сегодня или хотя бы приблизится к этому. В дороге будет очень тяжело работать. Будет тряска, жара и шум, особенно в БТРе. Это ведь ваш БТР-40, на парковке?

– Наш, – ответил Михаил, не обращая внимания на надувшегося Лёню, – только от БТР-40 там только броня и колёса.

– Просветите меня, что же вы там напридумывали.

– С удовольствием, и давайте на ты.

– Давай на ты, – легко согласился Саша.

– Итак, во-первых движок. Вместо родного 3,5-литрового бензинового, дающего всего 78 лошадок, поставили мерсовский трёхлитровый дизель с 111 лошадьми. Мало того, что он мощнее, так ещё и менее прожорливый. Кроме того, из десятиместного он стал четырёхместным. Водитель, командир-пулемётчик, а за ними – оператор и техник. Поставили нормальные, удобные кресла, у оператора и у техника с маленьким столиком для ноутбука. Вся задняя часть кузова – склад для оборудования и припасов, внизу дополнительный бак на 300 литров, родной-то всего 90, а сверху пайки, вода, спальники, патроны, ну и агрегат наш импортный, куда мы без него.

– И где во всём этом техническом чуде найдётся место для пассажира?

– Между креслами оператора и техника до фига места, накидаем спальники, будешь валяться, как курортник. Между прочим, ты водить умеешь?

– Вообще умею, но такую бандуру никогда не водил. А что, придётся?

– Думаю, что да. Хочу попробовать догнать конвой. Они выехали позавчера утром, идут километров 400-500 в день. Мы выезжаем завтра утром, к тому времени они пройдут максимум полторы тысячи, то есть если мы будем ехать весь световой день, а это сейчас 16 часов, на третий день мы их догоним, может даже раньше. Ты понимаешь, что наш Тимоха 16 часов вести машину не может. Придётся всем порулить. – Михаил глянул на часы – Ладно, пойду, а то заболтал я вас, а вам ещё работать.

Переводили ещё шесть часов, но после обеда темп работы немного понизился, и в дороге осталось перевести ещё 12 страниц, а потом пройтись ещё раз по всему тексту.

За ужином в ресторане собрались всем экипажем, и Лёня наконец получил своё долгожданное пиво, но и тут его обломали. Михаил разрешил максимум литр и не позже 26:00 быть в постели. Своей. Одному. Саша же вообще ограничился лимонадом.


Глава 6

Девятый день, третий месяц, 25 год, Порто-Франко – степь

Саша проснулся в полшестого, благо лёг вчера в 26:00 и успел хорошо выспаться. К шести, когда прозвучал традиционный стук в дверь, он был уже одетым, умытым и затянутым в РПС. Рюкзак был сложен и вместе с ружейной сумкой и коробками с провизией лежал у дверей. Саша открыл дверь, и в комнату заглянул Антон.

– А чё ты не свет не заря вскочил? Миша назначил через полчаса у БТР-а, с вещами. Ты теперь полчаса ворон считать будешь? Так они тоже ещё спят.

Лицо Антона, одетого в длинные, семейные трусы и потёртую майку с олимпийским мишкой, выражало крайнюю степень сонливости и изумления, одновременно, и на Сашин взгляд это являлось картиной, достойной кисти великих мастеров ренессанса.

– Ничего, на улице прохладно, приятно, постою покурю. Кстати, у меня скоро сигареты кончатся. Где бы сейчас купить, не знаешь?

– Сейчас – нигде. Не парься, у меня с собой два блока, на дорогу хватит. Вообще-то в Демидовске год назад начали выпускать папиросы «Солдатские». Типа «Беломорканала», только табак получше. Дёшево и сердито, – и Антон убежал одеваться.

Саша одел на спину рюкзак, повесил на плечо сумку и, взяв в руки коробки с провизией, чертыхаясь, спустился вниз. С уличным освещением было туго, но один фонарь, горевший у дверей гостиницы, позволил дойти до броневика, не свернув шею. Не успел Саша докурить сигарету, как появился Михаил.

– Доброе утро. Сейчас уложим вещи и пойдём спокойно завтракать. Всё равно до рассвета из города не выпустят, а это через час пятнадцать.

Капитан открыл заднюю дверь машины и, включив маленькую лампочку внутри, начал аккуратно укладывать свои и Сашины вещи. Дойдя до коробок, он удивлённо крякнул.

– Тушёнка и галеты со старой земли? Ты что, их через ворота на горбу тащил?

– Нет, здесь товарищ на дорогу подарил. А вообще-то я через ворота не проходил.

– Это как? – Михаил чуть не выронил свой массивный разгрузочный жилет от удивления.

Саша в двух словах рассказал, как попал в этот мир.

– Значит, врата и такое выделывают, будем знать.

Чем обогатит капитана это знание, Саша не понял, но решил не спрашивать.

Подошёл Тимоха и тоже уложил свои вещи. Последними выбежали Антон и Лёня. Кроме обычных рюкзака, сумки и разгрузки, они волокли по громоздкому, но явно лёгкому кофру.

– Опаздываем, господа офицеры, – заметил Михаил.

– Курица – не птица, а прапорщик – не офицер, – отшутился Лёня.

Кофры и сумки были быстро уложены, и экипаж плюс пассажир плавно перетекли в ресторан, где их уже ждал завтрак и большой кувшин кофе. Видимо безопасник подсуетился с вечера. Когда с едой было покончено, и все откинулись назад с чашками кофе, капитан с улыбкой заявил:

– Едим быстро, остановок не делаем, так что на кофе не налегайте. Маленькую нужду будете справлять на ходу. Большую тоже.

Все дружно заржали. На этой весёлой ноте завтрак закончился и, расплатившись за постой и еду, группа двинула к машине.

Как капитан и планировал, к блокпосту подъехали с первыми лучами солнца. К БТР-у подошёл сонный постовой:

– Ваши Ай-Ди, пожалуйста.

И тут произошло неожиданное. При считывание Сашиной карточки сканер вдруг громко запищал и замигал красным диодом. Патрульный сделал резкий шаг назад и направил автомат в открытую дверь броневика.

– Не двигаться!

– В чём дело? – вместо опешившего Саши спросил Михаил.

