Всего страниц: 9
Алесь (corud): Мир Безлюдный
Размещено: 28.01.2020, 20:36
  
День четвёртый





        Михаил стоял у костра и помешивал густое варево длинной деревянной ложкой. На небе снова светило скромное северное солнце, и хотя было только начало девятого, становилось жарковато. Изменчивая погода Поморья провернула очередной климатический сюрприз. Из-за старой избы просматривались заросшие высокой травой луга, а вид на Двину заслоняли деревенские дома. На улице же было непривычно тихо. Не жужжали надоедливые комары, не летали досаждающие овода, не пели птицы. Только ласковый ветерок слегка шевелил траву, да потрескивал костёр. Народ уже потихоньку просыпался. Вчера вечером они решили сегодня рано не вставать, надо бы людям отдохнуть и хорошенько выспаться. События последних дней тяжело дались выжившим в катастрофе. То, что это была именно Катастрофа никто уже не сомневался. Радиоэфир молчал на всех частотах, на небе не пролетали самолеты местных и межконтинентальных рейсов. Федеральная трасса также пугала отсутствием всякого движения, а ведь за эти дни кто-нибудь мог доехать и до самого города. Понятное дело, что подобные новости никак не прибавляли людям оптимизма. Хорошо хоть в целом обошлось без истерик.
    Вчера же выдался особенно непростой, можно даже сказать действительно тяжёлый день — поиск выживших, потом самый настоящий бой с неизвестной бандой отморозков на развилке. После него пришлось срочно искать замену повреждённым автомобилям. Михайловы благодаря врождённому нюху быстренько отыскали новенький «Субару-Форестер» с массой полезных инструментов, оказавшихся в багажнике. Рану Маши Шаповаловой осмотрела Нина Бойкич. Она была признана неопасной, грамотно обработана и забинтована. Остальные участники перестрелки отделались лёгким испугом и проработкой от женщин. Михаил и сам вечером попал под раздачу «даров». Жена его встретила с криком и истеричным плачем.
    Обнимая Нину и успокаивая, мужчина совершенно другими глазами взглянул на свою семью. Петька еще как-то пытался держаться, изображая крепкого пацана, а вот Огнейка сначала к странно посматривала на Михаила, потом неожиданно подбежала к нему, уткнулась носом в бок и зарыдала в три ручья. Мужчина в этот момент с ужасом осознал, что случилось бы с семьёй, если    его убили на перекрестке. Он очень явственно увидел рыдания родных, плач остальных женщин, суровые лица друзей, бросающих последние комки земли на его могилу. Ему вдруг по-настоящему поплохело. Нина, видимо, заметила это состояние и провела к машине, сунув в рот мужа какие-то таблетки. Потом она ещё долго тревожно всматривалась в родное до боли лицо, щупала пульс и даже замерила давление. Видимо, в его возрасте такие жёсткие встряски организма уже не проходят бесследно.

        Перестрелка с бандой отморозков на всех людей произвела неимоверно мрачное впечатление. Оказалось, что в новом мире опасными могут быть и некоторые из людей, даже родных земляков, несмотря на то, что может быть и осталось-то человечков на планете немного! Выжившие стали ещё чётче понимать, что их существование и безопасность отныне находится только в их же собственных руках. Михаил решил немного перестроить колонну. Головным автомобилем пустили «Лендровер» джиперов. Он был повыше и проходимее, более приспособлен объезжать по пересечённой местности завалы и заторы. При необходимости «Лендровер» мог уйти на разведку далеко вперёд. Водителем в нем остался Матвей Широносов. Вторым там находился его кореш Андрей Великанов, а третьим сел Виталий Хазов, из команды велосипедистов. Он был назначен главным стрелком машины. Ему к штатному АК-74 добавили две "Мухи", все-таки парень имел хоть какой-то армейский опыт. Командовал же в головной машине основательный Анатолий Рыбаков.
    Вторым в колонне двигалась новая «Субару». В ней сидел Николай Ипатьев, сам Михаил и Ольга Шестакова. Они должны были, случись чего, прикрыть головную машину огнём. Бойкич не двинулся дальше, пока не зарядил все три запасных ленты к пулемёту. Одна уже была вставлена в ПК, остальные лежали в сумке, всего 600 снаряженных патронов. Вполне достаточно, чтобы прикрыть дозор. Ольге он передал один из СВД, но та от армейской винтовки отказалась, сказав, что пока будет работать с же привычным для неё «Тигром, с СВД же попрактикуется позже. Для девушки, только что убившей двух человек, Ольга держалась весьма неплохо, хотя глаза у неё стали чуть шальными. Поэтому Михаил посоветовал Сергею Носику, также ехавшему в их машине, приглядывать за девушкой, на что улыбчивый паренёк с удовольствием согласился.
     Остальные автомобили двигались в обозначенном ранее порядке. Пикап, Вахтовка, микроавтобус, грузовик и Ниссан Аресьева замыкающим. Максим Каменев преподнёс всем приятный сюрприз. Он раздал гарнитуры с рациями всем старшим в машинах, теперь связь стала более удобной и быстрой. Михаил попросил дополнительную гарнитуру для Ольги Шестаковой. Им было комфортно работать в паре, он даже канал ей отдельный выделил. Люди попрактиковались с непривычным для них видом связи, в отсутствии мобильников рации зачастую становились единственным, что их связывало на расстоянии. Товарищи придумывали друг для друга позывные, в этом также активно участвовали дети. Только женщины как-то стали менее разговорчивыми, видимо, все-таки на них «накатило».


     Выехать в путь удалось в итоге только после восемнадцати часов. Автомобили двигались по трассе М8 относительно быстро, сильных заторов на проезжей части не оказалось, только временами приходилось объезжать вставшие поперёк дороги фуры. За полтора часа они доскочили до Холмогорской развилки, там вышли немного размять ноги. Кто-то сразу пошёл в стоявшие на небольшой площадке магазинчик и кафе. Присутствие живых там также не обнаружилось. Из магазина люди выгребли запасы воды и соков, ну и всякую мелочь, типа печенья и крекеров. Ольга Туполева с помощью подруг начала составлять список необходимого людям. Они, оказывается, собираясь в городе, о многом всё-таки забыли. Николай, было забежавший в кафешку, сразу же с руганью оттуда выскочил. Запашок там стоял ещё тот! Холодильники не работали который день, и вся приготовленная еда совершенно скисла. Долго люди решили здесь не задерживаться и после небольшого перекура двинулись дальше. Благо сумерки в это время года на севере наступали только часов в одиннадцать вечера.
    Остановившихся во время катастрофы автомобилей на дороге стало попадаться ещё меньше, и скорость эвакуационному каравану можно было прибавить. С передней машины заблаговременно сообщали об обстановке на дороге, поэтому тормозить резко никому не приходилось. Через полчаса такой быстрой езды они решили всё-таки вставать на ночлег, люди устали. Разведчики выбрали для этой цели небольшую деревню Копачево. Она находилась чуть в стороне от основной магистрали, на берегу Северной Двины. Люди не стали углубляться далеко в деревню и заняли несколько домов сразу за фермой. С крайнего открывался отличный вид в сторону трассы, и незамеченным к деревне было не подобраться. Водители тут же загнали все автомобили за дома или во дворы. Все быстренько поужинали сделанными заранее заготовками, и стали расходиться по избам ложиться спать. Усталость и нервное напряжение уже остро давало о себе знать, и в скором времени все люди угомонились. Дежурные утром доложили, что ночь прошла совершенно спокойно.

    Михаилу досталась последняя смена. Вечером в погребе одного из домов нашли картошку, и он предложил на завтрак сделать гуляш по-венгерски. Благо с города запасливый Сергей Туполев прихватил два пятидесятилитровых казана. Ночные смены начистили картошку, и пока Юра вместе с женой Натальей дежурил на чердаке соседнего дома, Михаил колдовал у костра. Для начала он дочистил овощи: порезал лук, морковь, сладкий перец и помидоры. Несколько сеток с овощами они прихватили с палатки в Исакогорке. Потом Михаил долго искал в коробках все необходимые приправы. И вот, наконец, можно было спокойно приступать к священнодействию готовки.
    Сначала в хорошо разогретые казаны ушло мелко нарезанное сало, в растопившийся жир опущен лук, когда лук дошёл до золотистого оттенка в ход пошло мясо. Женщины ещё в городе нарезали и замариновали двадцатилитровый бидон говядины и такой же бидон свинины. Тушки птиц были просто целиком опущены прямо в маринад и запакованы в пластиковые поддоны. Мясо в казанах сразу зашипело и стало подрумяниваться. Михаил его долго не томил, всё-таки оно хорошо замариновалось.
    Через пять минут пришёл черед сладкого перца, моркови и помидоров. Затем мужчина начал добавлять в готовящееся кушанье растёртую в порошок сладкую паприку, много паприки, потом закрыл казаны крышками. Нежнейший аромат стал понемногу распространяться по округе. Первым к нему подошла Полина Марцевская из команды джиперов. Она уже помылась, привела себя в порядок и выглядела вполне бодрой и весёлой. Михаил с интересом взглянул в её сторону, в кутерьме последних дней они так толком и не познакомились.

     - Ой, как вкусно пахнет! Я люблю, когда мужчины готовят, у них всегда так аппетитно получается! Жаль Матвей постоянно занят, и нам часто приходилось ужинать по ресторанам.
     - Ты что, не умеешь?
     - Умею, конечно, я же в небольшом посёлке выросла. Старшей сестрой в семье была, поэтому на младших всегда готовила, супы, второе, и пироги умею печь. Просто Матвей не хочет, чтобы я у плиты стояла.
     - Может, тогда мне подмогнешь? Надо бы картошку порезать.
     - Давайте.
    Михаил искоса посматривал на молодую блондинку, правильные черты лица, очень светлые волосы, под плотно сидящей одеждой просматривалась неплохая на вид фигура. Нельзя назвать такой уж модельной красавицей, но вполне симпатичная. Лицом же она очень кого-то напоминала.
    - Что вы на меня так поглядываете? – наконец, не выдержала Полина. Откровенные мужские взгляды, похоже, её не смущали, но гложило чисто женское любопытство.
    - Вспомнил на кого ты похожа, на Анну Веске!
    - А это кто еще такая? – вытаращилась от неожиданности девушка.
    - Эстонская певица такая была, в моем детстве очень популярна, по телику её часто показывали.
     Полина заливисто захохотала:
    - О боже! Я родилась в глухом Лешуконье, всю жизнь прожила в России и похожа на эстонку!
    - Фамилия у тебя что-то не очень русская. И давай на ты, а то я себя стариком ощущаю.
    - Ладно, договорились на ты, - Полина игриво улыбнулась, – а на старичка ты пока никак не тянешь. Фамилия же, фамилия эта по бабушке, она из высланных с Западной Белоруссии была, так на севере и осталась. Дедушку сильно любила, а дед тогда был в силе, в райисполкоме всем вертел и огромной территорией командовал, да рано вот умер.
    - Ага, вот как в жизни и бывает. У нас на Северах судьбы людские, вообще, знатно перемешаны. Весь Союз здесь представлен был, да вот только теперь уезжать приходится в спешке.