Из караульной вышли ещё два солдата, и крупнокалиберный М2 на вышке качнулся в сторону машины.

– Сейчас разберёмся. Выходите медленно из машины и держите руки на виду. Военные и Саша вышли из машины и сели на указанную им лавочку, всё время находясь под прицелом трёх автоматов.

– Мы что – арестованы? Если да, то скажите – за что? – не успокаивался Михаил.

– Я не уверен, что вы арестованы. С вами вообще всё в порядке, а у него, – патрульный кивнул в Сашину сторону, – на экране выскочила надпись «задержать до выяснения». Так что посидите пока спокойно – разберёмся.

Так просидели минут 25. Капитан сидел, закусив от бессильной злобы губу, остальные курили одну сигареты за другой и тихо матерились. Вдруг из окна караулки крикнули:

– Джордж, надпись исчезла!

– Как исчезла? – он заглянул в окошко, а потом снова отсканировал Сашин Ай-Ди, но в этот раз сканер промолчал и только мигнул зелёным диодом. – Простите господа. Какая-то компьютерная ошибка.

Он вернул всем документы и, проводив их обратно до машины, срезал пломбы на оружейных сумках и пулемётном чехле.

– Ещё раз примите наши извинения за задержку. Удачного путешествия.

– Спасибо, – буркнул в ответ Михаил, остальные просто промолчали.

Выехав из города метров на 200, Тимофей без команды остановил машину на обочине и все стали молча вооружаться – видимо, процедура была стандартной. Все достали автоматы и надели разгрузки. Саша единственный ходил в своей с подъёма. Оружие у вояк оказалось не одинаковое, но всё под 7,62. У водителя и технарей были АК сто четвёртые коротыши, а у капитана – 103 с подствольником ГП30 и коллиматорным прицелом. Разгрузки тоже были разные. У Михаила был жилет с четырьмя подсумками под спаренные магазины, двумя с парой ручных гранат в каждом, двумя по пять ВОГ-ов на бёдрах и кучей разного размера подсумков непонятного назначения. У остальных были «лифчики» с тремя подсумками для двух магазинов на груди, парой ручных гранат и фляжкой. Короткоствол был представлен более однообразно – у всех были «Грачи» в поясной кобуре с запасным магазином. Закончив экипировку, Михаил снял чехол с пулемёта, который оказался «Кордом» с маленьким щитком, защищавшим голову и торс пулемётчика. Лёня подал капитану короб с лентой, и тот зарядил пулемёт. Все были настолько озадачены произошедшей задержкой, что никто даже не обратил внимание на Сашин карабин.

– Ну, с богом! – сказал капитан, и БТР начал набирать скорость.

Достав из одного из подсумков бинокль с встроенным дальномером, Михаил приподнялся и стал осматривать дорогу поверх брони.

– Странная задержка получилась, – произнёс Антон.

– Да, похоже, нас задержали, что бы успеть поставить засаду у нас на пути, – ответил Михаил, не отрываясь от бинокля, – причём я думаю, что не очень далеко от города, иначе задержали бы на дольше.

– Наверное, это мои «друзья» постарались, – предположил Саша, – судя по разговору по рации – у них есть свой человек в Патруле. К тому же зазвенел именно мой Ай-Ди.

– Вы о чём говорите? – хором спросили Антон и Лёня.

– Не важно. Это закрытая информация! – рявкнул Михаил. – Может твои, а может и по наши души. Сейчас это уже не важно. Важно не вляпаться в засаду.

Саша очень удивился, что Михаил не поделился информацией с остальными, но решил не вмешиваться в его безопаснические планы. Он смотрел на обозревающего горизонт капитана и думал о том, что толку с данного действа, как с козла молока. Вокруг было столько холмиков, оврагов, да и просто зарослей густого кустарника, что можно было бы спрятать полк, и тут у него блеснула идея.

– Господа, а почему бы нам не запустить БПЛА в разведку?

– Да, но тогда придётся остановиться. Он ведь привязывается к точке отправки, – ответил Антон.

– А тут что, есть спутники?

– Нет, а причём тут спутники?

– Мы же вместе читали инструкцию. Он привязывается к точке отправки через GPS, а здесь им всё равно придётся всё время управлять вручную. Наоборот, если мы будем ехать за ним, то увеличим эффективную дальность полёта. Возвращаться ему будет намного ближе.

– Слушай, логично. Лёня, собираем агрегат и катапульту.

– Я не уверен, – встрял в диалог Михаил, – вы ещё не практиковались с ним, и сразу в полевых условиях…

– Миша, я в симуляторе его часов двадцать гонял – справлюсь! – заявил Антон.

– К тому же если мы попадём в засаду, вашим командирам он всё равно не достанется.

Остановившись, общими силами за 15 минут собрали БПЛА, установили катапульту прямо в кузове, так что самолётик взлетал над головами Михаила и Тимофея. Прикрутили к специальному кронштейну антенну Data-link и подсоединили к ноутбуку Антона, который взял на себя командование отрядом.

– Лёня, приготовить катапульту к запуску.

– Есть.

– Тимофей, начинаешь ехать по моей команде и как можно быстрей разгоняешься до 60 и держишь скорость постоянной, пока не прикажу иначе.

– Есть.

– Максимальная дальность связи 15 километров. Я не хочу рисковать, поэтому у нас будет десять. Скорости должны совпадать, а медленнее 50 я его не удержу в воздухе, – объяснил Антон внимательно следящему за происходящим капитану.

– Лёня, пуск!

– Есть пуск.

Антон пристально смотрел на монитор, и через пять томительных минут рявкнул:

– Тимоха, вперёд!

– Есть вперёд.

Броневик быстро разогнался и покатил по «дороге», подпрыгивая на ухабах. Лёня подпрыгивал вместе с ним, так как встал у Антона за спиной и вглядывался в экран. Саша тоже пытался рассмотреть картинку, передаваемую с БПЛА, только сбоку, лёжа на свёрнутых спальных мешках. Михаил продолжал наблюдать за дорогой в бинокль, не потому что он не доверял электронике, а потому что места возле Антона больше не было.

Минут через 40, когда БТР был где-то в 50 километрах от города, а самолётик – в 60, Антон воскликнул:

– Есть! Наверное, – а дальше бубня себе под нос, – сейчас заложим виражик. Так. Сфокусируем картинку. Так. Точно есть. Тимоха, тормози.

– Что есть? – выпалил Михаил. – Докладывай, как положено.

– Есть, докладывать. Вижу цель. Два человека, рядом лежит мотоцикл. В канаве, в тридцати метрах от дороги. Примерно… в семи километрах от нас.

– Ясно. Как близко мы сможем подъехать, но чтобы нас не увидели?

Антон открыл новое окно на экране и прокрутил назад запись.

– С точки, где они сидят, дорога просматривается километра на два, а до этого она огибает небольшой холм. Можно остановиться на расстоянии в 2,2 километра от них, и нас точно не заметят.

– Ясно. Тимоха, езжай пока Антон не остановит. Только медленно. Без шума и пыли. Антон, сколько птичка ещё может висеть?

– Минут сорок точно, а там увидим.

– Должны уложиться. Ну-ка, Саша, двинься немного, мне надо карту рассмотреть, – Михаил перелез назад и посмотрел на экран. – Если этот холмик обойти с другой стороны, мы как раз выйдем им в спину. Антон, сколько тут примерно?

– Могу точно. – Антон нарисовал мышью пунктир огибающий холм. – 3,3 километра плюс-минус 50 метров.

– Хорошо. Идём я и Саша. Антон и Лёня слишком нужные, а ты, Тимоха, слишком молодой. Саша, ты согласен?

– Абсолютно.

– Отлично. Антон, держишь птичку в воздухе, сколько можешь, но так, чтобы смог безопасно посадить. Мы храним радиомолчание, ты же, если будут изменения в ситуации, нам сообщаешь. Если у нас пойдёт не так как хочется, подбираете птичку и обратно в Порто-Франко, ждать следующий конвой. Всё ясно?

– Так точно, товарищ капитан! – хором ответили Антон и Лёня.

– Теперь ты, – капитан повернулся к Саше, – пробежать три километра сможешь?

– Если и смогу, то стрелять потом не смогу.

– Понятно, а если два трусцой, а третий быстрым шагом?

– Наверное, получится.

– Ну, тогда так и сделаем.

Так и сделали. Тимофей остановил машину там, где указал Антон. Саша и Михаил вылезли из БТР-а и побежали. «Бег трусцой» Михаила оказался почти запредельным темпом для Саши, но он сдюжил. С быстрой ходьбой оказалось намного лучше, шаг у Саши был значительно шире, чем у капитана, и он даже сумел восстановить дыхание. Когда из-за изгиба холма появилась дорога, Михаил скомандовал «ложись» и приник к своему биноклю. Они остановились метрах в трёхстах от канавы и немного выше.

– 320 метров, – сказал Михаил, воспользовавшись дальномером, – дальше ползком и не шуметь. А птичка наша ещё летает, – и он показал Саше на едва заметный силуэт в небе.

Ползли, пока до засады не осталось сто метров, и Саша наконец смог разглядеть неприятеля. Два смуглых мужчины. Один лежит на животе и смотрит в бинокль туда, откуда должен был бы появиться БТР. Второй лежит на спине, надвинув кепку на глаза, похоже – спит.

– Я беру наблюдателя, ты соню. Отсюда попадёшь в него? – прошептал Михаил.

– Думаю, да.

– Ну, тогда на счёт три. Готов? Раз, два, огонь!

Оба выстрелили по два раза, Михаил одиночными, а Саша по-другому и не мог. Фигурки бандитов слегка дёрнулись и продолжили лежать, как и раньше, только наблюдатель уронил голову на бинокль.

– Оставайся здесь. Страхуй меня, – сказал Михаил и, пригибаясь, побежал к канаве по широкой дуге, не перекрывая Саше директрису. Через полминуты раздались два контрольных выстрела, а сразу за ними: «Саша, давай сюда».

Пока Саша дошёл до места неудавшейся засады, Михаил связался по рации с машиной и приказал сажать БПЛА и подъезжать к канаве. Саша остановился у края канавы и стал разглядывать трупы. Тела двух смуглых парней лет 16-18 ни рвотных позывов, ни угрызений совести не вызывали.

– Румынские цыгане из Порто-Франко, – объяснил Михаил, заметив направление Сашиного взгляда, – за маленькую денежку готовы на любую мерзость. Не все, конечно, но многие.

Саша понимающе кивнул и спрыгнул в канаву.

– Трофеи, мягко говоря, не богатые. Кроме вот этих милашек, – капитан указал на две зелёные трубы сантиметров по 80 длиной.

– Что это? Похожи на LAW.

– Близко. Это РШГ-2. Реактивная штурмовая граната с термобарической БЧ.

– То есть если бы по нам выстрелили из этой штуки, от нас бы остались одни угольки?

– Примерно так. Причём, вероятней всего они бы тоже в угольки превратились. Выхлоп бы от стены канавы отразился бы.

– Весело, однако.

Начали складывать трофеи. Две реактивные штурмовые гранаты, явно выданные бандитам специально для этой засады. Один румынский «Калашников», с рукояткой под цевьем, в убитом состоянии. К нему четыре спаренных изолентой магазина. Австрийский пистолет-пулемёт «Штайер» MPi-81 с двумя магазинами, немного ржавый, но вроде ещё живой. Дешёвый китайский (из Старого света) бинокль, с поцарапанными линзами. И как главный трофей старый, раздолбанный кроссовый мотоцикл Suzuki TS125. Кроме того, в карманах нашлись около восьмидесяти экю, у обоих – по длинному складному ножу, один с резной деревянной ручкой, второй с дешёвой пластиковой, и – сюрприз, сюрприз – распечатанная на принтере Сашина фотография, та самая, что у него на Ай-Ди.

– Ты был прав, – произнёс Михаил, – они-таки по твою душу были, но ты об этом не болтай, – он сложил и засунул в один из подсумков фотографию, – даже нашим не надо про это знать. Просто бандиты устроили засаду, и всё. А с этим «Московским серебром» мы ещё письками померяемся. Это же надо придумать, заказывать какой-то швали засаду на машину Русской Армии, да ещё какую-то крысу в Ордене подключили, что бы нас задержать. Ладно, замяли. Как трофеи делить будем?