    Они оба замолчали, и так все было понятно. Михаил продолжал возиться с огнём, сбоку на держателе он подвесил небольшой кофейник, закинул туда пару ложек кофе и подлил воды. Внезапно в наушнике зашуршало:
    - Миха, какой запах! У нас с Наташкой слюни аж до подполья протекли.
    - Ещё полчаса и будет готово. Как там вокруг?
    - Да тихо, как в могиле, даже комаров нет. Приём.
    - Ну и отлично, отбой связи.    
    Михаил снял крышку, кинул в казан остатки помидоров и начал ссыпать картошку, долив чуть горячей воды. Все, теперь можно убавить огонь. К костру стали понемногу подтягиваться проснувшиеся люди. Вдыхая аромат кушанья, они уже подпрыгивали в нетерпении. Пришлось всех разогнать по делам, неплохо иногда быть начальником! Михаил же вместе с Полиной пил крепкий кофе и болтал о всякой ерунде. Он знал, что после этих страшных дней им надо немного расслабиться. Алкоголь на сей момент не подходил, им ещё предстояло далеко ехать. Но вот вкусная еда, да в хорошей компании, завсегда поднимает настроение.
    На этот раз новоявленные беженцы не стали составлять столы, а усаживались прямо на траву. Женщины быстро нарезали начавший черстветь хлеб, подавали зелень. Питались пока с одноразовых мисок, так как мыть посуду было банально некогда. Николай тут же предложил остограмиться беленькой, но Михаил уже держал в руках кружку с красным австралийским вином. Это Нина припасла пару бутылок их любимого напитка. Рядом с родителями присели Петька и Огнейка. Они дружно наяривали свежий гуляш, только хруст за ушами стоял. Градус настроения в компании понемногу поднимался. Ласково, по-летнему, светило солнце, согревая мягким теплом тела северян. С окружающих деревню лугов ветерок принёс запах свежескошенного сена и вошедших в силу медовых трав. Они были живы и в кругу своих друзей, казалось, чего ещё желать от жестокой судьбы?

    Караван выехал на трассу через пару часов, в такой большой компании сложно делать все правильно, по графику, все время что-то вылезает или кого-то приходится ждать. Он двигался в таком же проверенном еще вчера порядке. Через полчаса им пришлось сделать остановку в Брин-Наволоке, у бензозаправки. Там водители долили бензина в баки и двинулись дальше. Люди уже поняли, что надо использовать каждый «халявный» литр. Что там будет потом, за поворотом никому не известно.
    Колонна ехала, не останавливаясь, до Емецка, поселка на Двине, основанного аж в 1137 году. Былое величие уездного городка также осталось далеко в прошлом. Здесь их караван остановился на площади у автовокзала, называемой в народе Пятак. Никого из живых не наблюдалось и здесь. Люди достали из загашников лёгкий перекус, потом прошлись по близлежащим магазинчикам и кафе. Улов получился весьма скромным. Глубинка жила просто и небогато. Николай с Юрой успели прошерстить в ближайшей автомастерской и нашли там несколько необходимых им инструментов. Никому не хотелось дольше задерживаться в этом безлюдном месте, поэтому малость передохнув, они двинулись дальше. Караван двигался по трассе "Холмогоры" со средней скоростью пятьдесят — шестьдесят километров в час. Время от времени на дороге попадались остановившиеся навечно автомобили. Часть из них уткнулась мирно на обочине, некоторые валялись в кюветах или стояли посередине дорожного полотна. Самые большие неудобства доставляли грузовые фуры и лесовозы. Пару раз им пришлось оттаскивать такие машины с помощью буксирных тросов.
В Березнике путешественники поневоле рассчитывали быть часам к пятнадцати. Там планировалась "большая мародёрка", так обозвал подкованный подобными знаниями Михаил своеобразный шопинг по магазинам. Ёмкое название быстро прижилось в народе, здесь не оказалось записных интеллигентов и сторонников правопорядка, народ своей шкурой испытал все прелести девяностых и более позднего государственно-олигархического капитализма, поэтому к собственности в целом относились безо всякого пиетета. Спросите любого из мужиков про «честно заработанный миллион», и он будет долго смеяться. «Нельзя просто так подойти к коровнику и не вляпаться в навоз» - как-то высказался по этому поводу Николай. Так что никого особо не гложила совесть и прочие полузабытые в стране чувства. Хотелось просто выжить в новом и, возможно, очень страшном мире.


    Погода стояла на редкость чудесная, по-настоящему летняя. Все так же ярко светило солнце, к обеду стало жарко, поэтому окна в автомобиле были приоткрытыми. За небольшим поворотом уже показались купола церкви, стоявшей рядом с мостом через речку Пянда. Неожиданно сидевшая позади Ольга Шестакова возбуждённо закричала:
     - Стой! Стой! - Михаил оглянулся на неё, девушка смотрела в окно, и показывала в сторону деревни. - Смотрите! Там дым!
Михаил резво выскочил из машины и схватил бинокль. Чуть в стороне, за небольшим густым перелеском виднелись дома. Деревушка эта стояла у устья речки Пянды, там и в самом деле были видны дымы над трубами домов! Значит, там живые люди!
    Бойкич немедленно связался по рации с остальными старшими машин. Немного посовещавшись, они решили выдвигаться в деревню сразу на двух машинах: дозорной и командирской. С собой в усиление взяли Андрея Аресьева. Все еще раз проверили оружие, устроили его себе на коленях, поудобнее расположили разгрузки. Почти все из людей заметно волновались, хотя все-таки хотелось верить в лучшее.

Автомобили потихоньку свернули налево и поехали по грунтовой дорожке, проходившей сквозь заросли березняка. Затем дорога сделала поворот и вырулила к самой деревне. Перед выездом Михаил проинструктировал Ольгу и отправил её вместе с Ярославом в рощицу, находящуюся чуть дальше от дороги. В этих зарослях они могли незаметно занять удобное для стрельбы место. Подъехав к крайнему дому деревни, разведчики просигналили клаксоном. Михаил с Андреем Аресьевым встали у «Лендровера». ПК был поставлен на переднее сиденье, дверца приоткрыта. В руках у обоих Калаши, патроны в патроннике.    
Остальные товарищи остались у второй машины, в двадцати метрах от передней. Виталий Хазов лежал чуть в стороне, под кустом, с автоматом на изготовку.
Ждать хозяев пришлось недолго, вскоре из-за ближайшего дома показались два человека. Высокий крепкий дедок с бородой-лопатой, и молодой белобрысый крепыш лет двадцати пяти, одетый в зелёную штормовку, из-под которой выглядывала тельняшка. В руках молодого был охотничий нарезной карабин, походка была лёгкая, пружинистая. Выглядел тот спокойным, но глаза внимательные и острые как бритва. Он сразу просек удачное расположение приезжих и немного напрягся.
     "Хм, похоже, парень-то военный" - подумал про себя Михаил. Жаль отсюда не видно татуировки на плече, обычно десантура или спецназ отмечались там. Такой человек на деле может оказаться опасным противником. Бойкич отлично понимал, что их команда в военном плане просто сборище «партизан", супротив серьезного врага никто. Оставив АК-74 висеть на удобном трехточечном ремне, он поднял приветливо руки и отошёл от машины вперёд. Андрею было приказано держать молодого постоянно в поле зрения и быть на стрёме, то же самое было указано по рации Ольге. Дедок также что-то сказал молодому и размашистым шагом выступил навстречу.