– На пятерых, как же ещё?

– Ну, мы четверо на службе, так что всё добытое идёт в трофейный отдел. Они конечно выдадут вознаграждение, но оно будет далеко от рыночной цены. Давай так: нам полагается от Ордена две штуки за бандюг, штука тебе и штука нам на четверых, плюс мы забираем трофеи, а на мелочь гульнём вмести в Демидовске. Ты не в проигрыше, тут трофеев максимум на две тысячи. И на вот, держи на память, – он протянул Саше нож с резной рукояткой, – и зарубку на прикладе сделай, хорошо ты его, я посмотрел. Одна пуля в центр груди, вторая под ключицу.

– Спасибо за похвалу. Если ты не против, я себе ещё и девятимиллиметровые патроны заберу, у меня всего 30 штук.

– Конечно, бери.

Пока Саша выщёлкивал патроны из магазинов от ПП, Михаил достал мыльницу и сфотографировал трупы и трофеи. «Для награды от Ордена», – объяснил он. Потом вытащили оружие и мотоцикл к дороге и стали ждать БТР. Трупы оставили лежать в канаве на удовольствие пернатым и мохнатым падальщикам. Одежду с трупов решили не брать, уж слишком потрёпанной и дырявой она была, а разгрузок у бандитов не было.

Через десять минут подъехал броневик. Саша посмотрел на часы. С момента, когда они вышли из гостиницы, прошло всего два с половиной часа, а казалось, что прошло пару недель. Из задумчивого состояния его вывела сюрреалистическая картина, которую он и капитан увидели, когда БТР остановился. В середине кузова стоял Лёня в обнимку с огромной оранжевой подушкой, внутри которой угадывался фюзеляж БПЛА. Сидящий в своём кресле Антон держал его за ремень, чтобы он не упал при торможении. Саша и Михаил дружно рассмеялись.

– Вы чё ржёте как жеребцы, – обиженно спросил Антон, – главу про переход из боевого обратно в походное положение мы ещё не перевели. Как сложить парашют, мы разобрались, крылья сняли, а как сдуть эту грёбаную подушку – не нашли.

Отсмеявшись вдоволь, Саша достал инструкцию и через пару минут нашёл нужную пимпочку, выпустил воздух из подушки, и Лёня с Антоном смогли уложить фюзеляж в кофр. За это время Михаил с Тимохой сложили оружие в кузов и подвесили мотоцикл на запасное колесо на задней двери.

– Ну что, двинули, – подытожил сборы Михаил. – Мы отстаём от запланированного графика всего на два часа, так что надеюсь, мы всё-таки догоним конвой за три дня. Сейчас Антон, Лёня, Саша – постарайтесь поспать, надеюсь, засад больше не будет. После полудня ваш черёд вести машину.

Антон и Лёня сразу откинули спинки кресел и надвинули кепки на глаза. Саша думал, что после всего произошедшего не сможет заснуть, но незаметно для себя вырубился уже через пару минут.

Проснулся Саша от того, что его подёргивал за штанину Михаил.

«А почему в дверь не стучат?» – подумал Саша, ещё не осознав где он находится. Он открыл глаза и сказал. – Всё, хватит дёргать, я проснулся.

– Тихо ты, все спят, – шикнул на него Михаил. Он вёл машину, держа руль левой рукой, а правой, заведённой за спинку кресла, держал Сашину штанину. В кресле командира мирно посапывал Тимоха. – У тебя за спиной есть открытая коробка, возьми там банку «тушёнка с кашей» и ложку, пообедай. Через полчаса твоя очередь вести машину.

– У меня же своя тушёнка есть, – шёпотом ответил Саша.

– Во-первых, если ты сейчас за своей полезешь, то всех перебудишь. Во-вторых, твоя хоть и раритетная, староземельная, но наша вкуснее. Разогреть, к сожалению, не получится, но благо не мороз на улице, и так пойдёт.

Саша, стараясь не шуметь, достал и открыл банку. Тушёнка действительно оказалась очень вкусной, а может, просто он был очень голодный. Когда Саша доел и выпил полную флягу воды, благо в броневике была тридцатилитровая канистра с ней, они с Михаилом поменялись местами, не снижая скорости.

Саша пытался приноровиться к управлению, ощутить чувствительность руля и педалей, подстроить под свой рост сидение.

– Ты ход не замедляй, – тихо прошипел жующий Михаил, – мы должны до заката добраться до второй заправки. Там и заночуем. Первую проехали как раз до того, как я тебя разбудил.

– А далеко до неё?

– От города километров 900, от первой заправки где-то 450-480. Их не так давно построили, специально в одном дневном переходе конвоя одна от другой, но мы-то не конвой. Конвой двигается так быстро, как самая медленная машина в нём, плюс любая неисправность или прокол в одной из машин их задерживает, но самая большая разница в том, что в каждой машине только один водитель. Получается, что ехать больше чем 9-10 часов в день невозможно. Мы же можем ехать все 16 часов светового дня, не особо напрягаясь. Ладно, я спать. Через три часа разбудишь Антона, если к тому времени он сам от голода не проснётся. Если что, буди меня сразу, и ход не замедляй. Держи 60-65.

Через полтора часа проснулся Лёня. Он попытался потянуться и вписался коленом в свой столик. Гулкий удар и последовавшие за ним матюки перебудили всех остальных.

– Тьфу ты чёрт, – ругнулся капитан, – даже пару часов не поспал. Ты, прапор, за это поплатишься.

Спавшие начали шумно организовываться на обед. Антон затребовал староземельной тушёнки и полез вытаскивать её из груды рюкзаков и коробок. При этом он несколько раз пнул Михаила, за что получил кулаком в бедро и малый боцманский загиб. Когда все проснулись, в кузове стало тесно. Михаил перебрался на своё место, уступив лежанку из спальных мешков, которая была признана самым удобным местом в БТР-е, Тимохе. За едой все весело болтали, даже Саша и Михаил, в трапезе не участвовавшие. Про утренние приключения не было сказано ни слова, что сильно удивило Сашу, но поднимать эту тему первым совсем не хотелось. Наверно остальные думали также. Тимоха, к которому все относились как к младшему брату, начал рассказывать про рыбалку на какой-то речушке, и как туда стало безопасно ходить с тех пор, как оттуда отвадили чеченцев и других диких зверей. Эта оговорка вызвала дружный взрыв смеха, и все решили, что она была продиктована подсознанием.