    - Доброго здоровья, гости нежданные. Меня зовут Потапов Иван Николаевич, я житель этой деревни. С чем пожаловали в наши края? - голос у деда неожиданно оказался вполне бодрым и громким.
    - И вам не хворать. Я Михаил Бойкич, командую караваном людей, оставшихся в живых после катастрофы. Мы едем из Архангельска дальше на юг. Вот случайно увидели дымы в деревне и решили заглянуть на огонёк. Вы ведь первые живые, встреченные нами по пути из города за все время.
    - Вот как? - Иван Николаевич задумался. - Давай-ка присядем, Михаил, в ногах правды нет. Да ты ружжо спрячь, тут народ мирный живет. Значится, Михайло, и у вас эта лихоимка с концом света приключилась?
     Михаил убрал автомат за спину и также присел на заросшее мхом старое бревно.
    - Да, Иван Николаевич, у нас тоже Это произошло. Мы тогда всей компанией гуляли на даче, потом сразу рванули в город, а там пустота и безлюдье. В последующие дни нашли в разных местах несколько маленьких компаний, спасшихся дачников и туристов. В самом же городе нет вообще никого! Не знаю, что такое там произошло, мало пока у нас информации. Связи ни с кем из властей или военных нет, спасателей мы также не наблюдали, поэтому просто пытаемся выжить. Решили вот всем табором ехать на юг области, всё-таки там и климат получше, да и дороги ведут в разные места. Ну а уж там видно будет, может, еще кого найдем или ситуацию разъясним. У нас ведь, понимаете, семьи и дети, надо думать об их будущем.
     Почему-то рядом с этим стариком Михаила тянуло на откровенность. Внимательные выцветшие от времени голубые глаза смотрели доброжелательно из-под кустистых бровей. Глубокие морщины на лбу указывали на прожившего долгую и непростую жизнь человека. Крепкие мозолистые руки трудяги лежали покойно на коленях, этот пожилой мужчина сразу располагал к себе.

    - Что семьи остались, это хорошо. Не всем так свезло... Ну а что стокма оружия на вас понавешано? Мы уж часом подумали, не лихие ли люди к нам пожаловали.
    - С лихими вчера нам сподобилось столкнуться, отморозки пальбу по нам без причины начали. Не было бы хорошего оружия, могли и живыми не выбраться. Да и с собачками-монстрами нам уже пришлось разок пересечься. Неладно в мире творится.
    - Вот даже как? - протянул дед, проводя руками по густой с проседью бороде. Он повернулся к крепкому молодцу, стоявшему в десятке шагов позади. - Женька, подь сюды! Беженцы это с Архангельска. Там все так же обстоит, везде плохо дело.
    - Евгений, - протянул крепкую ладонь парень, - значит, вы с города? Но как погляжу, оружие у вас армейское, да и амуниция по полной форме. Я уж подумал, не спасатели ли часом к нам прибыли, но вот ведёте себя немного странно, как гражданские. Вот и вышли посмотреть кто такие, что за дела.
     - Да, мы, в общем-то, и есть гражданские. Что до оружия, так защищаться нынче приходится самим, - Михаил повернулся ко второй машине и проговорил в микрофон. - Отбой тревоги. Это местные жители, пошли на контакт.
     - Пусть и боец ваш из-за кустиков вылезет, - ехидно добавил Евгений, поигрывая соломинкой в зубах.
     В этот момент в ухе у Михаила прошуршала гарнитура:
    - Сарай за серым домом, под крышей стрелок, - это дала знать о себе Ольга Шестакова, их штатный снайпер.
    - У тебя, паря, тоже воин в том сарайчике загорает, - подначил в свою очередь Бойкич молодого парня. – Ты, часом, сам не десант?
    - Уел, командир, - рассмеялся тот, бросил взгляд на гарнитуру, и обернувшись, крикнул. - Сенька выходи! Но я не десант, а морская пехота, с Печенги, восемьсот восемьдесят шестой отдельный разведывательно-десантный батальон.
    - Ну, тогда понятно. Тельник и квадратная морда, туда только с такими и берут.

     Евгений не выдержал и рассмеялся. Улыбка и смех были у него добродушными, это сразу расположило к нему Михаила. Не могут люди с такой улыбкой камня за пазухой держать.
     - Что же про Сеню... Ольга покажись, - он посмотрел в сторону перелеска. Там тут же мелькнул солнечный зайчик.
     - Маладца. Снайпер у тебя там? Значит, таки не полные вы лохи и это радует, - он обошёл машину и заглянул в открытую дверь. - Ого! Целый ПК? Откуда такая техника?
     - Из леса, вестимо, - соперничал ехидный Аресьев.
     - Хорошие у вас там леса в Архаре, - снова рассмеялся парень, похоже, первый контакт у них сложился.
     - Ладно, внучек, зови-ка лучше гостей до дому. Разговор разговаривать будем, - дед повернулся и легкой походкой двинулся по дороге.
     - Подождите, - остановил его Михаил, - у нас на трассе целый караван машин и ещё человек пятьдесят народу.
     - Ну и что, - обернулся дед, - на всех места хватит! У нас и так народу в деревне жило мало, так ещё лихоимка энта слизнула стокма, как корова языком. Созывай своих сюда, здесь спокойно и безопасно, сынки за вами присмотрят.
        Михаил тут же стал вызывать караван по рации и через пять минут первые машины уже сворачивали на грунтовку.

     - Жень, много у вас народу выжило?
     - Ну у нас в Пянде дюжина и с заречной деревеньки двое переправились. Девушка-студентка и пацан, её родственник. Загорали на песочке, после всего пошли в деревню, а там и нет никого. На следующее утро увидели у нас дым и сами приплыли. Мы с Семёном объездили ближние деревни – тоже никого. В Березник думали двинуть, ну и дальше там, посмотреть, чего и как, тут вы, такие красивые нарисовались.
     - Евгений, я вот не пойму ты профессиональный военный или поздний дембель?
     - Ох, извини, я же не представился толком - Евгений Потапов, лейтенант, командир взвода, шестьдесят первая бригада морской пехоты.    Приехал вот к деду в законный отпуск, а тут такая ситуёвина приключилась. Связи с частью нет, да и существует она еще пока непонятно.
     - Отлично! То есть хорошо, что ты настоящий военный, а то у нас тут столько народу и ни одного профи. Мужики постарше служили ещё при Союзе, двое из молодых недавно оттарабанили , но не в самых боевитых войсках, а вчера мы и вовсе чуть не обделались в перестрелке с наркоманами.
     - Вот как! Вы пострелять уже успели?
     - Точка у нас была назначена для встречи с выжившими у моста железнодорожного через Двину. Вот тут банда какая-то со стороны Северодвинска и подскочила, сразу без предупреждения стрелять начала в нас на поражение. Мы и посыпались кто куда, а я и высунуться с пулемётом не могу. Ещё немного и обошли бы нас с фланга и покрошили к чертям собачьим. Только снайпер мой, Ольга, выручила, ну а дальше уже я покрошил супостатов.
     - Девушка? - удивлённо протянул Евгений.
     - Девушка семнадцать лет. Папа был офицером, погиб с матерью в автокатастрофе, но по ходу многому её успел научить. Я ей СВД после этого отдал, пускай приноравливается. Сейчас она с гражданским «Тигром» ходит.

     - Ну тогда понятно. Батя у меня тоже был военным, по его стопам иду.
     - Ну так, давай с нами двигать на юг. Надо нынче вместе людям держаться. На Севере же выжить сложно будет, климат суровый, в стороне от основных дорог и городов находимся. Опять же, тут под боком космодром, да химические комбинаты, заражение от них все равно рано или поздно пойдёт. Северодвинск с ядерными подлодками и могильником. Хотя мне лично кажется, что и дальше по пути мы на каких-нибудь выживших наткнёмся. Тогда местных, кто пожелает, заберём с собой. Я представляю, что сейчас в головах народа делается, поэтому и предложил сразу ехать. Если есть какая-то цель, то думать о постороннем некогда.
     - Хм, интересное предложение, надо будет с дедом обсудить. Ты в армии, часом, не сержантом был, больно размышляешь толково?
     - Я – нет, с начальством не ладил. Дед главный тут?
     - Главный, не главный, но как говорят у нас, в авторитете. Он всю жизнь в этих местах в лесничестве проработал. Ох, как гонял всяких бестолковых! Никому спуску не давал, ни перед кем не кланялся, поэтому и уважают. Потом стар стал по лесам бегать, сельсоветом рулил. Жизнь-то он хорошо знает и людей отлично чует, поэтому, как сказал, что с вами можно дело иметь, так тому и быть. Мне вот тоже как-то не по душе от этого всего безлюдства. Еще ведь понимаешь я человек военный, обязан по приказу действовать, только вот, где они те, кто должен их отдать?

     Они уже подходили к широкому пятачку между трёх домов, где остановились машины архангельского каравана. Из них уже вылезли люди и радостно оглядываясь, знакомились с местными жителями. Они снова нашли живых и, значит, можно было надеяться на лучшее. Деревенские также были очень рады новым лицам. Три прошедших в тревоге дня и мрачные мысли оставили свой след в их глазах. Тут же такое неожиданное нашествие! Сразу столько незнакомых людей, радостно приветствующих тебя.
    В толпе царило оживление, женщины тут же засуетились насчёт обеда, мужчины, не сговариваясь, начали помогать обустраиваться на новом месте. Михаил предложил товарищам по несчастью устроить в Пянде днёвку, передохнуть и оглядеться. Ведь их никто никуда не гнал, а от города они отъехали уже достаточно далеко. Дед тут же послал деревенских топить баньки, так как одной на такую толпу народа было маловато. Поэтому решили готовить сряду три бани и к вечеру устроить общую помывку. Душ ведь теперь стал откровенной роскошью, придётся вспоминать старопрежние способы мытья.
    Молодёжь тут же побежала на речку освежиться, ведь стоял настоящий летний день, как и положено в нормальное лето. Единственное отличие от обыденности было в стоявших на берегу вооружённых часовых. Михаил строго-настрого приказал выставить боевое охранение. Да и сами люди уже стали привыкать к такому положению вещей. Многие женщины просили повторить учебные стрельбы, старшим детям это было бы также полезно. Михаил наскоро переговорил с лейтенантом, и они решили после обеда устроить на околице импровизированное стрельбище.