Потом Антон сменил Сашу за рулём, а Лёня достал колоду пластиковых карт и они втроём с Тимохой стали резаться в дурачка. Когда возгласы картёжников стали перекрывать шум мотора, Михаил выдал:

– Похоже, у меня за спиной открыли притон. Хорошо – без девочек.

– Плохо без девочек, – жалобным голосом ответил Лёня.

Из того что засмеялся он один, Саша заключил, что этот диалог обыгрывается далеко не первый раз.

Через три часа Лёня сменил Антона за рулём, а Антон Лёню за импровизированным карточным столом. Когда солнце уже на половину спустилось за горизонт, Саша увидел у дороги нечто окружённое высокой каменной стеной, с массивными воротами и пулемётным ДОТ-ом.

– А вот и заправка! – радостно воскликнул Леонид.

– Да, как и планировалось, – подержал его Михаил.

– Таких заправок я ещё не видел, – высказался Саша.

– Ты многое в Новом мире ещё не видел, – ответил капитан.

За забором «заправка» оказалась огромной парковкой и большим двухэтажным зданием, под навесом которого и стояли два топливных насоса, один – солярка, второй – бензин. В самом здании на первом этаже была столовая, а на втором жили две семьи, коим эта заправка и принадлежала. Пока молодой паренёк, старший сын одного из хозяев, заправлял ополовиненный бак БТР-а, экипаж уселся ужинать. Меню в столовой не было. Подавали одно блюдо – стейк из местной антилопы с жареной с луком картошкой. Хочешь – бери, не хочешь – жуй свой сухпай или вообще постись. Все пятеро заказали ужин и остались им очень довольны. Было и пиво, но капитан опять ограничил потребление – по пол литра на душу. Спали в той же комнате, сдвинув столы и стулья к стенам и расстелив на полу спальные мешки. К счастью для Саши, в загашнике БТР-а оказался один запасной.


Глава 7

Десятый день – шестнадцатый день, третий месяц, 25 год, степь – Демидовск

Утром встали за сорок минут до рассвета. На завтрак были блины со сгущёнкой, и опять от них никто не отказался. Утренние часы Саша, Антон и Лёня потратили на завершение перевода инструкций. Дальше пошла беспросветная скука. Вокруг бродили стада животных и разыгрывались сцены нападения на них хищников, но окна для пассажиров в броневике не предусмотрены. Стоять же в прыгающем на ухабах БТР-е мог только человек с суицидальными наклонностями, а в то время, что Саша вёл машину, приходилось полностью сосредоточится на дороге. Так что зверушки отмечались только краем глаза. Получалось, что из развлечений доступен сон, пустая болтовня и игра в карты.

Вторую ночь провели на другой заправке, которая отличалась от первой только лицами хозяев, а на третьей, въехав за ворота, они увидели, что парковка почти полностью забита грузовиками и внедорожниками. Они догнали конвой. Он состоял в основном из грузовиков, сгрузивших в Порто-Франко, Европе или Китае товары, производимые в протекторате – такие, как горючее, патроны и капроновая нить, и загрузившихся пивом, китайским текстилем (новоземельным) и грузами, пришедшими из-за врат. Остальные машины были или с новыми переселенцами, или с людьми, путешествующими по делам, но таких было не много.

В столовой Михаил немного пошептался с командиром конвоя, и на этом процедурная часть присоединения закончилась. Спать и эту, и последующие три ночи пришлось в броневике, так как в столовых заправок было очень тесно и душно. Вели машину всё также по очереди, только смены сократили до двух часов, и вести стало легче. Скорость движения конвоя была 40-50 километров в час – вместо 60-70, когда ехали одни.

Последний дневной переход шёл по территории Московского протектората. С утра Саша заметно нервничал, так как боялся подляны со стороны москвичей, но Михаил заверил его, что в открытую с армейцами москвичи конфликтовать не станут. Действительно, при проверке документов на въезде и выезде из Московской территории всё прошло гладко.

На территории Русской Армии надобность в конвое отпала, и Михаил, сидевший за рулём, поддав газу, обошёл колонну. В два часа после полудня, то есть в 17:00, броневик въехал в Демидовск.

– Первым делом – в орденский банк, – объяснил направление движения Михаил.

– Вы что, уже сегодня дальше едете? – не понял причину спешки Саша

– Нет, с утра, но банк через два часа закроется. К тому же: «Сделай дело, гуляй смело». Закончим в банке, поедем в гостиницу, отмоемся, отдохнём, а вечером гульнём. Завтра можно выехать попозже, так что ограничения на алкоголь сегодня не будет. В разумных пределах, конечно. Ты, Саша, с нами дальше не едешь, можешь напиться хоть до поросячьего визга.

– Не могу. Я с утра пойду на работу устраиваться. Идти на такое дело с бодуна не очень хорошая идея.

В банке Михаил предъявил представителю Ордена фотографии трупов и оружия и рассказал о том что произошло. При этом он и словом не обмолвился ни о задержке на воротах, ни о БПЛА, ни о Сашиной фотографии. Получалось не очень складно: ехали, чудом заметили засаду, обошли, убили, сфотографировали, давайте награду. Как ни странно это показалось Саше, служащий Ордена эту историю скушал и выдал бумагу на получение двух тысяч в кассе. Кассир, респектабельная тётушка, приняла документ и спросила, как господа хотят распорядиться деньгами. Саша свою тысячу положил на счёт, благо от снятой на базе «Россия» сотни плюс трёхсот пятидесяти с братков оставалась ещё половина. Михаил же взял деньги наличкой, что бы сразу разделить с экипажем. Затем капитан перевёл Саше на счёт 400 экю за перевод техлитературы и дал расписаться на бланке, что он эти деньги получил. На всё про всё ушло полчаса, и теперь можно было ехать в гостиницу.