    Пока накрывались столы, и варилась картошка, Бойкич знакомился с местными жителям. Первым подошёл сидевший в засаде на сарайке Семён Иволгин. Молодой высокий парень, чуть рыжеватый и весь в конопушках. Он отслужил в армии обычным мехводом на БМП. Здесь же Семён работал водителем, развозил товары по окрестным деревням, был заядлым охотником и рыбаком. С Женей он дружил с детства. Родители недавно умерли, и Семён пока холостяковал, не было здесь подходящих девчонок, поэтому даже подумывал о переезде в город. На предложение Михаила ехать с ними согласился легко, его здесь ничего не держало.
    Мелентьева Наталья Фёдоровна, пожилая женщина с добрым располагающим лицом оказалась фельдшером с Березника. В этой деревне у неё остался от родителей дом, и теперь он использовался как дача. Вдова, вместе с ней в Пянде оказалась её дочь Ирина и внучка Милана. Ирина же работала врачом, но уже в городской архангельской больнице. С ужасом она выслушивала новости об областной столице и теперь сидела молча с дочкой на коленях, приходя в себя от недобрых вестей. Ведь все её друзья и знакомые сгинули в одночасье, к такому сразу не привыкнешь.
    Напротив, за столом расположилась чета Погожиных, жившая тут, в деревне. Глава семьи Николай крепкий хозяйственный мужик лет сорока работал на пилораме у частника в пригороде Березника. Его жена Дарья полненькая яркая блондинка, ещё не потерявшая красоту в свои слегка за тридцать, была директором небольшого магазинчика. Редкий пример не спившихся и работящих людей в нынешней деревне. Сейчас Дарья с дочкой Ксений, рослой девочкой-подростком помогала накрывать на стол. Их сын Илья, похоже, был шустрым парнем, он уже успел скорешиться с приехавшими с города пацанами, и сейчас они убежали осматривать деревню.

Здесь же присутствовала та самая девушка с заречной деревеньки Вероника Агеева. Скромная тихая девчушка с русой косой за плечами. Она была студенткой, училась в Архангельске, здесь гостила у родителей перед поездкой на южные моря. Сейчас она сидела за столом вместе со своим двоюродным шестнадцатилетним братом Иваном Качаловым. Они ещё не отошли от потрясения, узнав в одночасье, что их родителей и родственников уже нет в этом мире, но пока держались молодцом. Дед быстро услал их обоих в погреб за квасом, чтобы не нагоняли тоску на всех и занялись делом, а сам представил гостям трёх ветхих старушек, копошившихся у стола.
    - Ну а вот мой гарем: Меланья, Агасья и Ирина Петровна.
     Ирина Петровна, нарезавшая в это время зелень на стол, тут же обозвала деда охальником и бесстыдником. Иван Николаевич только тихо посмеялся в бороду. Михаил заметил, что у него такая же улыбка, как и у внука, прямо до ушей, широкая и располагающая к себе. Старушки оказались весьма словоохотливыми, они долго охали и ахали, услышав печальные городские новости. Но вроде как до конца так и не осознали рассказанное Михаилом, недоверчиво поглядывая на гостей с оружием. Долгую жизнь они прожили, много повидали, по этому первому встречному поверить сразу же не могли.

    Через полчаса все уселись за хлебосольный стол, не обошлось и без чарочки за встречу. Обед получился скромным, скоротечным, основное действие намечалось после баньки вечером. На простых деревянных столах стояла картошка, зелень, деревенские летние овощи, была и рыба. Гости выставили в ответ оставшуюся мясную нарезку и копчёные колбасы. За столом все живо обменивались новостями и впечатлениями, ведь поговорить толком в пути не получалось, приходилось решать текущие проблемы.
     После обеда Михаил выставил наряд караульных, и все разошлись по делам. Кто таскал воду и дрова для бань, водители возились с машинами, женщины, не торопясь, готовили полуфабрикаты для ужина. Ну а дети, дети просто радовались жизни - бегали по улицам, знакомились с деревней, играли в свои детские игры. За околицу же ходить им было строго-на строго запрещено, за этим наблюдали старшие подростки. Михаил отослал Ольгу Шестакову с Яриком и Семёном готовить площадку для стрельбы, пускай привыкает молодёжь к самостоятельности. Андрей Аресьев с Сергеем Туполевым готовили боеприпасы. Жена Нина быстро нашла общий язык с вновь приобретёнными коллегами. Все вместе они ушли осматривать рану Маши Шаповаловой. Собрался, так сказать, опытный консилиум.
    Михаил же двинулся за дом, где в тенёчке самодельной беседки собралась весьма интересная компания: сам дед, его внук Евгений Потапов, Ольга Туполева, Коля Ипатьев, Иван Иванович Иволгин и Татьяна Николаевна Тормосова.

    - Хлопотное это, оказывается, дело – руководить, - сказал Бойкич, присаживаясь на самодельную лавку, - только что пришлось раздать десятки указаний.
    - Грамотные заместители сильно облегчают жизнь, - ответил на жалобу с хитрецой дед.
    - Спасибо за совет, приму его к сведению. Ну, что вы порешали? Надумали с нами ехать?
    - Большинство людей поедет, внучек мой точно. Но я вот со старушками останусь. Жизнь здесь прошла, выросли и состарились туточки, ну и помирать будем дома.
    - Деда, - начал было Евгений.
    - Что деда! - повысил голос Потапов старший. - Не перебивай старых, тебе слово ещё будет дадено. Ну, куда скажи этим старушкам ехать? А я их не брошу, проживём, дай бог, как-нибудь. Нашим родителям тоже лиха досталось, ничего, выжили. Ваше дело молодое, ищите лучшей доли в новом мире. Я бы, вообще, посоветовал вам двигаться куда-нибудь в среднюю полосу: Калуга, Тула, Рязань. Там и растёт все получше, города и разные посёлки неподалеку. Шанс оставшихся в живых встретить, опять же, намного больше. А я здесь буду людей встречать и дальше отправлять, вдруг ещё, кто появится. И решение окончательное и обжалованию не подлежит! - Иван Николаевич на этих словах снова посмотрел строго на внука. - Женька, не обижайся на старика. Я тебе крылья вырастил, теперь сокол ясный порхай по жизни сам.
    - Остальные с нами? - Бойкич внимательно посмотрел на старика.
    - Да. Я уже переговорил со всеми и убедил их. Да и сами они не дураки, видят же каковская ситуация нынче вырисовывается.

    - Значит, нам будут ещё необходимы машины. Завтра придётся в Березник смотаться, присмотреть чего-нибудь.
    - Я помогу, - сделал предложение Потапов младший.
    - Тогда вместе с Николаем этим и займётесь. Прикиньте, кого взять с собой и что искать будете.
    - Микроавтобус нужон, незачем караван излишне растягивать. Бензина опять же больше уйдёт, да и нагрузка на водителей, - Николай был, как всегда, практичен – и еще, пожалуй, грузовик ещё один не помешает. Барахла больно много у нас накапливается, обрастаем потихоньку. Это нам, мужикам чуть-чуть надо…
    Николай напоролся на строгий взгляд Ольги и тут же осекся.
    - И ещё, Евгений, раз ты у нас единственный профессиональный военный, то возьми на себя разведку, создай команду под это дело. Я предлагаю тебе взять туда Ярослава Туполева, Ольгу Шестакову, они уже как-никак обстреляны. Есть ещё пара перспективных молодых парнишек, тоже можно приобщить к делу. Остальные мужчины и женщины станут чем-то вроде народного ополчения. Да и тем, кому сейчас пятнадцать — шестнадцать тоже знание оружия не помешает. Нам нужен краткий ликбез по армейскому делу. Возьмёшься?
    - Разведка? - пригладил вихры Евгений. - Согласен, возьму ещё в команду Семена. Он и водитель хороший, и охотник знатный. Что у нас по оружию?
    - Есть ещё в запасе АК-74, укороты ментовские, карабины нарезные и гладкостволы, Макаровы, пара пистолет-пулеметов, ещё один пулемёт ПК. Двадцать "Мух", ручные гранаты, патроны под все это также имеются, - продолжал монотонно перечислять вооружение Михаил, но взглянув на Евгения, сразу осёкся, у того глаза были чуть ли не на лбу от удивления.

    - Вы где столько добра набрали, Петрович?
    - Да нам наводку дали на небольшой склад у погранцов, сами удивились подобному изобилию. Ещё один вопрос к тебе морпех. Ты с АГС-17 случайно не знаком?
    - Конечно, и с двадцать пятого стрелял, нас отцы-командиры серьёзно гоняли – молодой офицер с интересом посмотрел на командира приезжих. - Ты хочешь сказать, что и станковый гранатомёт у вас имеется?
    - Ага, какой догадливый, - уже откровенно потешался над лейтенантом Михаил, - и ВОГи к нему тоже припасены. РГД-5 пара ящиков. Разгрузки только типовые армейские, я себе лично взял в специализированном магазине, типа РПС, такие удобнее. Ну, ещё берцы, комок новый армейский, цифра. За этим всем обращайся к Сергею Туполеву. Выбирай все необходимое для разведкоманды, да и для своих односельчан отбери оружие и боеприпасы.
    - Вооружились, будто для войны, – недовольным тоном пробормотала Татьяна Николаевна.
    - Татьяна, это мужские дела, они сами разберутся, - ответил ей Иван Иваныч. Они переглянулись меж собой, женщина обиженно поджала губы.
    - Ты ведь не простым стрелком служил, Михайло, - задумчиво проговорил Евгений, - какая хватка у тебя железная. Похоже, и в тактике ты не полный лох.
    - Был в ГБР несколько месяцев. Там нас готовили ребята из дивизии Дзержинского, теперь ОДОН называется. Слыхал о таких?
    - Краповые береты?
    - Ну, типа того. К Чечне готовили, но бог миловал как раз перемирие состоялось. Советов дельных надавали и погоняли будь здоров, готовили как группу спецназа.
    - Поучаствовать где-то всё-таки успел?
    - Ты с чего взял?

    - У нас много в батальоне ветеранов, кто реально пострелять успел, таких быстро вычисляешь, понюхавшие смерть ведут себя по-другому. Ну а мне тут в красках рассказали про вашу схватку    на развилке, ты там железно сработал. Новичок в первый бой так действовать не будет - выставить пулемёт и людей в упор расстрелять, а потом ходить спокойно и указания давать.
     - Больно умный, как я погляжу, - Михаилу такой поворот беседы совсем не понравился, и он замолчал. Присутствующие выжидающе глядели на него и после минутного молчания, он нехотя произнёс. - Ладно, раз пошёл такой разговор, придётся рассказать. В девяносто шестом понесло меня в Республику Српска, это сербский анклав в Боснии. Я ж по прадеду серб, пока в армии служил так как раз вся заваруха происходила, вот после дембеля и рванул. Был я там, в общем, несколько месяцев с нашими добровольцами, вёз туда гуманитарку, да так и остался. Ничего особенного там не происходило и супергероем себя не считаю. На этом давайте закончим тему.
     - Ни фига тихарик ты, Миха, - Николай удивлённо смотрел на друга с залипшей сигаретой в губах.
     - Ты ведь и жене не рассказывал об этом, - вступила в разговор Ольга Туполева, - мне бы Нина точно сообщила.
     - Ну, мы тогда и женаты ещё не были, да и не все вспоминать из жизни хочется.
     - Отстаньте от человека! - вдруг прикрикнул дед. - Война совсем не то, о чем трепаться люди любят. Там кровь и смерть, и никакого геройства! Дядька мой с Отечественной без ноги пришёл, ничего рассказывать не хотел. Только на девятое мая выпивал и плакал, не любил он этот праздник. Из его школьного класса, посчитай, только он живой и остался, больше никто с войны не вернулся. Лихая им тогда доля досталась, но выдюжили, выгрызли победу и нам полстолетия мира оставили. Я вот вижу, что Ольга что-то сказать хотела, - дед мудро решил вернуть разговор в деловое русло и оборотился к Туполевой.