Михаил снял все пять номеров, объяснив, что как военнослужащий он заплатит всего по 5 экю за ночь, вместо 15, которые заплатил бы Саша. В номере Саша долго принимал душ, а потом завалился спать. Четыре часа спустя его разбудил стук в дверь, по которому он успел соскучиться, так как всю прошедшую неделю дверей, в которые можно было бы стучать, рядом не было. Отужинали весело, хотя Саша позволил себе только литр пива, которое без особого успеха пытался растянуть на весь вечер. В конце вечера попрощались, так как Саша собирался с утра пораньше штурмовать отдел кадров химзавода, а остальные планировали подольше поспать. На прощание капитан вручил Саше бумажку с номером телефона, по которому их можно найти в ППД, если они конечно не в разъездах. Придя к себе в номер, Саша чуть не расплакался. Люди, с которыми он провёл неделю в тесном БТР-е, стали почти родными, а теперь не понятно, когда он их снова увидит, и увидит ли вообще.

С утра Саша помылся, побрился и одел свою староземельную одежду, кроме пиджака, к которому местный климат совсем не располагал. Вооружился только пистолетом. Искать работу с винтовкой на плече показалось неприемлемым. В полдевятого Саша подошёл к проходной завода, заведомо узнав в гостинице – как к нему пройти. Он остановился перед воротами и замер в раздумье. Не очень понятно – кого искать, к кому обращаться.

– Вы кого-то ждёте? – поинтересовался у замершего Саши вахтёр с АК103 на плече.

– Я ищу работу. Не подскажете – к кому обратиться?

– Вам надо к Петру Михалычу Симонову. Он заведует кадрами и снабжением. Идите вдоль забора влево, метров 200, там будет небольшое двухэтажное здание, там он сидит. Только я не уверен, что он на месте. Может быть, где то на территории завода, но если надо – его секретарша по рации вызовет.

– Спасибо большое!

– Не за что. Удачи.

Саша легко нашёл нужное здание и вошёл внутрь.

– Здравствуйте, – сказал он пожилой, миловидной секретарше, – я хотел бы устроится на работу…

– Секундочку, – она подняла трубку телефона и через пару секунд спросила: – Пётр Михалыч, вы не заняты? Тут молодой человек работу ищет, – и ещё через пару секунд, положив трубку, кивнула Саше: – Проходите, пожалуйста.

Саша сказал «спасибо» и прошёл в кабинет. За большим заваленным бумагами и дисками столом сидел полноватый, явно очень энергичный мужчина лет пятидесяти. Он сразу взял быка за рога:

– Какое у вас образование? – спросил он, не поздоровавшись и не представившись.

Саша немного опешил от такого натиска.

– Доктор философии по химической физике, но бакалавра делал по химии.

– Какая специализация?

– Лазерная спектроскопия.

– С FTIR-спектрометром [note 3] сталкивались?

– Поверхностно, но принцип работы знаю.

– Это уже лучше, чем большинство наших органиков. Как вас зовут? Вы не представились.

– Доктор Гольдберг Александр.

– Очень приятно. Пётр Михалыч, начальник отдела кадров. Вам, Саша, повезло. Вы нужный человек в нужном месте. Лучше вы появились бы недельку назад, но и сейчас не плохо.

– У вас есть для меня работа? – Саша не ожидал, что всё так легко решится.

– Вроде, да. Понимаете, три месяца назад мы вместе с нефтеперегонным решили создать маленькую лабораторию сравнительного анализа, за качеством продукции следить. На данный момент конкурентов у нас нет, но если будем брак гнать, то появятся. Так вот, заказали мы из-за ленточки FTIR….

– Откуда, простите? – перебил Саша.

– Со Старой земли – из-за ленточки. Неделю назад привезли прибор, инструкции, базы данных, а устанавливать его и работать на нём – некому. Все, кто мог бы с ним работать, и так заняты выше крыши. Мы уже думали заявку подавать на поиск специалиста на Старой земле, и тут вы, легки на помине.

– Я рад, что пришёл так вовремя, но я не специалист.

– Станете. Когда сможете начать работать?

– Не знаю. Наверно, завтра. Надо жильё найти. Я пока в гостинице.

– Не надо жильё искать. Вы один или с семьёй?

– Один.

– Значит, завод предоставит вам комнату в общежитие, с душем и туалетом. Кухня общая. Всего 50 экю в месяц. Далее, вы получите ставку младшего научного сотрудника. Это 900 экю в месяц за десятичасовой рабочий день. Если больше – сверхурочные. Года через два сможете получить старшего. Это уже 1200 в месяц. С началом работы получите подъёмные в размере одной месячной зарплаты. Вас устраивает?

– Более чем, спасибо.

– Подданство вы уже получили?

– Какое подданство?

– Ясно. Чтобы работать на заводе, вы должны получить подданство протектората и стать на учёт в штабе ополчения. Значит так, сейчас я напишу вам рекомендательное письмо, мол, вы нужный заводу специалист и т.д., и т.п. С этим письмом вы бежите в горсовет, получаете паспорт, оттуда в штаб ополчения, это рядом, становитесь на учёт, получаете военный билет. Потом забираете из гостиницы вещи и сюда. Я пока с комендантом общежития переговорю. Ночевать будете уже в своей комнате.

Он быстро напечатал письмо, вытащил из принтера, поставил печать и подпись и вдруг сказал:

– Я тут подумал, а чего вам бегать. До горсовета пешком минут 40. Я сейчас узнаю, если курьер свободен, он вас везде отвезёт. Максимум, если его вызовут, так вернётесь пешком.

Курьер, который оказался тёзкой, был свободен и, подогнав к отделу кадров малюсенький, странный джипик, он повёз Сашу в горсовет.

– А что за машинка такая? – поинтересовался Саша по дороге.

– «Сузуки Самурай» знаешь? Так это его дедушка. Всего 25 лошадок, но для города самое то.

В горсовете, куда доехали за 5 минут, всё оказалось нереально просто и быстро. Саша передал женщине за конторкой рекомендательное письмо и заполнил бланк – прошение о подданстве. Потом его сфотографировали (Саша похвалил себя за то, что побрился с утра) и через пару минут он стал обладателем паспорта протектората Русской Армии. Карточка, которая, как оказалось, является ещё и военным билетом с момента регистрации в военкомате, была очень похожа на орденский Ай-Ди. Было всего два отличия: номер был восьмизначным, и голограмма была не пирамида, а буквы РА – RA.

Оттуда Саша пошёл в военкомат. В приёмной сидел пожилой майор.

– Здравствуйте, – Саша протянул ему свой новоприобретённый паспорт, – я только что получил подданство и хочу зарегистрироваться.

– В армии служили?

– Служил.

– Звание и ВУС.

– Простите, звание и что?

– Военно-учётная специальность – ВУС.

– Понятно. Сержант первого класса, техник электронных бортовых систем, ВВС армии обороны Израиля.

– Всё ясно. Стрелять умеете? С автоматом Калашникова знакомы?

– Стреляю посредственно. С АК не знаком.

Майор что-то отмечал на видимом только ему экране.

– Значит так. Пока будете младший сержант ополчения, заместитель командира отделения. Походите пару раз на учения, пооботрётесь, получите сержанта и своё отделение.

– Но я никогда никем не командовал.

– Вы хоть форму носили и знаете, с какой стороны автомат стреляет. Многие ополченцы вообще не служили. Справитесь. Я потому и ставлю вас замом, чтобы вы подучились. Учения у нас раз в два месяца – по 5 дней, и раз в год – две недели. Присылаем повестки домой за две недели до сбора. Постоянный адрес у вас уже есть?

– Вроде в общежитии химзавода, но точно не знаю.

– Будет, сразу сообщите. Теперь вас надо вооружить.

– У меня есть своё оружие.

– Какое?

– Карабин М1.

– А должно быть под 7,62х39, стандартный патрон Русской Армии. Не можем же мы поставлять каждому ополченцу другие боеприпасы. Вам полагается АКМ с штык-ножом, четырьмя магазинами и тысячей патронов. 500 неприкосновенный запас, вторые 500 для самостоятельных тренировок – выдаются раз в год. На учениях патроны выдаются отдельно. Автоматом можете пользоваться бесплатно, но тогда никаких наворотов. Можете выкупить, всего 250 экю, и тогда делайте с ним, что хотите, но что бы стрелял.

– А можно получить сто третий? – Саше хотелось автомат, как у Михаила.

– Нет. Они только для армии. Да и не нужен он вам. Выкупите АКМ, пойдите к хорошему оружейнику, он вам сделает, что угодно – планки, прицелы, приклад. Причём индивидуально подогнанное под вас.

– Ясно, а разгрузку или хотя бы подсумки вы выдаёте?

– Два подсумка по два магазина, дальше сам. Сейчас подойдёт прапорщик, спуститесь в оружейку, получите что положено. У него же сможете выкупить автомат.

Подошёл прапорщик, тоже в годах, и отвёл Сашу на склад, где выдал ему новенький, как будто вчера с завода, АКМ и всё к нему положенное.

– Два вопроса. Я бы хотел его выкупить, как это сделать? Второй вопрос, где я могу пострелять?

– Я вам дам платёжку, оплатите в банке, а корешок занесёте сюда. Я сниму автомат с учёта. Насчёт пострелять, есть двухсотметровое стрельбище, наше, ополчения. Там сможете стрелять бесплатно, я дам вам адрес. Если захотите на большие дистанции, то есть несколько частных клубов. Там до тысячи метров, но за деньги.

– Спасибо. Понял.

Саша взял платёжку и бумажку с адресом стрельбища, загрузившись добром, поплёлся к выходу. Ситуация очень напоминала его первый день в Новой земле, только сейчас он чувствовал себя куда более уверенным в завтрашнем дне.

Курьер, всё это время дремавший в машине, помог Саше загрузиться, и они поехали в гостиницу забирать остальные Сашины пожитки.

Вернувшись к отделу кадров около одиннадцати, Саша попросил водителя подождать.

– Спрошу у Петра Михалыча – куда девать вещи и оружие.

Петр Михалыч не задержался с ответом.

– Кидайте пока ко мне в кабинет. Я вас сейчас оформлю, и пойдём смотреть ваше новое рабочее место. Насчёт жилья я уже всё уладил. Комендант вас ждёт, и комната тоже.

Саша отдал Петру Михалычу свой паспорт и вышел за вещами. Пока он в две ходки занёс все вещи, оформление было закончено, и Саша стал обладателем ещё одной карточки. Она являлась пропуском на территорию завода и давала право на бесплатные обеды в заводской столовой. В добавок он получил чек на 900 экю на своё имя – подъёмное пособие.

– Ну что, пойдём, посмотрим, где ты будишь трудиться?

– С удовольствием.

Здание, где размещалась Сашина лаборатория, было длинным одноэтажным строением, с четырьмя дверями, выходящими на общую веранду, сразу за главной проходной.

– Мы решили разместить лабораторию поближе к входу, так смежникам не надо будет далеко идти, а каких-либо инфраструктур она не требует. Твои соседи: начальник службы безопасности завода, комната отдыха караула и их оружейка. Будут тебя охранять.

В самой комнате размером три на четыре метра под большим окном стоял на своём ящике спектрограф. Рядом был ноутбук на хлипком столике и офисный стул на колёсиках.

– Ну как тебе? – спросил Пётр Михалыч, когда они зашли в комнату.

– Нормально вроде, но надо внести несколько изменений.

– Диктуй, – Пётр Михалыч достал из кармана блокнотик и ручку.

– Спектрограф должен стоять на массивном столе, килограмм сто минимум, чтобы не трясся, когда хлопают дверями. Ещё нужен запирающийся шкаф для проб.

– Сделаем. Дальше.

– Плотно завесить окно и поставить кондиционер с хорошим термостатом, чтобы поддерживал постоянную температуру круглые сутки. FTIR сильно врёт при перепадах температуры.

– За пару дней установим. Что-то ещё?

– Да. Ещё один компьютер. Один для управления прибором, можно слабенький, второй – помощнее, для обработки результатов, и сеть между ними.

– Нельзя один мощный?