     - Да, - благодарно кивнула женщина, – я, как вы знаете, взяла на себя хозяйственные функции, девочки мне помогают. У нас уже возникли текущие потребности в    вещах, о которых мы совершенно забыли, собираясь в Архангельске, и необходимо закрыть отдельные позиции по продовольствию.
     Туполева была по-деловому суха, сказывалось почти два десятилетия руководящей работы, в глазах Потапова старшего появилось искреннее уважение к деловой женщине.
     - Завтра люди поедут в Березник, Оля, составь заранее список. Они займутся поиском, - также коротко резюмировал Михаил.
     - Может, я сама тогда поеду? Захвачу Серёжу и девочек. И ещё такой вопрос, нам нужен человек, ответственный за продовольствие, мне одной все не охватить.
     - Пускай этим Дарья Погожина займётся Она до того, как в магазине руководить, столовой рабочей заведовала, опыт у неё есть, - дал хороший совет старик.
     - Отлично! Я уже с ней познакомилась. Тогда побегу, надо одежду выдать перед баней и к завтрашнему дню готовиться.
     Евгений также поднялся и пошёл подготавливать оружие к стрельбам. Михаил отдал ему рацию с гарнитурой, их уже стало не хватать. Вскоре они услышали, как взревел мотор бензогенератора. Значит, вечером будет свет, а детям мультики. Бойкич оглянулся по сторонам - после обеда подул лёгкий освежающий ветерок. Он легонько колыхал кусты смородины, росшей рядом с беседкой. Приятно пахло травой, речкой, просто летом. Безмятежный по виду летний денёк, а они сидели в беседке и решали глобальные вопросы будущего после мировой катастрофы.

     - Михаил, - заговорила Татьяна Николаевна Тормосова, серьёзно взглянув на него, - тут остались люди самые старшие, прожившие жизнь, и я хочу откровенно поговорить с тобой. Пора нам подумать о самоуправлении. Не все в караване довольны вашим авторитарным стилем, и если ваши друзья давно меж собой знакомы и понимают все с полуслова, то к настоящему моменту в нашу команду вошло много новых людей. И надо как-то объяснить им общие правила.
     Бойкич непонимающе посмотрел на женщину:
    - А как, если их у нас, вообще, пока нет?
    - Совершенно верно! Таня сказала, что у нас уже имеется хоть какое-то общество, и должны быть и законы для него, - неожиданно поддержал Тормосову Иван Иваныч, - старые ведь ушли с тем миром.
    - И что вы предлагаете? - вопросы сбили с толку Бойкича. - Мы же только из города выехали, у нас эвакуация ещё незакончена.
    - Это понятно, мы не требуем делать свод общих правил незамедлительно, - продолжила женщина. - Я, знаете ли, имею ещё и юридическое образование и могу помочь составить устав нашей эвакуационной команды. Ну, или как ещё теперь сложившуюся компанию называть? Нам нужно будет устроить выборное управление, чтобы люди могли доверять своим руководителям.
    - Ну, знаете... мне как-то такая бюрократическая демократия никогда не нравилась, а вы тут устав, выборы. Не вовремя все это. Пока руководство у нас совершенно добровольное. Я начал, мне и сказали продолжать. Ольга то же по собственному желанию вызвалась, сейчас вот и Евгения в дело запрягли. Мы ведь ещё в процессе создания нового сообщества или лучше сказать общины. Давайте тогда займёмся формальным законотворчеством после того, как приедем на новое место жительства, а то у меня и так голова пухнет от свалившихся проблем.

     - Думать пора уже сейчас. Мне показалось, что ваш дар предсказания...
     - Ладно, ладно! Как только найдём подходящее место для жизни, сразу этим займёмся, - Михаил разговор прискучил, он хотел быстрее его закончить. - По пути следования можно будет все не раз еще обсудить, вечера нынче без телевизоров, есть время для обстоятельных разговоров. Вот наши люди пускай и выражают свое мнение, может, чего дельного посоветуют. Коллективный разум, так сказать, демократия в действии.
     - Миша, но они же не специалисты.
     - Мы сейчас все не специалисты, Татьяна Николаевна. Мир стремительно меняется, и старые мерки тут не работают, пора бы уж привыкать.
     - Может, вы и правы, - вздохнула Тормосова. - Но сохранить лучшее из старого мира мы просто обязаны.
    Михаил молча кивнул, давая понять, что совещание закончилось. Он хотел уже уходить, когда его перехватил Максим Каменев. Друг был настроен серьезно, пододвинул к Бойкичу ноутбук.
    - Смотри!
    - Ты чего, теперь трупы снимаешь? – Михаила аж передернуло от кровавых снимков, сделанных на месте боя.
    - Пытаюсь все протоколировать и ребят прошу помогать. Вот и первая ласточка.
    - Чего?
    - Так, - Максим переключил кадры и увеличил один из них. – Помнишь своих убиенных собачек? Та девушка еще сказала, что они странные, как будто начали трансформироваться в нечто иное.
    - Ага, в монстров, - почему-то Михаилу новая тем совершенно не понравилась, по спине пробежал знакомый мерзкий холодок.

    - Тогда сейчас сюда глянь, - человек лежал навзничь, открыв рот в последнем оскале. Каменев максимально увеличил снимок – Смотри сюда, видишь, какая у него челюсть? Ничего схожего не замечаешь?
    - Ну-ка, верни обратно собачку, - Бойкич задумался. – Получается, что этот наркоша стал так же изменяться? Может, поэтому они на нас напали? Эта дрянь вызывает необузданную агрессию?
    - Нападавшие наркоманы были? – недоуменно обернулся на друга Максим.
    - Ага, в бардачках их автомобилей мы чего только не нашли. Да и в прошлой жизни чуваки явно не были вполне нормальными. Знаешь, кто обычно к такому возрасту в байкерах и прочих неформалах остается?
    - Хм, еще одно неизвестное составляющее. Наркотики могли быть тогда неким катализатором, вкупе с облучением повлиявшем на их трансформацию.
    - Собаки тоже были наркоманами?
    - Может, чего и съели, жрать же им надо что-то, - пожал плечами Михаил. – Мы же не ученые, гадаем на кофейной гуще.
    Он еще раз глянул на цифровые снимки, очень не понравились ему вновь открывшиеся обстоятельства. Мало им повсеместной пропажи всего живого, так еще и вот такое вылезло.
Размещено: 28.01.2020, 20:36
  
Всего страниц: 9