– Не желательно. Мне тогда придётся ждать окончания сканирования, чтобы обработать данные, потому что если он зависнет на обработке во время скана, то загубит прибор. Получится очень медленно.

– Всё?

– На данный момент – да. Начну работать – увидим чего ещё надо.

– Отлично! – Пётр Михалыч убрал блокнот. – Сразу видно специалиста. Эта бандура тут уже неделю стоит, и никто ничего не сказал. Сделаем так: завтра с утра приходите в отдел кадров, найдём вам стол, начнёте разбираться с инструкциями и базами данных. Дня за два-три тут всё сделают, сможете начать работать по-настоящему.

– Простите, Пётр Михалыч, а кто мой прямой начальник? Хотелось бы познакомиться.

– Вопрос сложный. Так как ваша лаборатория межведомственная, то начальства как такового у вас нет. Зато у вас есть аж два работодателя: начальник ОТК нашего завода, но он сегодня в отъезде, и начальник ОТК нефтеперегонного, но это – в Береговом. Поверьте, как только смогут, они придут знакомиться.

– Буду ждать. Что сейчас по плану?

– Сейчас я иду работать, а вы в общежитие обживаться. Это метрах в 50 от проходной, единственное четырёхэтажное здание, ошибиться не получится. Вас там уже ждут.

Саша нагрузил на себя все пожитки, взял в каждую руку по цинку и поплёлся. Иногда и 250 метров могут показаться очень большим расстоянием, но и оно кончается.

Войдя в здание, Саша опустил цинки на пол и постучал в дверь с большой надписью: «Комендант». Дверь открыл приветливый старичок, а посмотрев на Сашин паспорт, он стал ещё приветливей.

– Доктор Гольдберг, Пётр Михалыч звонил, мы вас уже давно ждём. Пойдёмте, осмотрим вашу квартиру. Она на втором этаже в правом крыле.

Он взял из кабинета ключи и, подхватив один из цинков, начал подниматься по лестнице. Саша поспешил за ним.

– Меня зовут Степан Васильевич, можно дядя Стёпа, только я нормального роста. Я тут и жрец, и жнец, и на дуде дудец. То есть по любым вопросам – ко мне. Что не смогу сделать сам, вызову мастеров. – Они подошли к нужной двери, и старичок, открыв её ключом, распахнул перед Сашей. – Добро пожаловать в вашу новую квартиру.

Саша зашёл и, положив вещи на пол, осмотрелся. Квартирка была очень симпатичной. Коридорчик с дверью в совмещённый душ с туалетом и большая комната, где-то шесть на четыре метра, с маленьким балкончиком-курилкой. Под большим окном у двери балкончика стоял простой, но при этом красивый деревянный стол – видимо, претендующий на звание письменного. У одной стены – полуторная кровать. У противоположной – неширокий, но трёхдверный шкаф. Саша подумал, что для такой большой комнаты мебели маловато, но это дело наживное.

– Ну как квартирка, нравится? – прервал мыслительный процесс дядя Стёпа.

– Да. Хорошая квартира.

– Тогда распишитесь вот здесь, принимайте ключ и живите на здоровье.

– Пара вопросов, – сказал Саша, расписываясь, – где ближайшая прачечная, и как происходит оплата за квартиру, свет, воду?

– Прачечная у нас своя, в подвале, можете пользоваться. Свет, вода и прачечная – включены в квартплату, 50 экю в месяц, а она снимается автоматически с вашей зарплаты.

– Скажите, пожалуйста, – спросил Саша, когда дядя Стёпа уже выходил, – здесь что – все работники получают какие квартиры?

– Что вы! Эти квартиры только для научных сотрудников и младшего руководящего состава. Рабочие, бессемейные, живут в таких же комнатах, но по двое. Здесь, в левом крыле. Большие начальники и семьи живут в коттеджах. Это с другой стороны завода.

Когда комендант ушёл, Саша решил разложить вещи в шкафу, а потом пойти в город. Зайти в банк – вложить чек и заплатить за АКМ, подкупить домашней утвари, да и просто прошвырнуться по магазинам. Шкаф оказался с сюрпризом. За одной из дверей оказался сейф из трехмиллиметрового листового железа, с торчащим из замка ключом. Внутри была полка для боеприпасов и стойки для четырёх автоматов или винтовок.

Разложив вещи и оружие по своим местам, Саша вышел на балкон покурить и, смотря вниз на маленький ухоженный парк внизу, подумал:

– Похоже, я нашёл своё место в этом мире.


Эпилог

Через три дня Сашину лабораторию привели в надлежащий вид, и он смог начать работать с прибором. Заказов на анализ навалилось вагон и маленькая тележка. Саша проводил на рабочем месте по 15-16 часов в день. Пётр Михалыч даже распорядился, чтобы Саше приносили ужин из ближайшего кафе, так как столовая по вечерам не работала. Единственный человек, с которым Саша общался, не считая курьеров, которые приносили пробы и убегали, был сосед, начальник службы безопасности завода – просто Сергей. Он по два-три раза в день вытаскивал Сашу на общую веранду покурить, попить кофе и поболтать «за жизнь».

Через четыре дня после начала работы к Саше в лабораторию постучался молодой человек в повседневной форме Русской Армии, с погонами старлея и нашивками контрразведки. Он предъявил удостоверение, включил диктофон и попросил подробно рассказать о том, как Саша попал в новый мир, и об истории с «Московским серебром», включая все продолжения. Потом на экране нетбука показал серию фотографий, попросив Сашу указать на вербовщика. А под конец достал визитку и попросил сообщить ему, если Саша вспомнит что-то ещё или произойдёт что-то новое.

После этого визита Саша решил обязательно ходить в тир и тренироваться в стрельбе из всего своего оружия. Так как, похоже, вендетта с «Московским серебром» ещё далека от окончания.


Конец

Апрель – Май 2012

Карлсруэ


[note 4] – аналогично Российской степени кандидата в доктора наук

[note 5] – см. рассказы paly4

[note 6] – fourier transform infrared spectroscopy – инфракрасный спектрометр с преобразованием Фурье (анг.)

Note1

1

Note2

2

Note3

3

Note4

1

Note5

2

Note6

3